Весь Гамильтон Эдмонд в одном томе (СИ)

— Бог будет говорить через говорящие бревна.
— А если не будет? — взволновался Бокер. — А если люди у Реки ни слова не скажут о шуме и явлениях с небес.
— Ты все равно не переживешь это утро, — подбодрил Кеттрик. — Несколько часов уже не имеют значения.
— Чисто из человеческого тщеславия, — сказал Глеван, — я буду молиться о чуде.
Зазвучали монотонные громкие голоса говорящих бревен, которые созывали все разбросанные вдоль реки племена криннов. Кеттрик мало что понимал в барабанной дроби. Он включил радио, но теперь уже шлюпка, по всей видимости, ушла из зоны его действия. В приемник звучал только шелестящий фон. Кеттрик повернул ручку и выключил прибор.
Солнце поднялось выше. Жара становилась сильнее. Стрелка счетчика подползала к красной черте. Гром первобытного телеграфа джунглей замер, захлебнувшись. На Кеттрика нахлынуло острое чувство нереальности происходящего, нечто вроде отрешенной жизнерадостности, на грани безумия. Он перестал бояться. Он перестал беспокоиться. Он посмотрел на бога, который сидел в своем домике за священным костром, и обратился к нему со словами:
— Если подведешь своего братца, больше никаких тебе подношений.
И так он продолжал сидеть, в полузабытьи слушая барабанную дробь.
Его вернул к реальности Бокер, который тряс его за плечо, приговаривая:
— Просыпайся, кажется, они что-то услышали.
  
Глава 24
 
Кеттрик встрепенулся. Он слышал, как Гнак громовым басом возвещал, что поведал ему бог. Его поддерживал гул голосов: «Гнак! Гнак!» Женщины заголосили. Раздался топот, затихли барабаны.
Кеттрик присоединился к бегущей толпе.
Они встретили Гнака на тропе, огражденной стеной высокого дерна и травы, которая вела к центральному месту и к берегу река.
— Мой брат бог сказал мне, — сообщил Гнак, — что племя гурров за Большими горами видели колдовство солнцеубийц.
Кеттрик сказал:
— Гнак поведет нас.
Он глянул на своих спутников, лица которых были столь же бескровными, как, наверное, его собственное. Он не верил. Они не верили тоже.
Они боялись верить.
— Вырос вулкана, — предположил Хурт. — Или землетрясение.
Глеван молчал, но беззвучно шевелил губами.
Гнак говорил что-то нараспев. Ему вторила толпа соплеменников. Они топали ногами и совершали ритуальные танцы воинственного характера, которые напоминали неприличные жесты и позы с поднятыми и дрожащими от возбуждения хвостами. Через мгновение они схватят свои орудия и бросятся обратно к реке. Кеттрик отошел в сторону на поляну, где на подпорках покоилось говорящее бревно. Оно было полое внутри и имело длинную прорезь на плоской верхней части. Рядом были подвешены разные палочки и прутья. Кеттрик включил радио и вызвал на связь шлюпку.
После некоторого молчания, которое показалось ему нестерпимой вечностью, помощник пилота ответил на вызов, голос его звучал далеким и довольно раздраженным.
— Пока что результат отрицательный, — сказал он. — Ничего, кроме пыли и вулканов. Это просто ад. Я потерял связь с крейсером, но их последнее сообщение было отрицательным.
— У меня, кажется, что-то прояснилось, — сказал Кеттрик и поспешил изложить ситуацию, оставляя в стороне все сверхъестественные детали. — Большие горы — это цепь высоких холмов к западу от того места, где вы нас высадили. Как далеко за ними живет это племя, я не знаю. С воздуха эта страна — просто винегрет какой-то…
— Знаю, сам видел это сегодня утром. Посмотрим на нее поподробнее, когда войдем в эту зону. — И Кеттрик услышал, как он обращается к пилоту, перед тем как снова вернуться к Кеттрику. — Это наш следующий виток в западном направлении. Мы уже почти на конечном пункте, собираемся поворачивать на восток.
Кеттрик возразил:
— Думаю, что вам стоит отклоняться от курса.
— Нам задали определенный курс, Кеттрик. Мы не собираемся делать крюк в несколько тысяч миль из-за того, что какая-то ваша обезьяна увидела приближающуюся грозу или…
— Извержение вулкана, — подсказал Кеттрик. — Конечно. Вам виднее.
 
И он прервал связь. Он не имел права злиться, и знал это. Знал, что помощник пилота был совершенно прав.
Племя толпой направилось в обратную сторону по тропе, перебросив через плечо свое примитивное оружие. Они следовали за Гнаком. Кеттрик с товарищами присоединились к этому шествию. К краю воду уже были подтянуты две две лодки. Кринны совсем не по-обезьяньи были бесстрашны и ловки в воде. Они плавали, охотились на водных животных. Для долгих путешествий они сконструировали нечто вроде катамарана из двух больших заточенных с обоих концов бревен. Река была большой магистралью, от которой ответвлялись притоки, и кринны удалялись на огромные расстояний от своих мест, пускаясь иногда в неоправданно далекие плавания, то ли из стремлению к освоению пространства, то ли из простого любопытства. Они были отважными и энергичными существами. Через какой-то миллион лет они могут кое-чего добиться. Если останутся в живых.
Лодку столкнули в воду. С длинными веслами в руках десять-пятнадцать криннов оседлали каждое бревно. Гости разместились среди них, прихватив с собой Чай, которая все время была настороже, но послушно следовала за Кеттриком. Кринны решили не обращать на нее внимания, но ей не слишком удавалось отвечать им тем же. Кеттрик склонил голову на ее плечо и сказал:
— Скоро все кончится. Потерпи немного.
Кринны принялись молотить веслами воду. На каждом бревне сидел рулевой, который выкрикивал: «Ух! Ух! Ух!», отмеряя ритм гребли. Гребцы уловили заданный темп и бревна устремились вниз по течению по направлению к Большим Горам, к племени гурров, которые видели колдовство.
Вот мы какие, иронически заметил про себя Кеттрик, задрав хвосты, наша маленькая компания отправляется спасать солнце.
И снова его охватило странное ощущение нереальности происходящего, но на этот раз уже без всякой успокоительной отрешенности. «Я уже когда-то проделывал это путешествие», — вспомнил он. Действительно. Он уже сидел в ряду криннов, управляющих плавучим бревном, он уже смотрел им в волосатые спины и видел размах весел, сверкающих на солнце. Мимо него уже когда-то проплывали берега реки, которая теплом окутывала его ноги, а хвосты отважных моряков аккуратно задирались вверх, спасаясь от влаги.
И через некоторое время он осознал, что не это он имел в виду.
Он просто наконец переживал свой сон.
Их несло вниз по течению. Лодки неслись быстро, но солнце все равно обгоняло их, спеша к зениту навстречу своей гибели. Больное умирающее солнце, и Кеттрику показалось, что сам свет его был неестественным, что весь пейзаж был залит лучами, которые можно увидеть только в горячечном бреду. Мутные тени скакали и мучительно извивались, прежде чем погрузиться в кроваво окрашенную воду. Высокие холмы нависали по сторонам, их бока казались ободранными до крови, они смотрели сверху почти человеческими лицами с рассеченными молнией лицами. Вдоль реки темной полосой полз лес полный звуков и тайных шорохов, а вдалеке, на другой стороне низины, над стеной пустыни, сверкала желтая завеса грозовых туч, которая тянула свои оборванные края вниз на землю к верхушкам деревьев. Гребцы горбились и скалились, без устали взбивая пену на поверхности воды, плывя из ниоткуда в никуда под убийственным светом Роковой Звезды.
Высоко в западной части небосклона, расправив боковые крылья, появилась шлюпка.
Кринны сбились с ритма, крича при виде солнцеубийц. Кеттрик стряхнул с себя пелену сна и перекрикивая общий шум попытался объяснить, что это бог посылает им помощь, которую просили Гнак и их местное божество. Сам он вцепился в рацию.
Помощник пилота по-прежнему ворчал, но удосужился объяснить:
— Мы решили вернуться этим путем, просто для разнообразия. Ты говорил к западу от цепи холмов? И к северу от реки? Какова по-твоему предположительная величина территории?
— Не слишком большая, если визуальные и звуковые явления заметны с реки. Но я не знаю как далеко к западу располагается племя.