Весь Гамильтон Эдмонд в одном томе (СИ)

Они двинулись к этой огромной пасти холодного, мерцающего света. Ншара шла впереди.
Лишь у входа она остановилась. Нельсон огляделся. Если свет снаружи был красным и горячим, здесь он был прохладным и цвета луны.
Пещера была огромной и округлой, убегавшей в холм. Нельсон оценил ее в восемьдесят футов высотой. В ста футах от них зияла глубокая расщелина, ужасное сияние белой радиации, видимое из трещины.
Нельсон начал видеть вещи, которые удивили его куда больше, чем первый вид Рууна и Аншана.
Огромные округлые ребра из металла, массивные балки тусклые в высоком мраке, казалось, поддерживающие крышу и стены Пещеры. Он видел тени металлических контейнеров, гигантских вещей, смятых и скрученных так, как будто их смяла чудовищная сила, которая пробегала вдоль стен.
На его мозг начали накатываться всевозможные догадки. Ступая вперед к расщелине, он заметил сияющую белую массу, которая лежала глубоко внизу на дне расщелины.
Ншара оттащила его назад.
— Не стой близко к холодному огню… этот свет может обжигать и убивать!
— Радиоактивность! — пробормотал удивленно Нельсон. — Радиоактивная химическая масса, которая проникает даже через пол.
Очень эффективно, что ров смерти тянется через все пространство из бесконечной глубины Пещеры.
Он выглянул из-за стены над расщелиной и увидел огромные закрученные цилиндры, их металлические стороны порваны и повреждены. И безошибочно можно было определить, что это за цилиндры. Это огромные баки. Пролилась ли радиоактивная масса из этих поврежденных баков? Это казалось очевидным и еще…
Ншара вела его к концу массивных гигантских сосудов, которые вытянулись до самой дальней стены Пещеры. Все эти цилиндры были шести футов в диаметре, сделаны из необычного металла, массивного и толстого. Он попробовал зарисовать их в уме и этот рисунок навел его на предположение, которое показалось безумием.
Ншара сказала:
— Большая часть этих туннелей разрушена. Но один из них ведет безопасно мимо расщелины холодного огня. Это тайная тропа, найденная давным-давно Стражем и она известна лишь преемникам.
Она влезла на вершину одного из гигантских цилиндров, приглашая его последовать за ней. Так он и сделал, используя свой карманный фонарик. Внутренняя стена сосуда была вмята и повреждена, металл оплавлен. Да, оплавлен, как обугленное бревно. И еще он казался удивительно прочным металлом. Он действовал как щит против смертоносной радиации.
Нельсон заинтересовался, что за ужасная сила прорвалась через эти гигантские сосуды и так искорежила их.
Впереди него Ншара пришла на место, где цилиндр закручивался вокруг себя. Он вскарабкался за ней вокруг поворота. Затем, внезапно, он выключил фонарик и прошептал ей быстро.
— Тихо!
Они присели и прислушались, и Нельсон услышал отчетливо в этот раз звук, который насторожил его — звук чего-то скользящего и скребущего о сосуд, что-то напряженно преследующее их.
Он извлек пистолет и приготовился, когда мысль Тарка пришла к ним:
«Там где сможет пройти человек, пройдет и волк! А где пройдет Ншара, там пройдет и Тарк!»
Нельсон расслабился и притих. Тарк проскользнул мимо них, царапая когтями о металл.
«Слишком поздно, чтобы злиться, — мысленно обратился он к Ншаре. — Чужаки и люди Шэн Кара уже выбрались на землю. — Он добавил пожав плечами по-волчьи: — И во всяком случае мой клан теперь в безопасности.»
Рука Ншары легко легла на массивную волосатую голову, но она ничего не сказала. Казалось, вечность прошла пока они пробирались по трубе. Затем она перешла в открытую гигантскую металлическую камеру, которая напомнила Нельсону часть турбины — построенной гигантами для какой-то немыслимой цели.
— Гигантские трубы, которые могут быть двигательными камерами! — сказал он негромко. — Это колоссальная турбина — а радиоактивные химикаты в баках могут быть горючим…
— Пошли, — сказала Ншара и он последовал за ней, волк приблизился к ним, в благоговении к этому забытому месту.
Когда они вышли из разрушенной турбины за смертоносной расщелиной, Нельсон увидел в темных дальних частях Пещеры, холодное свечение.
 
Его не особенно удивило то, что он увидел. Перед ним распростерлась Пещера: огромная, невероятная, с мрачно мерцающими тенями.
И полузаметная, почти предполагаемая тень торпеды: заостренная строгость, стройное острие. Резкое, чистое острие, рассекающее воздух, рассекатель, возможно, огромных пропастей, где нет воздуха, где только звезды толкаются плечами с вечностью!
Он видел огромные арки переборок, сотканной из платины машинерии, которая ничего для него не значила, потому что ничего подобного никогда не было на Земле. Машины и панели, с нанесенными полосками и циферблатные отметки со странными символами. И чужие, но безошибочно сборные реактивные двигатели, огромные двигательные турбины, которые когда-то грандиозно работали…
Нельсон сказал, и звуки его голоса эхом разнеслись в этой странной мертвой тишине безупречного металла.
— Корабль, — прошептал он. — Пещера — это гигантский корабль, который давным-давно потерпел здесь крушение. Космический корабль, прилетевший на Землю и упавший был погребен здесь веками.
Смертельная опасность от неминуемого столкновения со Сленом почти забыта в отупляющем удивлении Нельсона. Он медленно продвигался вперед ближе к кораблю, вглядываясь в его чудовищные разрушенные механизмы.
Было ли это секретом долины Л'лана? Тех древних, чья изощренная наука сделала мыслекороны и преобразователь мозга давным-давно, из другого мира. Он стал между двумя толстыми платиновыми столбами, на каждом из которых была смонтирована большая кварцевая сфера. И внезапно, из бездонной глубины времени пришла мысль, холодная, безграничная чужеродная мысль.
Слова с нарастающей мощью, которая потрясла всю матрицу его мозга:
«Ты, кто пришел после нас, внемли предупреждению!»
  
Глава 17
 
ДЕНЬ БРАТСТВА
Нельсон остановился, пораженный завораживающим благоговением, которого никогда не испытывал прежде. И не от одной мысли, что чей-то мысленный голос раздался у него в голове, остолбенел он. Он был слишком приучен к этому теперь.
Его ошеломило могущество и качество нового ментального голоса. Величина и диапазон вибраций его мозга превосходили всякое воображение. Голос был чужеродный, и эхо множило его.
«Внемли предупреждению!»
Голос Ншары разорвал эти чары. Она быстро остановилась и Тарк застыл у ее ног, в то время как Нельсон заледенел между платиновыми колоннами.
— Это голос Пещеры, Эрик! Голос, пришедший из глубокого прошлого, от тех! — Она указала на крупные, мерцающие кварцевые сферы на верхушках платиновых колонн.
— Каждый раз, когда кто-либо встает между этими колоннами, их мысленные послания — всегда одно и то же. Мой отец и все Стражи знали об этом.
Нельсон начал смутно догадываться. Голос, который он услыхал, был записью — не звуковой, а телепатической, которая впечатана в эти кварцевые сферы и передавалась всем, кто проходит между ними.
Как это было сделано? Каким образом можно было записать и передать мысль? Он не знал этого, и никогда не узнает. Но древние были мастерами телепатической науки, его опыт с мыслекоронами и мыслетрансформатором доказывал это.
И теперь, после непродолжительной паузы, холодный невыразительный голос снова зазвучал у него в голове.
«Внемли предупреждению, не легко бороться с силами и энергиями в этом корабле без знания как обращаться с ними! Внемли предупреждению тех, кто знаком с этими силами! Внемли предупреждению о нашей трагической судьбе!
Мы те, кто обращается к тебе, внешне не походили на тебя. Мы совсем из другого мира. В другой звездной галактике мы были рождены и развились до разума под другими солнцами, освоили огромные знания и добились колоссального могущества.
Наш мир был миром красоты, а города — очагами света и веселья. Но мы устремились слишком высоко, мы грезили себя Великими, завоевывая и покоряя природу и, наконец, мы развязали силы, с которыми не сумели справиться, и это послужило началом уничтожения нашего мира.