Если Уж попал в зелье... (СИ)

— Договор — за мою жизнь? Это ваше гостеприимство? — Лита грустно улыбнулась. — Вы уверены, ваше величество, что именно так надлежит чтить память наших предков?
— У тебя нет выбора.
— Есть. Убьёте меня — и ничего не получите.
— Вот как? Значит, я была права. Ведьмы получили дар обманом! Я разорву этот круг… Посидишь в темнице пару лет — тогда, возможно, передумаешь. За это время в твоём мире пройдут сотни лет — ты потеряешь всех, кого любила, и…
— Нет!
Сердце сжалось… Что же делать? Как поступить?
— В яму её! — лицо феи стало таким злым, что фрейлины королевы вспорхнули, словно стайка растревоженных стрекоз.
Эльфы попрятались в цветах, бабочки и птицы исчезли, словно и не было, даже небо потемнело…
— Стой! — крикнула вдруг пленница, не ожидая такой смелости от себя самой. — Подождите… У меня есть условие.
— Ха-ха-ха… — смех покатился по поляне, кувыркаясь в звенящей тишине. — Какая прелесть. У неё есть условие! Ну, что ж… Слушаю тебя, Вербенсклетт, — небо вновь стало ясным, свита осторожно опустилась в складки шлейфа — каждая на своё место, настороженно оглядываясь, как бы чего не вышло — от её величества всего можно ожидать!
— Я пришла сюда не одна.
— Думаешь, я не знаю, кто тут прячется за деревьями? По-твоему, меня можно обмануть? Ха-ха-ха… Как же это мило. Маг и болотный Уж. Твой фамильяр? Как ни старались ведьмы выжать из пыльцы крупицы магии — Виздрагос умрёт. Волки, лисицы — вот фамильяры вашего рода. А тут… Не ядовитая змея — просто насмешка! Мне жаль, Вербенсклетт… Подпиши договор, и я позволю тебе остаться здесь. Нет смысла возвращаться.
— Ошибаешься, — Лита посмотрела фее в глаза — с вызовом — никто не смеет оскорблять ни её род, ни её мир! — Фамильяр остался в Виздрагосе, и думаю, тебе нет до него никакого дела. Мои спутники — заколдованные драконы. Сними с них проклятие, и мы уйдём. Я всё подпишу и верну феям дар, некогда переданный ведьмам.
Наступила тишина. С еле слышным хрустом цветы и листья медленно покрывались инеем…
— Драконы? Ты сказала — драконы? Думаешь, я поверю тебе? Драконы исчезли. Миры, где они, возможно, ещё существуют — так далеко, что мы до сих пор не нашли их. И это при том, что возможности фей безграничны — границы миров для нас — всё равно, что стена дождя…
Королева больше не кривлялась, не хохотала, словно злой гений, а в глазах… В её глазах стояли слёзы!
Лита не могла в это поверить. С чего вдруг такие перемены? И при чём тут драконы? Зачем королеве их искать?
— Я подумаю, — взгляд фиолетовых глаз вновь стал непроницаемым, иней оттаял — жемчужинки хрустальной росы засияли в траве. — Пока посидишь в яме. И если ты меня обманула…
— Я не вру, — Лита сжала кулаки — никто и никогда не обвинял её во лжи!
Ни разу. Ну, кроме того случая, когда она скрыла от тёти Петт, что они с Драгом не были в аптеке отца.
Нет. Лучше не вспоминать. Слишком больно. Она будет верить в то, что скоро вновь увидит тётушек. Пойдёт в лес, где её встретят любимые крейны и Гард — фамильяр, которого она ни разу не видела, но уже дала ему имя! И всё будет хорошо. А иначе… Иначе зачем жить? Пусть тогда королева фей убьёт её, и…
— «Я не вру», — передразнила королева. — Не думала я, что ведьма славного рода Вербенсклеттов, такая наивная тупица!
— Это легко проверить. Озеро истины.
— Хорошо. Проверим. Сейчас!
Королева взмахнула палочкой (как бы там ни было — у Литы даже дыхание перехватило — ну разве не мечтает каждая девчонка о том, чтобы увидеть собственными глазами, как феи это делают?) — и они оказались на берегу озера. Прозрачная вода — словно огромное зеркало. Крылатая лошадь стоит на берегу и пьёт — как всегда. Интересно, заколдованный принц проводит тут всё своё время? И кстати — можно ли его освободить?
Ладно. Сначала она постарается спасти драконов, а уж потом посмотрим, что можно сделать. Лошадь — тоже её друг, а друга в беде она не оставит!
— Выходите! — ухмыльнулась фея, и из-за деревьев показался Мартиш Эрлин. Уж обвился вокруг запястья мага. Эрлин поклонился королеве, и встретившись взглядом с рыжей ведьмой, успел ей подмигнуть: «Не бойся, ты всё сделала правильно — дальше мы сами!» — читалось в его глазах, и от этого стало немного легче.
 
Маг подошёл к озеру. Два огромных дракона отразились в нём. Лита и забыла, как они прекрасны! Тогда она была слишком расстроена, но сейчас…
Берег озера заполонили феи, эльфы вылезли из чашечек цветов, где прятались от королевского гнева — все, затаив дыхание, любовались, как в водной глади переливалась чешуя, искря на солнце перламутровым блеском! Драконы. Властелины неба. В это трудно поверить…
— Хорошо, — прошептала фея. — Я подумаю. Завтра дам ответ. Этих двоих — в клетку! Подготовьте ещё одну яму — живо. Пока я буду думать — наши гости не должны сбежать…
* * *
Мартиш Эрлин
И снова пахнет сырой землёй. Тихо. Что теперь будет? Драг и Мартиш — пленники. Когда они были на свободе — была надежда, а так…
Вдруг сверху посыпались комья земли. Лита отбежала в дальний угол и сжалась, не сводя глаз с того места, откуда…
Черви? Только не это!
— Драг!
— Привет, детка! Испугалась?
— Если честно, то — да. Подумала, что это черви. Кто знает — какие они здесь? Может, в волшебной стране фей не только эльфы поют в цветах, но водятся гигантские черви?
— Черви здесь обычные. А вот землеройки…
— Землеройки?
— Ага. Питаются рыжими ведьмами! Я бы на твоём месте время зря в темнице не терял, и вывел бы веснушки. Дать зелье? Я припас на всякий случай.
— Зачем мне это?
— У землероек плохое зрение — это все знают. Выведешь веснушки, и землеройка решит, что ты — не рыжая ведьма, а других они не едят — не такие вкусные. И потом веснушки — они же тебя уродуют, я давно говорил…
— Драг, хватит болтать чепуху! Я тебе не верю…
— Ну, наконец-то! Хоть чему-то научилась, за время нашей дружбы… Я горжусь тобой, малышка! А теперь — за дело. Ну-ка расскажи мне ещё раз обо всём, что наговорили эльфы про то, как их заколдовали феи. Мартиш считает, это важно.
— Ты зовешь его Мартишем?
— Скорее из-за суеверия. Мы так договорились — до тех пор, пока…
— Пока с вас не снимут проклятие.
— Именно. Но сейчас — не об этом. Нам надо обмануть королеву фей. Звучит? Жаль только это практически невозможно — феям по части обмана нет равных! Но братец считает — фея и впрямь расстроена, а значит — уязвима. Итак — рассказывай! Этой ночью отправимся к эльфам. Постараемся придумать хоть какой-то план. Магия эльфов очень сильна — этих крылатых крошек не стоит недооценивать.
— Отправитесь? Этой ночью? Драг, о чём ты? Вы — в темнице. В клетке, как и я!
— Да ладно тебе, мы же драконы! Уйдём порталом. Вместо нас останутся копии. Зелье Мартиш сварил заранее, двух червей мы уже поймали. Землероек не стали — вдруг они тебя сожрут, пока нас не будет? Ты всё-таки рыжая…
— Драг!
— Шучу. Рассказывай!
— Ну… — Лита стала вспоминать — столько впечатлений — она боялась, что что-то упустила. — Однажды королева разозлилась и превратила эльфов… эльфов… Вспомнила! Тюльпанных эльфов.
— Всё верно — кланы летающих мошек делятся по цветам, в которых они предпочитают спать — глупо, конечно, но у каждых существ свои причуды. Про нас, драконов, лучше и не рассказывать — давай дальше!
— Но ты же расскажешь мне про драконов?
— Лита! Время! Выкладывай всё, что знаешь — от этого зависит наша судьба!
Лита вздохнула. Кто бы говорил… Змей и сам потерял кучу времени на глупые шутки! Но это — Драг. Он неисправим.
 
— Чем-то тюльпанные эльфы не угодили её величеству, за что та, по словам тех, кто опускал клетку в темницу, превратила их в лягушек, а цветущее поле — в болото. Королева сказала, что так будет до тех пор, пока их не поджарит пламя дракона, то есть — никогда. Бедняжки обречены вечно квакать в зловонной луже… Драг, это ужасно. Слишком жестоко.