Пародия

Был дождик в полусне, канун исходам.
Был зайчик на стене, была охота.
Был дачный перегон, грибы, сугробы.
Варили самогон.
Зачем? А чтобы.
Варили вермишель.
Когда? Вначале.
Когда еще — Мишель, ау! — кричали.
Меж всех этих забот, охот, получек он был как словно тот скрипичный ключик.
Он смутно различал сквозь суть причины концы иных начал, иной кручины.
Диван вносили в дом, тахту с буфетом.
Но суть была не в том, а в том и в этом.
И пусть он не был тем, а все ж заметим, что был он между тем, и тем, и этим.
Он частью был всего, что было тоже.
А впрочем, ничего.
  
Владлен Бахнов 
 
(1924–1994)
 
 
«Белеет парус одинокий…»
 
   
Александр ТВАРДОВСКИЙ
 
Парус, парус… 
 
 
Шел я, от ходьбы упарясь,
 
По-пехотному, пешком.
 
Шел и вдруг увидел парус
 
Прямо в море голубом.
 
А по совести признаться.
 
Между нами говоря,
 
Парус — он не станет, братцы,
 
Даром по морю болтаться
 
И белеть в тумане зря.
 
 
 
Я до выдумки охочий,
 
И подумал я тайком:
 
Что он ищет днем и ночью
 
И чего, промежду прочим,
 
Кинул он в краю родном?
 
Почему он все маячит.
 
Все белеет над водой?
 
Счастья ищет — не иначе.
 
Вот так, думаю, задача,
 
Елки-палки — лес густой!
 
 
 
Ах ты парус-парусище.
 
Счастья ищешь? Вот чудак!
 
Присмотрелся: нет, не ищет.
 
Показалось только так…
 
Сел я, значит, на пригорке.
 
Скрутку в палец толщиной
 
Закурил я из махорки
 
Для завесы дымовой.
 
 
 
(В нашем деле, если горько.
 
Если что-нибудь не так.
 
Выручает нас махорка.
 
Дело, стало быть, табак.
 
Без махорки — как без рук,
 
Как на празднике без брюк.)
 
И меня от той махорки
 
Осенило на пригорке:
 
Хочет бури парус мой!
 
Как сказал бы Вася Теркин:
 
— Будто в бурях есть покой!
 
 
  
Павел АНТОКОЛЬСКИЙ
 
Парусиада 
 
 
Да, он, мятежный, просит бури,
 
Летящей в грохоте тирад,
 
В неописуемом сумбуре
 
Над Эйфелевой башней, над
 
Тулузой, Тулой, Сальвадором,
 
Сорбонной, черт ее дери,
 
Над склеротическим собором
 
Парижской Богоматери,
 
В котором есть такие ниши,
 
В которых молятся тому,
 
Которому плевать на нищих,
 
Которые пришли к нему!
 
Да, он, мятежный, просит бури!
 
Он адекватен ей без слов!
 
Пусть грохнет по клавиатуре
 
Тупоголовых черепов!
 
Катитесь к черту, лежебоки,
 
Вам не понять ни бе, ни ме!
 
Белеет! Парус! Одинокий!
 
By компрене? By пониме!
 
 
  
Роберт РОЖДЕСТВЕНСКИЙ
  
Хватит! 
 
 
От лица
 
моего
 
Поколения
 
Заявляю
 
Без
 
церемоний:
 
— Не чувствую
 
Умиления
 
При виде
 
паруса
 
В море.
 
Это красиво,
 
каюсь,
 
Пусть
 
ахают
 
Ткни и
 
Ткни,
 
Но
 
существует
 
Парус
 
Для красоты.
 
Что
 
ли?!
 
Уолл —
 
стрит
 
Свои планы
 
Лелеет,
 
Коварные
 
планы
 
Вынашивает.
 
А он
 
все
 
в тумане
 
Белеет.
 
Белеет
 
и нашим
 
И вашим?!
 
У всех
 
трудовые
 
будни.
 
А парус,
 
он что —
 
Хворый?
 
Ведь то,
 
что он ищет
 
Бури,—
 
Так
 
это
 
ж
 
Одни разговоры!
 
Но если
 
ты ищешь.
 
Парус, —
 
Берись
 
за работу
 
Любую.
 
Иди
 
в геологи,
 
Парень,
 
И
 
ищи
 
руду.
 
А не
 
Бурю!
 
 
  
Новелла МАТВЕЕВА
 
О парусе, палтусе и страусе 
 
 
Смотри, какой парус!
 
Смотри, какой белый!
 
Вокруг него хаос,
 
А он плывет смело.
 
А он плывет белый,
 
А он плывет смелый,
 
И из него песни
 
Попробуй
 
Не
 
Сделай.
 
 
 
А ты говоришь: — Где парус? —
 
А ты говоришь: — Где белый? —
 
А сам ты, как рыба палтус.
 
Упитанный и дебелый.
 
Нет, ты совсем не парус,
 
Не лодка и не шаланда,
 
Ты, словно птица страус,
 
Хоть не лишен таланта.
 
 
 
Я говорю: — Ветер свищет! —
 
А ты говоришь: — Обойдется… —
 
Я говорю: — Мачта гнется! —
 
А ты говоришь: — Разогнется! —
 
Парус ушел в волны,
 
Волны ушли в море,
 
Море ушло в полночь,
 
А ты ушел в спальню.
 
Ах, ты такой трезвый,
 
Ах, ты такой пресный,
 
Что из тебя песни
 
Не выйдет,
 
Хоть
 
Тресни!