Я (не) ваша Лия! (СИ)
Король Фредерик, огромный по комплекции мужчина, напоминающий сурового гризли, по окончании межгосударственного конфликта превратился в душку. То и дело до моих ушей доносятся громовые раскаты светлейшего хохота, приглашения на всевозможные увеселения, вроде охоты на ленерога и прочую живность. В отличие от местных придворных, отказываюсь, разумеется, и от охоты, и от стрельбы из лука, и от прочих экзотических забав. Ну, что вы, ваше светлейшество! Где я, а где метание ножей?
Но однажды в своей спальне вместо ожидаемой мною Кристы натыкаюсь на суровую Магдалену. Она помогает мне переодеться и заявляет со свойственной ей прямотой:
— Ты же стала частью нашей семьи, дорогая. Скоро взойдешь на трон. Если ждешь, чтобы тебя полюбил народ, ты должна полюбить его традиции… Иначе поставишь своего будущего короля и мужа в очень затруднительное положение.
Лепечу что-то про культурные различия, про то, что красота — в разнообразии вкусов, что я больше по части почитать и вообще давно уже присматриваюсь к королевской библиотеке, но почти-свекровь заглядывает мне в глаза, — как в душу взглядом вонзается, — и шепчет:
— Я ведаю, кто ты, иномирянка! Знаю и то, что различия между нашими мирами много больше, чем между Фрией и Левией. Но ты согласилась на замужество с кронпринцем, а фрийской королеве свои личные предпочтения придется задвигать туда, где они не мешают интересам страны.
От ее строгих и одновременно сочувствующих слов, мне становится не по себе. Только в тот момент до меня доходит, во что я вляпалась. Я, конечно, и раньше понимала, что мне придется непросто, но лишь теперь осознала, насколько.
Учиться боевому искусству… От одной только мысли об этом становится страшно. Придется освоить и верховую езду — не ту, где я едва удерживаюсь в седле, стоит лошадке перейти на рысь, а ту, где я запросто смогу скакать галопом, обходясь без седла. Словом, впереди замаячила долгая и муторная учеба, обещающая многочисленные синяки и ссадины! Но самое главное, магиня пообещала мне помочь разобраться с магическими способностями. Она увидела во мне потенциал, превышающий и ее собственный, и «всех тех, кого она знала доселе». Однако любой талант, особенно той мощи, что у меня, нуждается в шлифовке.
Что меня по-настоящему радует — мы проводим много времени с Ардо. У нас не так много моментов уединения, — ему уже сейчас приходится разъезжать по стране с дедом, чтобы в самом скором времени перенять бразды правления. Его повсеместно сопровождает немногочисленная, но преданная свита: слуги, наставники… Теперь еще и невеста, которая вконец устав от занятий, малодушно сбегает от суровых учителей. При следующей встрече объясню им: лучшего учителя, чем будущий король, мне не найти. Надеюсь, возразить им на это будет нечего.
С сожалением, выясняю, что никто в этом мире так и не понял технику перехода между мирами. Моя месть ковену темных ведьм откладывается до лучших времен. И вот что странно. Чем больше проходит времени, тем больше я понимаю, что мстить мне в общем-то не за что. У меня есть любящий жених, учителя, семья — словом, люди, кому я нужна и кому я смогу приносить реальную пользу. Никто здесь не смотрит на меня, как на фрика. Магия для этого мира так же естественна, как и воздух. Хотя для многих фрийцев она до сих пор непривычна, но приятна на вкус и довольно полезна.
Пожалуй, когда я научусь путешествовать между мирами, я даже доставлю ковену темных ведьм коробку конфет, — не ядовитых, нет, а самых вкусных, шоколадных с орешками! — и открытку.
Я уже знаю точно, что там напишу.
«Спасибо, что подарили мне полную, счастливую жизнь! Пусть ваши сердца однажды наполнятся светом добра и узрят ту красоту, которую однажды вы помогли увидеть мне!
С любовью,
Ваша Лия!»
Глава 31. Эпилог
Семь лет спустя.
— Только не порань Лео! — кричу я шестилетнему Грегору. Совсем недавно он научился ездить на волкодавах, и теперь обучает тому же младшего брата-погодку.
— Я освоил это в три года. Ценой каких-то пары ушибов! — слышу на ухо тихий голос Ардо, и замираю от радости. Он приехал! Он дома! До сих пор не привыкну к тому, как беззвучно он приближается сзади. Ощущаю его руки на талии, горячие губы на шее. К той реакции, которую вызывают в моем теле его прикосновения, я тоже никак не привыкну. Казалось бы, семь совместно прожитых лет позади, двое сыновей, а чувства никуда не уходят, накрепко вросли в сердце и все прочнее укореняются там с каждым годом. Ничем их оттуда уже не вытравить — ни испытаниями, ни разлукой.
В позапрошлом году шуйцам приспичило разбойничать на фрийских границах. Им, конечно, дали отпор, но с наглецами пришлось повозиться. Ардо неделями отсутствовал дома, и я то и дело прислушивалась к своей восьмерочке — не зачешется ли… К тому моменту я неплохо овладела магией, запаслась широким арсеналом оружия и превратилась в сокрушительную боевую единицу. Но мой шрамик так и не зачесался — муж вернулся из долгой командировки целый, невредимый и даже посвежевший.
Вот и сейчас он нагрянул домой, лучась от довольства. Кучку магов, которым взбрело в голову воровать яйца фрийских драконов, удалось приструнить и настроить на честный лад.
— Папа! Папа приехал! — вдруг голосят дети, отвлекаясь от своих акробатических игр с волкодавом, и бросаются к отцу.
— Приехал не только папа! Ну-ка угадайте, кто еще? — вдруг требует Ардо, развернувшись вполоборота. Со стороны замка к нам движутся две фигуры: мужская и женская.
— Сир Сандер и сира Мелисса! Урааа! — восторженно голосят наши отпрыски и кидаются в раскрытые объятия семьи Стоков.
В последнее время мы встречаемся не часто. Магдалена доверила им руководить Белым Храмом, а это в некотором роде целое королевство! Когда мальчишки отправляются демонстрировать Мелиссе свои новые умелки, Ардо со смешком хлопает Сандера по плечу и подначивает:
— В честь вашего приезда устроим охоту на ленерога! Знаю, знаю, ты будешь рад-радешенек… Если, конечно, на сей раз удержишься в седле!
— Больше не подсовывай мне диких, необъезженных мустангов! Друг называется! — отмахивается тот, широко улыбаясь.
— Ладно, специально для тебя прикажу оседлать славную старушку Мирту — с нее не свалится и трехлетний малыш. Уверен, если вцепишься покрепче, то не упадешь!
— Это ту самую Мирту, что в прошлом году выиграла скачки?
— Друг мой, у тебя прекрасная память!
— Ею одной и спасаюсь!
Они хохочут и одновременно хлопают друг друга по плечам. Вскоре прибегают и раскрасневшиеся дети с Мелиссой. Ее беременного животика почти еще не видно, но по округлившейся фигурке и по счастливым, хоть и уставшим глазам чувствую, у них будет двойня.
Пока мы обмениваемся последними новостями, слуги сервируют нам на поляне незатейливый обед. Накинув на траве покрывало, расставляют блюда с едой. Когда почти уже все готово, слышу ментальный голос Нила:
— Ленерогов убедительно попрошу не убивать. Риана непременно расстроится и проплачет всю ночь.
— Твоя дочь готова плакать над каждой убитой зверушкой и каждой съеденной рыбкой, Нил. Ты бы ей объяснил, что это людская еда… Людей ей не жалко?
— Не так сильно, как животных. Особенно она к ленерогам привязалась. У них, говорит, глазки добрые и выразительные. Они всегда ее на спинке катают и едой делятся.
— Но это же пищевая цепочка! В природе так устроено: одни животные поедают других!
— Если одно животное ест другое, ее это ни хрена не парит. Сам не пойму, почему… А если человек его ест…
— Отлично… Дочь вегетарианка у плотоядного папы! Сам-то как питаешься теперь? Врешь, что перешел на травку, а за соседней горой быков хомячишь?
— Чего только не сделаешь для дочери! — смущенно шепчет он. — Эта ее особая связь со всеми животными, рыбехами и пташками… Кто же знал, что дети дракона и русалки рождаются властелинами живности?! Риана просто своих подданных защищает… Со временем она, конечно, поймет… Ну, ты сама знаешь, как оно бывает… Черно-белый мир обрастет полутонами, начнутся компромиссы. А пока… Ленерогов трогать не сметь! — жестко приказывает он. И добавляет через пару секунд уже чуть помягче: