Настоящий американец - 2 (СИ)

Перевел взгляд на Эмму, о присутствии которой мы оба забыли, и увидел перекошенное от ненависти лицо девушки, а ее нежная рука с нанизанными на пальцы изящными кольцами сжимала окровавленную ножку от бокала.
От всепоглощающего чувства потрясения, меня спас забежавший в наш закуток Перри Мэтьюз. На ходу он достал из кармана носовой платок, вытащил им из рук сестры остатки бокала, и бросил их поближе к скулящему на полу мафиози.
– Несчастный случай, – сообщил он вбежавшим следом официанту и парочке наиболее любопытных гостей.
– Боже мой, что произошло?!
– Порезался бокалом от шампанского. Позовите кто-нибудь врача! – хладнокровию Мэтьюза можно было позавидовать.
– Как он так умудрился? Он его грыз что ли? – посыпались недоуменные вопросы.
– Эмма, девочка, тебе не нужно на это смотреть, пошли отсюда, – он мягко взял сестру за руку и повел на выход. Она вновь стала похожа на ангела, только теперь потерянного.
В отличии от невозмутимого адвоката, я был поражен случившимся и все никак не мог решить, что мне делать дальше, оставаться и отвечать на назойливые вопросы или лучше свалить по-быстрому. Инстинкт самосохранения склонился ко второму варианту и я поспешил вслед за Мэтьюзами. В конце концов, надо было разобраться, что за хрень сейчас произошла. С чего вдруг ангел обратился в демоницу.
Нанятый мною на вечер лимузин нас дождался и отвез к адвокату, который с сестрой занимал просторную квартиру на третьем этаже доходного дома.
– Вколол ей снотворного, – Перри вернулся в гостиную минут через пятнадцать, где я надирался виски. – Что произошло? – потребовал он ответа, остановившись возле окна и нервно прикуривая сигарету. Оказавшись дома, он позволил себе немного расслабиться и стал похож на обычного человека со слабостями.
Я рассказал и поделился своими мыслями насчет причастности Чарльза Френсиса к мафии.
– Какого черты ты приперся к нам с этим гребанным приглашением?! – сжав кулаки, он метнулся ко мне. Лучше бы он и дальше оставался в хладнокровном режиме, а так пришлось вскакивать с кресла. Пэрри остановился в шаге от меня, но кричать не перестал. – Это ты во всем виноват!
– Ты сам согласился принять приглашение, – напомнил я ему.
– А что мне еще оставалось делать?! Она перестала есть. Лежала в своей комнате и смотрела в потолок!
– Мог бы предупредить, что у твоей сестры проблемы с психикой, – как мне казалось справедливо заметил я. Других объяснений для такой агрессии я не видел.
– У нее нет никаких проблем! – вцепился он в мой фрак. – Пока ты не появился, все было отлично!
Я стряхнул его руки и направился к выходу.
– Подожди! Надо решить как действовать будем, – остановил он меня уже ровным голосом. – Раз ты говоришь, что этот Фрэнсис мафиози, значит в полицию не побежит, сам будет с нами разбираться. Это с одной стороны облегчает нам жизнь, хоть по судам ходить не придется. С другой – резко осложняет, я бы даже сказал, угрожает ей. – Он впал в задумчивость. Я ему не мешал поскольку сам был занят поиском выхода их задницы, в которой оказался.
В итоге, мы с утра приехали в Бруклин, на Брайтон-Бич.
Пока это место не стало прибежищем для эмигрантов из Советского союза, сейчас это обычный неблагополучный район Нью Йорка. Времена, когда Брайтон-Бич являлся фешенебельным курортом для богатых европейцев давно прошли, от былой роскоши остались лишь ошметки: купальни, ванны, стремительно ветшающие павильоны и раздевалки. Сейчас здесь царили грязь, бедность и криминальные банды всех мастей: национальные, расовые и молодежные.
Здание, которое облюбовало себе под офис агентство Тимоти Спаркса, вполне вписывалось в окружающий пейзаж: немытые окна, с паутиной и дохлыми мухами между рамами, облупившаяся вывеска, скрипучие полы.
– Какого хрена ты притащил меня в эту дыру? – оставлять здесь свой Корвет совершенно не хотелось. Угонят или обнесут.
– Это агентство моего хорошего знакомого, я тебе об этом уже говорил, – через губу процедил Перри.
Понимания между нами так и не возникло. Каждый винил во вчерашнем кошмаре другого. Наш совместный поход – вынужденное сотрудничество перед лицом общего врага.
 
– Не ссы, ничего с твоей малышкой не случится, тачки клиентов Спаркса не трогают, – разгадал он мои страхи.
Мы зашли в здание и прошли мимо рабочих столов, за которыми сидели более десятка мужиков. К моему удивлению их внешний вид диссонировал с местом их пребывания. Все подтянутые, чисто выбритые, в отлично сидящих костюмах.
Мой адвокат без стука открыл дверь с табличкой. «Тимоти Спаркс, директор детективного агентства», на которой внизу от руки было добавлено «и самый большой говнюк в Бруклине».
– Пэрри Мэтьюз, я же тебе сказал, когда мы виделись в последний раз, что при следующей встрече отстрелю тебе яйца! – громогласно объявил хозяин кабинета, не старый и очень крепкий на вид мужчина с шикарной шевелюрой седых волос. Одет он был в неброский серый костюм с белой рубашкой, пиджак небрежно висел на спинке стула, и довершала образ плечевая кобура.
– Я по делу, Тимоти, по очень важному делу, – в отличие от хозяина кабинета Пэрри вел себя сдержанно.
– У меня тоже есть важное дело Пэрри, выбить из тебя всё твоё техасское дерьмо за то, что ты сделал с Тиффани! – Плюя на проблемы потенциального клиента, продолжал гнуть свою линию Спаркс. – Эй парень, – это уже мне, – если у тебя есть сестра, пусть она держится подальше от этого хьюстонского засранца, он большой любитель вскружить невинной девушке голову, затащить в постель, а потом свалить в закат, оставив ту с разбитым сердцем!
– Это все, конечно, очень интересно, но мы пришли к вам по делу, – попытался я придать разговору деловой тон.
– Где ты откопал этого зануду?!
– Тимоти, успокойся, я прекрасно знаю, что Тиффани давно замужем за Эдом Салливаном, агентом по торговле недвижимостью из Филадельфии, а ты точно также знаешь, что это я их познакомил. Так что хватит орать, старый хрен, мне нужна твоя помощь.
– Ну, ладно, – мгновенно остыл Спаркс, – если ты пришёл ко мне и говоришь, что тебе нужна помощь, значит дело серьезное, – он встал из-за стола, выглянул из кабинета и крикнул в приемную, – миссис Робинсон, принесите выпить мне и двум моим гостям!
Когда вернулся в свое кресло, Спаркс печально поделился:
– В последнее время не держу бухло в кабинете, слишком много поводов, чтобы выпить.
– Это да, ты всегда был любителем заложить за воротник, – отреагировал на признание приятеля Пэрри и, не смущаясь, убрал с одного из кресел для посетителей большую кипу из папок, газет и разрозненных документов, после чего переложил ее на пол, только эта поверхность в кабинете была относительно свободной.
– Не стесняйся, Фрэнк, присаживайся, – сказал он мне, указывая на точно такое-же заваленное бумагами кресло.
– Да, приятель, скинь весь этот хлам на пол и садись, – подтвердил мне Спаркс и переключился на адвоката. – Итак Мэтьюз, что заставило тебя прийти ко мне? И, кстати, я не передумал тебе кое-что отстрелить, пока просто отложил. И представь уже нас наконец.
– Тимоти, это Фрэнк Уилсон, мой клиент. Фрэнк, это Тимоти Спаркс – один из лучших частных детективов, что я знаю, и самое главное он не задаёт лишних вопросов, а его ребята очень профессиональны.
На презентацию я ответил сдержанным кивком. Пока увиденное здесь оптимизма не внушало.
В это время дверь распахнулась и в кабинет вошла благообразная старушка, которой было место скорее в церковном хоре, а не в этом бедламе. В руках она держала поднос с тремя стаканами, чашкой с кубиками льда и бутылкой виски.
– О, Пэрри, – явно обрадовалась встрече старушка, – как я рада тебя видеть! Ка дела? Как Эмма?
– Я тоже рад вас видеть миссис Миллер, – Пэрри поднялся с кресла и когда старушка поставила поднос они даже обнялись. – Всё хорошо, спасибо.
– Ну все, хватит пустых разговоров, – прервал их Спаркс. – Давай, Пэрри, рассказывай, с чем пришёл.