Пробуждение (ЛП)

Я вытерла глаза тыльной стороной ладони, чтобы попытаться смыть грязь, пульс стучал в ушах.
Когда ко мне вернулось зрение, я увидела Дариуса и Сета рядом со мной. Сет подул резким ветром на верхушку огня, пылающего в ладонях Дария. Совокупный эффект был похож на взрыв в духовке, и я ахнула от ужаса, когда липкое вещество, покрывающее меня, высохло до твердой, непроницаемой второй кожи.
«Нет, нет, нет!»
Я вцепилась в нее, но она не поддавалась. Волосы свисали густыми прядями, а лицо казалось таким, словно его обклеили самой ужасной грязью на свете.
— Ааа! — Я закричала в ярости, огонь разгорелся в моих венах. — Уберите ее с меня!
Вспышка света сказала мне, что делается фотография, а потом они все покатились со смеху. Еще через несколько секунд они оторвались от меня в лес, и их истерика донеслась до меня уже оттуда.
Я дрожала, стоя там, такая злая, что не знала, что с собой делать.
Я поковыряла уплотненную грязь на руках, но она не сдвинулась с места. Слезы смущения защипали мне глаза, когда я поняла, что мне нужно было сделать.
Я потопала к краю леса, как болотный монстр, выходя на тропинку, которая вела к кольцу зданий, окружающих Сферу.
Группа девушек направлялась в мою сторону, они перестали разговаривать, когда заметили, что я иду к ним. Слово «смущение» даже близко не подходило к тому, что я чувствовала в тот момент..
— Это какой-то Орден? — пробормотала один из них.
— Нет, думаю, что это Вега, — радостно сказала другая, выхватывая свой Атлас, чтобы сфотографировать.
— Покричи, как осел, — скомандовала девушка, ее глаза загорелись озорством. Принуждение нахлынуло на меня, и я прижала руку ко рту, чтобы попытаться остановить вырывающийся звук. Он вырвался у меня из горла, и с моих губ слетело постыдное и ужасающе громкое «И-а-а-а!»
Я пробежала мимо, когда их смех полился на меня. Смущение залило щеки, пока я отчаянно пыталась избежать новых фотосессий, направляясь прямиком в Юпитер-холл, сложив руки чашечкой над головой.
«Просто продолжай бежать. Не останавливайся».
— Грязевой монстр! — крикнул парень, выходя из Сферы, а девочки вокруг него забегали, крича и хихикая.
Слезы обожгли мои глаза, когда я была поглощена крайним стыдом за эту ситуацию. И самое худшее было еще впереди. Потому что мне пришлось попросить проклятого профессора Горячий-как-черт Ориона помочь мне, выглядев при этом как чудовище из болота.
Войдя в Юпитер-холл, я нашла дорогу к его кабинету, пройдя по длинному коридору. Схватилась за дверную ручку и несколько долгих секунд колебалась.
«Пожалуйста, поглоти меня, земля. Это было бы действительно здорово прямо сейчас».
Я повернула ручку, но обнаружила, что дверь заперта. Нахмурившись, вытащила свой Атлас, чтобы проверить время. Я опоздала на пять минут, так где же он, черт возьми? Неужели он уже перестал ждать?
— Я надеюсь, что это стиль одежды, который вы предпочитайте мисс Вега. — Профессор Орион появился в джинсах и белой футболке, его волосы были влажными, как будто он только что принял душ — для некоторых это нормально.
Его обсидиановые глаза оглядели меня с головы до ног, а рот приподнялся набок, обнажив ямочку на правой щеке.
— О да, я просто люблю валяться в грязи по вечерам, — невозмутимо ответила я, изо всех сил стараясь скрыть это. Но было довольно трудно, когда все, что я могла видеть на периферии, — это комки грязи.
Он шагнул прямо в мое пространство на расстоянии выдоха, вставляя ключ в дверь. Затем направился внутрь, оставив дверь открытой, чтобы я могла последовать за ним, что я и сделала, чувствуя себя людоедом в бальном зале, когда вошла в его роскошный кабинет.
В центре стоял письменный стол в форме полумесяца из вишневого дерева, за которым виднелся сводчатый проход с полками, заполненными книгами в кожаных переплетах. Закрытая дверь в арке помешала мне увидеть дальше в этом направлении, поэтому я оглядела остальную часть комнаты. Высокое открытое окно слева от меня выходило на Сферу, и через него доносились звуки смеха и разговоров. Я была почти уверена, что слышала, как кто-то упомянул мое имя и свинячье дерьмо в одном предложении. Звук из моего Атласа сказал все, что мне нужно было знать. Моя фотография теперь была вживую и ождала меня в Фейбуке, чтобы ее увидела вся школа.
 
Мои внутренности засохли и умерли.
Я неловко стояла на темно-малиновом ковре, когда Орион опустился в свое большое кресло-оттоманку, доставая что-то из шкафа в своем столе. Он поставил на стол хрустальный стакан, а затем большую бутылку бурбона. Предполагаю, что оценка Падающей Звезды о нем была верной.
Он продолжал игнорировать меня, наливая себе порцию, потом откинулся на спинку стула, опрокидывая содержимое в внутрь. Затем причмокнув губами, поставил стакан и двинулся, чтобы наполнить его снова.
— Прошу прощения? — Я прервала его грубость.
Глаза Ориона вспыхнули.
— Да?
— Ну, просто, по-видимому, я стою в твоем кабинете, выглядя как болотное чудовище, и смотрю, как ты напиваешься.
— Похоже, что это действительно происходит, да. Очень наблюдательно, Голубок. Или, может быть, мне теперь следует называть тебя Коричневая? — Он чуть не подавился смехом над собственной шуткой.
«Боже, этот парень настоящий мастер своего дела».
Я положила руки на бедра, и он попытался сдержать смех, уставившись на меня, — ему это не удалось.
— Ладно, к черту. — Я направилась к двери, покончив с этим днем и всеми ублюдками, с которыми столкнулась во время него. Как я могла подумать хоть на секунду, что этот учитель поможет мне? Я должна была помнить, что преподаватели в Зодиаке были такими же бессердечными, как и студенты.
Когда я схватилась за дверную ручку, грязь на моей коже нагрелась мучительным теплом. Я поморщилась, когда его соскребли с меня дюйм за дюймом, а затем смыли потоком воды, которая обернулась вокруг моей кожи, как пленка. Объединенная магия стянула грязь с моей плоти, и она вылетела прямо в окно.
Облегчение охватило меня, когда тело очистили от грязи, а волосы рассыпались вокруг мягким веером синего и черного цветов.
Когда я повернулась к Ориону, чтобы поблагодарить его, резкий ветер прижал меня спиной к двери. Мне пришлось закрыть глаза от натиска воздуха, и мое сердце бешено заколотилось, когда меня удержали на месте.
Когда ветер стих, я несколько раз моргнула и увидела Ориона, стоящего передо мной. От него исходил запах бурбона. Он был пугающе высоким, и все эти мышцы делали меня слабой, но он все равно был просто еще одним мудаком с симпатичным лицом.
— Спасибо, — выдавила я.
— Твоя благодарность — не то, чего я хочу. — Он схватил меня за руку, и в один-единственный удар сердца я поняла, что он собирается сделать. Мои мысли путались, и тело впало в панический режим. Прежде чем я осознала, что делаю, моя рука ударила его по лицу, и громкий хлопок заполнил комнату.
«О, святое дерьмо, я только дала пощечину учителю».
Мгновение, последовавшее за моим ударом, длилось целых две вечности. Орион уставился на меня, а я уставилась на него в ответ. Его щека порозовела от отпечатка моей руки, и он поднял пальцы, чтобы коснуться следа, как будто не был уверен, произошло ли это на самом деле.
Мой язык превратился в отчаянно сухой комок плоти, но мне удалось заговорить хриплым голосом.
— Не кусай меня.
Он наклонился так, что оказался нос к носу со мной, и небесный аромат корицы исходил от его кожи, смешиваясь с резкостью бурбона в его дыхании.
Его губы поджались, и все веселье исчезло с его лица.
 
— Как ты собираешься остановить меня? — он спросил так, как будто искренне хотел получить от меня ответ. И вдруг я почувствовала себя так, словно попала на викторину.
Я медленно вздохнула, его близость делала мои мысли более трудными для понимания, чем обычно.
— Я знаю, как владеть воздухом. Могу оттолкнуть тебя.
— Ты уверена в этом? — Он придвинулся ближе, открыв рот, чтобы показать острые кончики своих клыков.