Фокусник

— Что вы хотите этим сказать?
— Всего лишь то, что примерно раз в две недели к нему на прием приходили условно-досрочно освобожденные. Поначалу мы удивились, видя, что такое количество бывших заключенных является к нему. Потом поняли: они посещали его регулярно, через равные промежутки времени.
— И среди тех, кого вы проверяли по картотеке, есть типы, представляющие для нас интерес?
— Стопроцентной уверенности нет. Поскольку у моих ребят на руках есть только их имена и фамилии, но нет полных данных, им приходится вести поиски по более широкому радиусу, среди людей такого же гражданского состояния. Однако на данный момент — ни одного человека, который изнасиловал бы или убил ребенка. Убийцы, поджигатели, алкоголики, мошенники и так далее. Отличная подборка!
— Есть те, кто совершал преступления на сексуальной почве?
— Несколько человек, кого преследовали за сексуальные домогательства в отношении несовершеннолетних, — с одним из них психиатр встречался в тот день, когда разбился, упав с лестницы, но это не был последний пациент. А последний сидел за изнасилование и попытку преднамеренного убийства пожилой женщины. Это совсем не то, что мальчики десяти — двенадцати лет!
— Да уж.
— Продолжайте копать.
Три часа. Мистраль отправляется в свой кабинет. Коллега передает ему переписанные начисто сведения, полученные от Жоржа Да Сильвы.
— Этот человек был в совершенно невменяемом состоянии. Вероятно, он принял большую дозу лекарств, чтобы преодолеть шок. Интересно, вспомнит ли он вообще о нашем сегодняшнем разговоре.
— И что ты узнала?
— Это была маленькая фирма, нанимавшая специалистов в различных областях ремонта: маляров, плиточников, каменщиков и водопроводчиков. По словам сына, дела шли неплохо, никаких проблем не было, и бухгалтер нам это подтвердит.
— А служащие?
— Вот полный список, гражданское состояние тоже отмечено. — Женщина показывает ему бумагу. — Действительно, есть один парень из бывших заключенных. Работает у них с января.
— Чем занимался?
— Водопроводчик.
— Как его имя?
— Арно Лекюийе.
— За что он сидел?
— Сын затруднился вспомнить в точности, но вроде за нападение или что-то в этом роде.
— Проблемы с этим молодцем были?
— Нет, похоже, что нет: он очень серьезно относился к своей работе.
— А с другими работниками?
— Абсолютно никаких. Большинство работали там по меньшей мере десять лет.
— Этот тип, про которого мы говорили, Лекюийе, — где он живет?
— Да Сильва ничего не знает. Бывшими заключенными занимался его отец, и копии соответствующих документов хранились у него.
— Сейчас ты что намерена делать?
— Ничего особенного, собиралась домой. А что?
— Останься пока тут. Ты общалась с Да Сильвой-сыном, а нам может понадобиться еще раз с ним связаться. Я должен кое-что проверить.
Мистраль не оставляет молодой женщине времени для ответа. Он устремляется к ребятам Кальдрона, работающим над журналом посещений психиатра. И вихрем врывается в кабинет.
— Среди пациентов доктора Тревно значится некий Арно Лекюийе?
Один из агентов отрывает глаза от монитора и быстро проглядывает список.
— Да. Кроме того, это и есть последний, кого психиатр принимал в тот вечер, когда с ним произошел несчастный случай.
— Это не был несчастный случай. Лекюийе его прикончил. Где он живет и за что сидел?
Мистраль старается оставаться спокойным, он чувствует, что охота на преступника уже начата: механизм пришел в действие за долю секунды.
Полицейский сверяется со своими записями, смотрит по базе данных и отвечает:
— Арно Лекюийе, родился семнадцатого марта 1970 года, в тринадцатом округе Парижа, живет на улице Самсон, дом сорок шесть, тоже в тринадцатом округе, отбывал наказание за изнасилование и попытку убийства. Это была пожилая женщина, — добавляет полицейский.
— Когда он сидел?
Один из агентов снова обращается к базе данных и произносит:
— Сел в 1990 году, вышел в январе 2002-го. Он уже почти четыре месяца на свободе.
 
— Мы нашли Фокусника, — мрачно говорит Мистраль. — Убийства детей прекратились в 1990 году, когда он отправился на нары, и начались снова, когда он вышел.
Провожаемый взволнованными взглядами полицейских, он отправляется к большой карте Парижа, висящей на стене, отыскивает там улицу Самсон и тыкает в это место пальцем.
— Ровно посредине между местами двух убийств, совершенных с разницей в двенадцать лет: автомобилиста на улице Жерар и старой бомжихи на улице Сен-Диаман.
Парни молча смотрят на него. Еще секунд тридцать никто не осмеливается вымолвить ни слова.
Три часа тридцать минут. Мистраль, удивительно спокойный, возвращается в свой кабинет. Коллега перечитывает записи, касающиеся пожара.
— Звони Да Сильве-сыну. Спроси его, на какой машине ездил Арно Лекюийе. Давай. Я подожду.
Жорж Да Сильва снимает трубку после пятого гудка. И отвечает, что Арно Лекюийе ездил на белом «пежо-эксперте».
— На мини-вэне, — уточняет он.
— Спроси у него номер.
Молодая женщина передает Да Сильве вопрос Мистраля. Тому, по всей видимости, не так-то просто найти интересующие их сведения, но спустя две минуты он их предоставляет. А две минуты — это слишком долго, особенно а такой момент.
— 3240 FBS 75.
Мистраль благодарит молодую женщину и бежит в зал оперативного отдела, где находятся Кальдрон и другие полицейские, курирующие расследование. Он по рации дает наводку всем подразделениям столичной полиции разыскивать машину, на которой ездил Лекюийе.
Потом хватает мобильник и звонит Дюмону.
— Ты где? — спрашивает Мистраль.
— Шныряю по тринадцатому округу, в окрестностях площади Италии, проверяю белые мини-вэны. А что?
— Что-нибудь нашел?
— Ничего. Я только что слышал сообщение на частоте Эс-2. Откуда у тебя регистрационный номер машины? Так это она принадлежит Фокуснику?
— Повезло. Потом объясню. Возвращайся. Отправляйся в дом сорок шесть по улице Самсон, но потихоньку — говорю тебе: потихоньку, пришли одного человека. И сообщи мне, живет ли там некий Арно Лекюийе. Я жду твоего звонка. Сразу же.
— Хорошо, будет сделано. Это кто? Фокусник?
— Вполне вероятно. Позвони мне, как только сможешь.
Он сбрасывает звонок, не давая возможности Дюмону задавать еще вопросы.
Мистраль поворачивается к Кальдрону и двум другим полицейским: те стояли молча, не прерывая своего начальника ни во время обращения по рации, ни во время разговора с Дюмоном. Они ждали, пока Мистраль сам все объяснит.
— Думаю, мы действительно нашли Фокусника. Я послал Дюмона проверить адрес на улице Самсон. Жду его звонка.
Мистраль рассказывает коллегам о возможном местонахождении Фокусника. Те слушают его словно громом пораженные.
— Если все подтвердится, отправляемся туда немедленно. Нужно сделать все как можно быстрее, задействовать все группы, работающие в том секторе.
Напряжение в оперативном отделе стремительно растет. У всех в головах крутятся одни и те же мысли, которые никому не хочется высказывать вслух. Первая: если это не Фокусник, мальчик погиб. Вторая: если это Фокусник, лишь бы только не было слишком поздно!
Телефон Мистраля начинает вибрировать Мистраль видит на дисплее номер Дюмона.
— Слушаю тебя.
— Да, там действительно живет Арно Лекюийе, второй этаж, направо.
— Сколько у тебя людей?
— Двадцать пять.
— Четверых отправь в вестибюль здания, по четыре человека — на каждый конец улицы, а с остальными отправляйся сам: выясни, нет ли в доме окон, выходящих на улицу с другой стороны. Я еду — с двумя ребятами, имеющими все необходимое, чтобы взорвать дверь. Слушай сообщения по рации.
Потом он обращается к коллегам, стоящим рядом:
— Звоните в Службу спасения, попросите прислать «скорую» и врача. Пусть они поставят машину на площади Бют-о-Кай, но главное — чтоб ехали тихо, без сирены.