Лестница власти (СИ)
— Зайдем с другой стороны. Что может повлиять на поисковичок подобным образом? Оно растворилось вокруг? Нет, конечно, нет. Или да? Но как? И почему оно не указывает на… — Велимудр перевел взгляд на малахитовую шкатулку с кровью мегамопса, которую держала в руках Лиза. Когда она успела её взять?
— Да, верно, девочка. Почему поисковичок не указывает на неё? Значит, этот чудный зверь существует и жив. Но где? Везде и негде… Кстати, а вы зачем пришли? — его взгляд вдруг стал осмысленным.
— Мы как раз хотели о нем и спросить, — сказала Лиза и положила шкатулку на столик.
— А я думала, что вы просто в библиотеке посмотрите… — начала Милена. — Бабушка рассказывала, что господин Канцлер уже очень давно составляет самый полный бестиарий. И у него даже есть волшебный гримуар, которому просто достаточно назвать монстра и он выдаст все, что про него известно…
— Вот именно! Нужно название или имя, если он такой один! — перебил её Велимудр. — Но ты права, девочка, и я работаю в этом направлении. К счастью, меня преследует вдохновение этой ночью! Мне подвернулась под руку не самая глупая женщина, которая хоть немного разбирается в книгах. Я смог разглядеть в ней больше, чем просто служанку, мгновенно проникнув сквозь невзрачный фасад в сокровищницу её достоинств! Как только я убедился в своей правоте насчет неё, я оставил на неё нудную работу по просмотру всех бестиариев и проверке на гримуаре подходящих, хоть немного, по описанию существ. Ширин, кажется… Думаю, Канцлеру следует принять её на должность младшего библиотекаря.
— Ширинка! — воскликнула Милена. — Она же моя служанка!
— У вас интересный способ подбирать прислугу, — ухмыльнулся Велимудр. — Думаю, мне надо поговорить с вашим стражником. Вдруг он ювелир, — волшебник хохотнул. Вспомнив Оногура, я тоже улыбнулся. — Мне как раз требуется мастер для тонкой работы. Посмотрите сами. — Велимудр ткнул пальцем в мечущуюся птичку. — Я просил сокола! А это больше похоже на чижа!
Я оценивающе глянул на птичку. Если отлито по требованию волшебника за пару часов, то очень тонкая и красивая работа. А Велимудр-то, любитель придираться…
Милена сжала кулачки, шагнула поближе к мотающемуся взад-вперед на кресле волшебнику и процедила:
— Это. Мои. Слукх… — не дав ей договорить, я сгреб её в охапку, одновременно зажав рот и сказав волшебнику, который не отрывал взгляд от своего поисковика:
— Мы на минуту! — оттащил злую Милену в сторону. Она попыталась меня укусить за руку и вывернуться, но только обслюнявила мою ладонь и прижалась попкой к моему паху.
— Ты что делаешь? Остановись и подумай! — шепнул я ей на ухо. Она застыла. Я продолжил шептать. — Сейчас ты оказываешь услугу даже не Велимудру, а самому Канцлеру. Это им нужна Ширин, это они не могут найти библиотекаря. Разыграй эту карту… — блин, тут нет карточных игр. Колоды карт всегда связанные с магией. — Используй эту возможность правильно, сделай им одолжение но так, чтобы они поняли что они тебе должны. Найдешь ты себе другую служанку, в самом деле.
Милена некоторое время обдумывала мои слова. А потом кивнула. С точки зрения Мстислава я хорошо понимал её вспышку. Дело не в чувстве собственности, как таковом. Трудно относится к людям, как к предмету, для этого отклонения должны быть в психике. Но и переоценивать степень привязанности хозяев к слугам, тоже не стоит. Если попытаться привести близкий пример, то слуги занимают в жизни правящего сословия место очень полезных домашних животных. Представьте, что вы оставили котика на передержку знакомым. А когда приходите его забирать, котик вам говорит: “Я у этого хозяина останусь. Мне тут больше нравится”. Вам будет очень обидно.
— Хватит уже обжиматься, — зло шикнул на нас Илья. Шикнул-то зло, но стоял он так, чтобы Велимудр нас не видел. Я осторожно выпустил Милену. Она поправила волосы, вытерла губки и вернулась к Велимудру.
— А Канцлер знает? Про Ширинку?
Велимудр развел руками:
— Я еще ему не говорил, но Канцлер обычно знает не только то, что происходит в Лицее, но и то, что только ещё должно произойти.
Милена задумчиво кивнула. И тут мы вздрогнули. Все вздрогнули. От протяжного, глубокого, яркого и сочного женского вздоха. Поверьте, у меня есть некоторый опыт из прошлой жизни по части женских стонов и довольно яркий опыт прощания с сестрами в этой, но такого я никогда не слышал. Мы испуганно заозирались. И увидели Лизу, стоящую через два стола от нас перед зеркалом. Небольшим, сантиметров сорок высотой и не больше тридцати сантиметров шириной. При этом установлено зеркало было в роскошной, напольной, фундаментальной, резной раме. Милена белой волчицей метнулась к Лизе, прижалась к ней, чтобы тоже попасть в отражение, и испустила ничуть не менее страстный стон.
Глава 28
Глава, в которой главный герой стоит на страж частной собственности, попирая все рамки приличия. Рассуждает о честности скрывая от всех правду, и дает другу очень злой совет, желая ему только добра.
— О, да! — самодовольно сказал Велимудр, наблюдая за девушками. — Вот еще одно непреложное доказательство моей исключительности. Во всем царстве только я, Велимудр Звездочет, могу сотворить такое! Но этот секрет я вам не покажу на лекциях. Ведь надо же оставить что-то и для себя! — Милена еще немного покрутилась перед зеркалом, скорчив несколько гримасок, коснувшись своих губ, глаз, волос… А потом кинулась к Велимудру, упала перед ним на колени схватив своими руками его руку и, проникновенно заглянув ему в глаза своими огромными голубыми озерами, совершенно неприлично простонала:
— Пожалуйста, господин Велимудр, научите нас делать такие зеркала!
Рядом с ней приземлилась Лизавета. И рыженькая в точности повторила действия Милены, разе что схватилась за другую руку Волшебника. И грохнулась на колени она, как мне показалось, с едва заметным звоном. Ну и мордочка у неё слишком умная, хотя у Милены она хитростей нахваталась — смотрела в выпученные глаза опешившего Велимудра, вытянув шейку чтобы и видеть поверх безобразного комка седой бороды, с очень трогательным выражением, глазками блестящими и только едва-едва, в самой глубине, насмешливыми.
Велимудр засмущался, хотел что-то сказать, но закашлялся. Своим волшебным чутьем, не иначе, почуяв ловушку, вырвался, встав с кресла и разорвал дистанцию, отступив к зеркалу. Девушки погнались за ним, но опять залипли на свои отражения, снова замерев у зеркала прижавшись друг к другу. Велимудр воспользовался этим и отступил за длинный, заваленный рулонами пергаментных свитков, стол.
— Может, для вас двоих и сделаю исключение, — неохотно сказал он. — Но не раньше третьего курса! А до того и думать забудьте!
— Ну пожалуйста! — снова повернулись к нему девчёнки.
— Тихо! А то выгоню! — рявкнул Велимудр, видимо чувствуя себя в безопасности. — Вы ж до третьего курса и не поймете, хоть бы я вам и рассказал секрет.
Я подошел к зеркалу поближе. С осторожностью. И убедился, что это самое обычное зеркало. Вернее, если сравнивать с зеркалами привычными в моем мире века с девятнадцатого, то даже херовенькое зеркало. Оно явно искажало отражение, делая Милену и Лизу слегка тоньше, чем они были на самом деле. Не как в комнате смеха, но заметно. А левый нижний угол и вовсе шел волной.
Пока девчонки увлеченно вертелись перед зеркалом, Велимудр, поняв что первый натиск он отбил, вальяжно вернулся к своему креслу.
Я осторожно приобнял Лизу за талию, не дав ей отпрянуть и начал ощупывать ей фигурку.
— Заткнись, дура, — нежно прошептал я ей на ухо. — Не зли меня, а то Велимудру сдам.
И начал вытаскивать из её карманов всякую мелочь, которую она уже умудрилась спереть. Милена бросила на нас мимолетный взгляд, удивленно взметнула брови. Но быстро сориентировалась и обошла нас, встав так, чтобы Велимудр ничего не видел.
Лиза была злая как черт, но не сопротивлялось. Прижала ручки к груди. Слишком очевидный ход. Видимо, самое ценное у неё не в карманах.