Отпуск с осложнениями (СИ)

Еще надо не забыть брючки, шортики, несколько юбочек, а в пару к ним маечки, кофточки, блузочки.
На отдыхе мне понадобится еще спортивная форма. Я же не имею права щеголять рыхлой задницей.
В человеке все должно быть прекрасно, особенно в девушке: попа без целлюлита, грудь без провиса и лоб без складочек, чтобы взгляд как у младенца — счастливый и немного расфокусированный.
К концу сборов передо мной стояло три огромных чемодана, две сумочки поменьше и это не считая кофров со шляпками. О
которых я в вспомнила в самый последний момент.
Пересчитала багажные места и выдала:
— Мало. В прошлый раз было больше. Теряю сноровку. Это все возраст. С каждым днем мне надо все меньше и меньше вещей.
По этому поводу я даже пригорюнилась. Села на кровать, подперла кулачком подбородок и загрустила.
Вот были же времена, когда одних только купальников я брала полдюжины, а что теперь? Несчастные три штуки. Один для открытых водных просторов, второй для бассейна и третий старушечий — с закрытым животиком.
Это я на работу ходила строго по дресс-коду, а на отдыхе могла позволить быть самой собой, освободить из под гнета условностей свою внутреннюю девочку. А она у меня была капризная, любящая все яркое, прозрачное, сексуальное.
Чтобы не портить себе праздничное настроение перед вылетом на курорт я даже прикинулась больной, отправив «И. о»
послание о своей профнепрегодности на некоторое время. Судя по пришедшему в кратчайшие сроки ответу с отмашкой выздоравливать, я не особо-то была нужна на рабочем месте.
Оставшееся до вылета время я провела с пользой. Проводила инвентаризацию взятых в дорогу вещей, определяла чего мне не хватает для полного счастья, а затем ходила по магазинам, восполняя недостающее. Ведь я могла себе это позволить.
Когда за тур не платишь ни одного кредита, сэкономленные деньги можно потратить на себя любимую.
А шопинг, известное дело, выметает из головы все посторонние мысли. Ходить между рядами с одеждой можно до бесконечности, что я собственно говоря и делала, мечтая как буду выглядеть в той или иной позе на фоне бархатного песка и накачанных мулатов. Ну, или метисов на крайний случай.
Ехать в общественном транспорте с кучей пакетов из магазинов это настоящее преступление. Я и не поехала. Пошла искать стоянку наземного такси. Во время переходов между магазинами заглянула в пункт быстрого питания, купила шаурму и съела.
А зря.
Судя по звукам доносившимся из моего желудка, мясо в шаурме было не до конца убитым. И теперь оно методично пыталось выбраться наружу, тем же путем, каким и попало в желудок.
Вздумай я лететь, меня бы точно стошнило. А так была возможность оставить шаурму на месте до полного разрушения желудочным соком. Судя по научным журналам, желудок это самая агрессивная среда, имеющаяся на свете.
Как назло не только я решила добираться на такси. Возле места посадки образовалась длинная очередь. Машинки хоть периодически подъезжали, но не справлялись с потоком желающих.
Мне уже дважды оттоптали ноги. Один раз когда дама корпулентной наружности пронеслась мимо с грацией бегемотика, крича на ходу, что она имеет общественные льготы и ей обязательно надо уступить место. А второй раз, когда юный оголец опробовал новый самокат. Парень проехал по ногам всей очереди, как мне показалось, покуда его мамаша дождалась своей.
К тому моменту как передо мной оказался один человек, я проклинала все на свете. И неубиваемую шаурму, и корпулентную даму с льготами и парнишку на безмоторном средстве передвижения.
— За покупками, значит, ходите, а на работе говорят, что вы нетрудоспособны. Плохо. Очень плохо. Наводит на разного рода мысли. Не находите? — раздавшийся над ухом голос заставил вздрогнуть.
Я вскрикнула. Потеряла часть пакетов. Принялась собирать, косясь на непонятно откуда взявшегося Артура Некста.
— Тьфу на вас. Напугали до смерти. Вы часом чертиком из табакерки не заделались? — спросила у стоящего рядом мужчины с невозмутимым видом взирающего на меня с высоты своего роста.
 
— Я — ваша совесть, Этель, — мужчина заложил руки за спину.
— В честь чего это? И, вообще, какое вам дело до меня? — я, наконец, собрала все свои пожитки.
— Я, может быть, забочусь о вас, — ответил Артур.
— Ой, да вы скорее о мухе на стекле подумаете, чем обо мне, — я невольно поправила волосы упавшие на лоб. Не хватало, что выглядеть загнанной лошадью пред этим надменным типом.
А тут как назло шаурма вновь взбунтовалась, заставляя скривиться.
— Мамочки, меня кажется сейчас вырвет, — поднесла руку ко рту.
Артур же принял это на свой счет.
— Неужели я настолько вам противен, что вызываю столь сильные эмоции?
Эмоции-то он вызывал, но не те, о которых думал. Опозориться перед Артуром Некстом означало получить нескончаемую череду подколок и намеков на все оставшееся время работы в фирме.
— Возьмите, — я только и смогла вымолвить, одновременно всовывая в руки мужчине свои покупки.
Он с удивлением в глазах беспрекословно принял пакеты.
Как только вещи оказались в относительной безопасности, я рванула прочь со стоянки, в надежде, что шаурма не увидит свет раньше времени. Терпения шаурмы хватило ровно до того момента как я завернула за угол. К счастью владельцы торгового центра не поскупились на урны. Там и нашла своей последний приют шаурма, жизнь в которой так и не прервалась даже под воздействием агрессивной среды моего желудка. Для нее он оказался слишком дружелюбным.
Я с облегчением вздохнула, когда наши пути с шаурмой разошлись.
— Водички? — в поле моего зрения показалась мужская рука с пластиковым стаканчиком, в котором плескалась прозрачная жидкость.
Артур, обвешенный с ног до головы моими покупками, с невозмутимым видом протягивал стоял рядом.
Я застонала. Как выяснилось, зря только пряталась. Артур стал свидетелем моего позора.
— Неужели не могли постоять за углом?
— А вдруг вам понадобилась бы моя помощь?
Выхватила из руки Артура стаканчик. Отпила. Прополоскала рот. Сплюнула. Смысла и дальше держать лицо не было.
Мужчина видел все.
— Моя очередь на такси прошла…, - произнесла с сожалением, опуская глаза. — Только зря простояла.
Мне было стыдно.
— Да. Если не везет, то не везет по-крупному, — поддержал
Артур.
Это прозвучало как насмешка.
— А вы прям и рады. Все ждете когда поскользнусь и упаду. Ну, так можете радоваться. Вы видели меня в неприглядном виде.
— Какая же вы желчная девушка…, - начал мужчина. Я аж задохнулась от возмущения, — но вы ошибаетесь, — продолжил
Артур. — И мне вас жаль.
— А вот не надо меня жалеть, — я выбросила пустой стаканчик в урну и подошла к мужчине. — И отдайте мне мои пакеты, -
принялась выхватывать их один за другим.
— Ваше такси уже уехало, — напомнил Артур.
— Ха-ха-ха, можете начать смеяться, — произнесла с нажимом.
Некст ухватился за ручки пакетов и никак не желал мне отдавать.
— А я на машине, — вдруг произнес он.
— И что? Хотите еще поиздеваться? — спросила.
— Нет. Наоборот, хочу вас подвезти, — заявил Артур про между прочим.
Я недоуменно застыла, когда до меня дошло что именно предложил мужчина.
— Правда? — как-то не особенно верилось в альтруизм Некста. -
Не шутите?
— Я никогда не был так серьезен как сейчас, — с непроницаемым видом произнес мужчина.
Смерила его взглядом. Подумала. И заявила.
— Я согласна.
Сил на то, чтобы стоять еще в одной очереди не было. Мне хотелось домой, чашечку кофе и любимый диванчик. И чтобы как можно быстрее.
— Тогда в путь, — произнес Артур и, не смотря иду я за ним или нет, двинулся в путь.
 
Мне же оставалось только следовать за мужчиной в его фарватере. Мы прошли мимо аэроавто, а в простонародье флаеров. Когда я оказывалась рядом с очередным агрегатом, то все думала, что именно этот принадлежит Нексту. За доли секунды представляла его владельцем за пультом управления, гадала как он смотрится в лобовом окне.