Обещания (ЛП)

Ее большие зеленые глаза посмотрели в мою сторону.
— От меня? Что?
— Позволь мне освободить тебя на вечер от готовки. Я бы сама хотела это сделать.
— Ты уверена? Патрик только что сказал, что у тебя был длинный день. Ты можешь подняться наверх и принять ванну или что-нибудь в этом роде.
— У тебя когда-нибудь был день, когда ты уставала думать об этом? — спросила я.
— День, когда тебе хочется думать о чем-то другом?
— О, подруга, ты меня понимаешь. — Я указала на все продукты на столе. — Думаю, у тебя есть идеальное решение.
— Я могу помочь тебе, — предложила она.
Я сбросила туфли и в одних чулках пошла по мраморному полу.
— Не нужно. Но все равно спасибо. Понятия не имею, что буду делать, но я хочу сделать это сама. — Я положила руку на плечо Лорны. — Почему бы тебе хорошенько не отмокнуть в ванне? У меня наверху есть соль для ванны, можешь её использовать.
Она хихикнула.
— Как ты думаешь, кто делает закупки? У меня самой щедрый запас.
— Отлично. Рада слышать.
Лорна перевела взгляд со стола на меня.
— Ты уверена?
Я махнула рукой в сторону частного лифта.
— Уверена.
Она протянула руку и накрыла мою ладонь своей.
— Ты кажешься… довольной тем, что находишься здесь.
Мои щеки вспыхнули.
— Помнишь, ты говорила мне, что любовь — это не то, что можно контролировать?
— Да…
— Я знаю, что нахожусь здесь и со Стерлингом не так долго. И все же кажется, что мы всегда были вместе. Это трудно объяснить.
— И… — Я хихикнула, наслаждаясь тем, как легко было разговаривать с Лорной. Я сказала Луизе и Винни, что люблю Стерлинга. Мне казалось, что если Лорна — моя новая подруга, то я не должна оставлять ее в стороне. — И я в него влюбляюсь.
— Влюбляешься?
— Черт возьми, нет. Я влюбилась, как сумасшедшая. Он может быть абсолютно невыносим.
Разговор с кем-то, кто его знал, был признанием истины.
— Он слишком заботливый и властный. — Улыбнувшись, я вспомнила, что к его просьбе поехать домой добавилось еще кое-что. — И он старается быть лучше. Я думаю, что мой самый большой барьер — это доверие.
Лорна кивнула.
— Ты доверяешь ему?
Да, но мне хотелось услышать ее ответ.
— Ты знаешь его дольше. Можно ли ему доверять?
Лорна прикусила губу.
— На днях утром ты сказала, что у всех троих мужчин один мозг. — Она снова усмехнулась. — Их объединяет нечто большее. Друг с другом они предельно честны. Я не уверена, что есть что-то, чего они не скажут друг другу. — Ее щеки порозовели. — Ладно, я думаю об одном. Все эти мужчины слишком уважают женщин, чтобы делиться нашими интимными секретами. Когда дело доходит до чего-то другого, их честность не знает границ.
— Почему я чувствую, что есть какое-то «но»?
— Это скорее уточнение. Я верю всему, что говорит мне Рид, и всему, что говорят мне Патрик и Спарроу. Я также знаю, что есть вещи, которые они делают, видят или знают, но не говорят мне. Думаю, с тобой будет то же самое, — она пожала плечами. — Некоторые могут посчитать, что это ложь от недомолвки. Надеюсь, что нет. Надеюсь, ты решишь смотреть на это так же, как и я — это защита.
Я выдохнула.
— Я часто слышала это слово с тех пор, как все началось.
— Арания, они верят в это до глубины души.
Я вспомнила, что Стерлинг говорил о том, чтобы говорить ему правду.
— А разве недомолвка не будет считаться полуправдой?
— Спарроу рассказал тебе, где они втроем подружились, верно?
— Они прошли базовую подготовку, а потом их разместили вместе с кем-то по имени Мейсон.
У Лорны перехватило дыхание.
— Он рассказал тебе о Мейсоне?
— Не так уж много, а что?
Она покачала головой.
— Не мне рассказывать эту историю.
То же самое Стерлинг говорил и о Яне.
— Я чувствую, что это еще не все.
— Милая, если он так быстро тебе все рассказал, значит, он тебе доверяет. Это должно что-то значить.
Я кивнула. Это действительно что-то значило.
— Итак, — сказала Лорна, — … возвращаемся в армию. Он сказал тебе, что они вместе отслужили два срока.
На самом деле она не задала ни одного вопроса, но я кивнула.
 
— Разве это полуправда, если он не поделился тем, что они делали, видели, пережили? Нужно ли тебе все это, чтобы это было правдой?
Я подумала об этом.
— Нет, не нужно. Если ему когда-нибудь понадобится поделиться, я выслушаю, но пусть это остается за пределами моих бытовых дел.
— Именно. Возвращаясь к твоему вопросу, считаю ли я его заслуживающим доверия? Я думаю, что могу на сто процентов поверить тому, что говорят Спарроу, Патрик или Рид. Я также знаю в глубине души, что мне говорят только около шестидесяти процентов того, что они знают.
— И тебя это устраивает? — спросила я.
— Да. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить время на беспокойство о вещах, которые я не хочу знать. Если это важно для меня, Рид расскажет. В противном случае я бы предпочла проводить время со своим мужчиной, занимаясь другими делами.
Это заставило меня усмехнуться.
Она легонько шлепнула меня по руке.
— Я говорила о шахматах. Куда делся твой разум?
— Конечно, о шахматах. — Я пожала плечами. — Может, о шашках?
Мы с Лорной рассмеялась.
— Последний шанс помочь с ужином, — сказала она.
— Нет, я справлюсь. — Я посмотрела в сторону кладовки. — Может, там есть коробка макарон с сыром?
Ее глаза расширились.
— Скажи мне, что ты шутишь, или я не уйду.
— Я шучу.
— Веселись. Кстати, — сказала она. — Я вытираю пыль в кабинете Спарроу. Я заметила его шахматную доску, и ни одна из фигур не сдвинулась с места.
Мои щеки вспыхнули, когда я почувствовала блеск в глазах.
— Хм.
С салатами в холодильнике, домашней овощной лазаньей в духовке и свежей буханкой французского хлеба, готовой к выпечке, я проскользнула наверх, чтобы, наконец, переодеться в рабочую одежду. Я не могла поверить, что только что нарезала, смешала и приготовила еду, одетая в то же самое дорогое платье, в котором была на работе.
Мой разум был слишком поглощен едой, чтобы думать об одежде.
Пока я размышляла о чем-то удобном, мой взгляд переместился в ту часть шкафа, где висели платья, слишком модные для работы, скорее для званых обедов или торжеств. Пропуская роскошные материалы сквозь пальцы, я на мгновение подумала о «Полотне грехе» и Винни. Покачав головой, я отказалась останавливаться на этом.
Я позвонила Луизе и сказала ей, что Винни уже едет домой, она хорошо поработала, и мы могли бы обсудить дальнейшие планы после рождения ребенка. А потом я отправила Винни сообщение, спрашивая, готова ли она поехать обратно в Боулдер. Она ответила, что готова.
Я знала, что могу позвонить Патрику и узнать подробности, но прямо сейчас была измотана общением с другими людьми. Я была готова к вечеру, который включал только одного человека.
Быстро приняв душ, я поправила макияж и вместо того, чтобы уложить волосы, расчесала их. Из-за того, что я весь день была собрана, длинные локоны струились по моей спине светлыми волнами.
Со свежими чулками до бедер в качестве единственного нижнего белья я влезла в красное платье, которое впервые увидела в самолете Стерлинга — да, оно было в химчистке. После быстрой прогулки к ящику с драгоценностями в шкафу, я добавила бриллиантовые серьги и длинное платиновое ожерелье. Единственным аксессуаром той первой ночи были красные лакированные сандалии от Ив Сен-Лорана.
С хлебом и маслом, смесью приправ на столе вместо барной стойки, были подготовлены места для нас, включая бокалы для вина и лазанью на плите, и теперь я замерла в ожидании Стерлинга.
Было уже почти семь, когда не шаги, а характерный звук открывающейся двери лифта предупредил меня о прибытии Спарроу. Зажигая свечи на столе в полутемной кухне, я ждала, пока солнце опустится ниже, наполняя небо оттенками красного и фиолетового.
 
Глава 9