Хагалаз. Восхождение (СИ)
Арена загудела. К ногам Элофа пал первый соперник, и вместе с Грегором он начал теснить другого. Это было жалкое зрелище. Так псы затравливали загнанного в угол зайца. Развалившейся в песке труп мешал мужчине двигаться. Он не мог поднять левую руку, а противники били с двух сторон. Гелата делала вид, что следит за боем, но её мысли находились далеко.
Люди вскочили с мест, чтобы воздать хвалу победителям. Девушка лишь несколько раз хлопнула, и поднялась, возрадовавшись возможности уйти из этого душного, шумного места. Её примеру последовал и маг.
Возвращаясь в трактир, оба хранили молчание. Этцель держал суетливую Делэль за руку, не позволяя ей отставать или попусту засматриваться на безделушки. Голод скручивал желудок Гелаты, но как же ей не хотелось ужинать в пропитанном смрадом буйном трактире!
— Ты ведь нашёл её? — вдруг поинтересовалась девушка, не до конца осознавая, её это был вопрос или всё-таки Энэйн.
— Да. Как только начался турнир. Это оказалось слишком просто, однако я не думал, что она так далеко заберётся.
— Далеко?
— Видела короля? Рядом с ним сидела его жена, главный советник и черноволосая женщина. Уж не знаю, кем она сделалась и как возвысилась, но это была Мисора. Её по-прежнему юное лицо я узна́ю везде.
Гелате не пришлось напрягать память, чтобы понять, о ком говорит Этцель. Она хорошо помнила особу, которую сначала приняла за королеву. Женщина богато одевалась, гордо себя держала. Недурно устроилась для беглянки.
— Схватим её?
— Не сейчас.
— Почему? — удивилась девушка. Если Этцель обнаружил объект своего преследования, то не могла ли и Мисора почувствовать его? Стоило ли рисковать, давая ей время сообразить и спланировать новый побег?
— Она и так у нас на виду, как только Элоф одержит победу, делать ничего не придётся, Мисора окажется в наших руках, как и эта чёртова столица. Её история подходит к концу, а наша только начинается. Жду не дождусь, когда мысль, выдвинутая Энэйн почти два десятилетия назад, наконец, придёт в исполнение. Поразительно, сколько иной раз требуется времени, чтобы убедить массы в правильности тех или иных вещей.
Гелата молча согласилась. Они вернулись в «Путеводную звезду», поужинали, и, забрав с собой Делэль, девушка удалилась в душную одинокую комнату. Усталость одолевала, и Гелата бесцеремонно рухнула на кровать, словно на той была мягкая перина. В голове пронеслись образы насыщенного дня. Девушка подумала, что не сумеет уснуть из-за мучительных мыслей, но сон, напротив, очень быстро утянул её.
***Гелате снился знакомый храм, ещё не обветшалый, ухоженный, мрачный. Юная темноволосая девушка аккуратно зажигала свечу перед лицом трёхликого бога и тихо шептала молитву. Образ расплылся и антураж храма сменила ревущая, залитая солнцем арена. Пышное платье, напряжённая вымученная улыбка. Это была Мисора. Она снова стояла в храме. Ещё в целом, убранном, живом.
***Энэйн вела под уздцы лошадь, огибая выпирающие ветки и некстати разросшиеся кустарники. На скакуне сидел статный мужчина в кожаных одеяниях и пристально смотрел по сторонам, будто опасался быть обнаруженным. Завидев в окнах храма свет, девушка остановилась и улыбнулась всаднику. Этцель тут же спешился.
— Твоё сердце отлично прижилось. — Она провела пальцами по его скрытой рубашкой груди. Этцель перехватил руку и нежно поцеловал. Этот жест Энэйн позабавил, она отдёрнула её и лукаво хмыкнула. — Пришло время и тебе научиться делать то, что не подвластно ни людям, ни магам. Я поделюсь с тобой секретами Шархадарт, и лишь усвоив их, ты станешь мне полезен.
— Я сделаю всё, чтобы быть тебе полезным, — ответил Этцель. Энэйн в его словах не сомневалась.
***— Пей. — Красноголовая протянула девушке чашу с тёмно-коричневой жидкостью, которая дурно пахла. На поверхности лопались мелкие пузырьки. Мисора с опаской приняла её, взглянув сначала на Энэйн, затем на Этцеля. На красивом выразительном лице читалось недоверие. Девушка сморщилась от запаха и рефлекторно поджала губы.
— Это точно неопасно?
— Неопасно, — подтвердил мужчина, — пей.
Мисора сделала глоток, и её едва не вытошнило. Мужчина придержал чашу, дабы та не выскользнула из дрогнувших рук. Девушка покачала головой, будто отказывалась принимать внутрь эту гадость, однако вопреки протесту тела, задержала дыхание и выпила всё до остатка. Рассудок мгновенно помутился. Моргнув, Мисора обнаружила, что дурно видит. Фигуры перед ней вытянулись и превратились в чёрные тени. Энэйн забрала у неё пустую чашу и переглянулась с магом. Вскоре девушка лишилась чувств.
***— Сделай надрез вот здесь. Только неглубокий.
В руках Этцеля сверкнуло чёрное лезвие. Он осторожно провёл им по обнажённой женской груди. Энэйн пристально наблюдала.
— Хорошо, теперь режь вот здесь. Возьми чуть глубже. Стой. Осторожнее, ещё пару сантиметров.
Мужчина шаг за шагом выполнял её указания.
— Теперь поддень и отогни кожу. Не резко, отдели вот эту мышцу. Не втыкай кинжал, ты что, убить её хочешь? Помни, что её собственное сердце не должно остановиться, иначе всё зря.
В руках Энэйн появился знакомый сосуд.
***Гелата проснулась от колющей боли в груди. Порыв кашля захлестнул её, и девушке пришлось перевернуться на бок. Город сковывала глубокая ночь. Этцель спал. Делэль вздрогнула от шума, но тут же вновь провалилась в сон. Гелата растёрла грудную клетку и отдышалась.
«Они зашили в её тело оставшиеся сердца. Вот, о чём говорил Элоф. Мисора сбежала потому, что не хотела быть снова вскрытой. Эти сердца колоссально продлят её жизнь, а Энэйн, стало быть, хочет получить их обратно».
Девушка улеглась на спину и уставилась в потолок. Ответ на один из многочисленных вопросов был найден, но непонятным оставалось ещё слишком многое. Что такое случилось с Энэйн, отчего ей понадобилось новое тело?
Глава 30 Наедине
Хаара проснулась от резкого звука. Кто-то, позвякивая ворохом ключей, открывал дверь в её камере. Помня, чем подобное ночное вторжение обернулось в предыдущий раз, девушка подскочила, готовая к разного рода неожиданностям, но незнакомый высокий человек в сопровождении всего одного стража вежливо попросил её выйти. На улице давно стемнело, коридоры безмолвствовали. «Неужели пришли отомстить?» Хаара насторожилась.
— Кто вы?
В душе она надеялась, что всё обойдётся без драки. Арена выматывала, не хотелось бы тратить силы и за её пределами.
— Я человек лорда Арравела. Вам нечего опасаться.
— Правда? — усомнилась Хаара, вспомнив, как дотошный мужчина ей угрожал. Она смерила оценивающим взглядом незваных гостей. — Что вашему лорду от меня нужно?
— Прошу пройти со мной и самостоятельно это выяснить.
— За кого вы меня принимаете? Думаете, я поверю, что хоть кто-то в этом месте не желает мне зла?
— Дело ваше. Можете остаться здесь, я свою часть условленного выполнил.
Условленного? Кто-то договорился о встрече с ней? Или незнакомец ведёт бесчестную игру? Хаара опасалась, что её попытаются втянуть в кровавую авантюру, но выглядеть слабой в таком месте тоже не хотела, поэтому поднялась и нерешительно прошла к выходу. Нужно лишь сохранять бдительность, не превращая её в паранойю. К удивлению девушки, стражник позволил ей выйти, не сковав руки. Незнакомец велел не отставать. Они дошли до конца коридора, свернули налево, поднялись на этаж выше, и когда Хаара окончательно пришла в замешательство, остановились у запертой деревянной двери. Не став стучать, незнакомец открыл её и жестом пригласил девушку войти. Хаара с опаской шагнула за порог и тут же увидела Блэйра, сидящего на табурете за крохотным дубовым столиком. Напротив него пустовал деревянный стул с подлокотниками и ремнями.
— Это камера для допросов? — машинально поинтересовалась Хаара. Дверь за нею захлопнулась. Девушка вздрогнула и осмотрелась. Ни стражник, ни мужчина не вошли. Они с Блэйром вдвоём. — Что происходит?