Сын мэра (СИ)

«Леня приходил. Я решила, это ты послала. Сорри)»
«Не посылала. Но собиралась сама тебе позвонить. Правда – правда – правда))))»
Странно.
Ложусь на подушку и прикрываю глаза рукой. Ненавижу болеть. Я отвыкла, потому что в последний раз серьезно болела еще в начальной школе.
Иммунитет у меня крепкий, что с ним сделалось сейчас – вообще не понятно. Что-то поломалось внутри меня.
Лекарство Светы начинает действовать. Температура снижается. На коже выступает испарина, дышать становится легче. Я, прикрывая глаза, пытаюсь уснуть. Соседка выключает свет и тихим голосом долго с кем-то говорит по телефону.
Окончательно вырубиться не выходит, вскоре дверь открывается, и в комнату снова входит Леня.
- Даш, - шепчет еле слышно, - это тебе… передали.
Услышав шуршание целлофана, я несколько раз моргаю и приподнимаюсь на локтях. В руках Лени два объемных пакета, на одном из которых логотип известной сети аптек.
- Что это?
- Лекарства и… - сует нос во второй, - вроде, фрукты.
- Откуда? Ты купил?..
- Нет, - он несколько тушуется, быстро вращает глазными яблоками, - передали…
- Кто?
- Греховцев… - произносит благоговейно, - сын мэра…
Пока я усваиваю полученную информацию и, прижимая руки к груди, пытаюсь вымолвить хоть слово, он ставит пакеты мне в ноги и быстро убегает.
- Греховцев? Тот самый, который тебе типа родственник? – уточняет Света, спрыгивая со своей кровати.
Подходит и бесцеремонно заглядывает в пакеты.
- Ого! Он всю аптеку скупил?! Тут же на целую поликлинику лекарств.
- Это не он, это тетя Рая.
Это не может быть он. Ни за что в это не поверю. Его Раиса Николаевна попросила, и я в шоке, что он согласился.
Продолжая цокать языком, Света тем временем опустошает пакеты. Противовирусные, от кашля сироп, капли, таблетки и пастилки, целый набор препаратов от температуры, капли и спрей от насморка, витамины, электронный градусник, перцовый пластырь, банки…
Банки!!!
Соседка, читая к ним инструкцию, ржет на всю комнату.
- Все, Дашка, переворачивайся на живот, я тебе банки ставить буду! – хохочет она.
Мне тоже смешно. Не думала, что такое еще продают в аптеках. Наверное, тетя Рая попросила купить его лекарства, но не уточнила, что именно, и Саша решил купить все от простуды.
Пока Света заваливает стол всевозможными фруктами, я решаю поблагодарить Раису Николаевну.
- Спасибо огромное, но зачем так много? – смеюсь я в трубку, - этих лекарств мне до пенсии хватит.
- Саша привез тебе лекарства? – уточняет ее голос, - я его не просила, Даша.
Внутри в этот момент что-то лопается, и грудь затапливает чем-то терпким. В воспаленном мозгу тут же, как по заказу, вспыхивают воспоминания.
«Самая моя большая ошибка», «Я жалею»…
Это не мог быть он. Тетя Рая зачем-то меня обманывает. Если хочет приободрить меня во время болезни, то прямо скажу, идея фиговая. Так нельзя.
- Даш… как ты себя сейчас чувствуешь? Тебе легче?
Я прокашливаюсь, машинально облизываю сухие губы и застываю взглядом на куче лекарств на столе.
- Зачем вы сказали ему, что я болею?
- Это он мне сказал, я от него узнала.
- Откуда он узнал?.. – спрашиваю скорее у себя, чем у нее.
- Я не знаю.
Я спешно с ней прощаюсь, обещая позвонить утром, отключаюсь и с головой залажу под одеяло.
Хотя бы так побыть наедине со своими мыслями. Они разбушевались, скачут в черепной коробке, как резвящиеся дети. Притупившаяся было головная боль снова дает о себе знать.
Не могу думать. Ничего не понимаю. Не мог он проявить заботу по отношению ко мне! Не мог и все! Он меня ненавидит всеми фибрами души. Презирает.
Зачем это все? Теперь, когда я уже почти успокоилась?
Света уже изучила инструкции и, когда я снимаю с себя одеяло, дает мне вечернюю порцию лекарств.
- Противовирусное и от сухого кашля. На ночь еще от температуры вот эта таблетка.
- Спасибо.
Сашу, наверное, тоже поблагодарить нужно. При мысли о том, что мне придется написать ему первой, сердце заходится, и бросает в жар.
Боюсь нарваться на грубость. Боюсь игнора. И боюсь, что он ответит.
 
Боюсь так, что пока ищу в списке его контакт, прижигает подушечки пальцев.
Нашла. Что писать?
Скосив взгляд на Свету, какое-то время наблюдаю, как она чистит апельсин.
Написать просто «спасибо» и все? Что еще? Вежливо и нейтрально.
«Спасибо, Саша. С таким набором рассчитываю поправиться уже завтра)))»
Нажимаю на ОТПРАВИТЬ и трусливо пихаю телефон под подушку. Пока едим со Светой по половинке апельсина, приходит сообщение. Я внутренне вся сжимаюсь, жую тщательно и медленно, но вкуса не чувствую.
Наконец доедаю и, набравшись смелости, вынимаю телефон.
«Мама попросила. Выздоравливай, иначе сессию не сдашь»
Врет! Врет же, говнюк!
Смешно и обидно одновременно. И немного приятно… Обо мне даже мама так никогда не заботилась.
Настроение заметно повышается, просыпается аппетит. Мы со Светой съедаем еще по киви, а когда я засыпаю, вижу во сне Греховцева. Мы занимаемся тем, чем никогда больше не займемся. Он нежный, ласковый, смотрит на меня влюбленными глазами, вжимается в мое тело и что-то тихо шепчет на ухо. Не разобрать, что именно, но эти слова делают меня счастливой.
  
Глава 37.
 
К понедельнику я совсем поправляюсь. Во многом, благодаря лекарствам, что купил Саша. Все воскресенье у меня уходит на то, чтобы восстановить пропущенные лекции, а на следующее утро я уже иду на занятия.
Первую пару отсиживаю как положено, а на физкультуру, что по расписанию следующая – идти пока не решаюсь. При быстрой ходьбе еще беспокоит кашель. Вместо этого покупаю себе какао и пончик и коротаю время в студенческой столовой.
- Даша? Привет! – окликает меня голос Тины, - выздоровела уже?
- Привет, да…
Она оказалась самой приятной из всей Сашиной компании. Иногда списываемся с ней в мессенджере, реже – созваниваемся. На мгновение мелькает мысль, что это она рассказала Греховцеву о моей болезни, но потом я вспоминаю, что сама написала ей только на следующий день после того, как он скупил для меня всю аптеку.
Остается только Леня. Уж слишком подозрительно его поведение.
- Я присяду? – спрашивает Тина, выдвигая для себя стул.
- Да, конечно!
Выглядит она потрясно. В неформатном, но очень ей подходящем, стиле.
Черные узкие джинсы, массивные кожаные ботинки, белая майка оверсайз и тяжелый серебряный браслет на запястье. Образ брюнетки завершает стильно – небрежная прическа и макияж с акцентом на глаза.
- Как дела?
- Отлично, - указываю на раскрытый конспект, - настраиваюсь на сессию. У тебя как?
- Путем все, - запускает пальцы с черным перстнем в волосы, привычным жестом ерошит прическу.
Я немного робею. Мы ведь не близкие подруги, особо тем для разговоров нет. До этого общались только на тему учебы, несколько раз она спрашивала, как дела у родителей Саши. Я так понимаю, она знакома с ними лично и интересуется только из вежливости.
Я не очень коммуникабельный человек, она, по все видимости – тоже. Зачем решила составить мне компанию, не понятно.
- У Саши как дела, не в курсе? – произносит с ноткой пренебрежения, словно о погоде спрашивает.
- Вы же с ним на одном курсе учитесь, тебе лучше знать, как у него дела…
- Да, я так спросила, - хохотнув, взмахивает ладонью, - говорят, он с Алинкой порвал. Слышала?..
Слышала. Он сам мне сказал об этом перед тем, как мы занялись сексом. Только я была уверена, что он вернется к ней сразу после того скандала.
Не вернулся, значит?..
- Она всех вокруг пытается убедить, что она сама его кинула, но кто ей поверит? - беззаботно смеется Тина, но глаза пытливо ощупывают мое лицо.
- Может, помирятся еще?
- Да у нее уже несколько леваков было! Кто ж ее обратно примет?
У Саши тоже левак был. Один – точно. Не смогли друг другу простить?