Семь секретов обольщения

— А кто-то привык жить среди книг, потому что работает в книжном магазине, — ответила Миранда с улыбкой.
Она видела в зеркале, как горничная равнодушно пожала плечами. И подумала, что та не ответит.
— Вы много читаете? — наконец прозвучал вопрос.
— Да. Это своего рода побег в другую жизнь.
Миранда постаралась, чтобы ее слова не звучали печально, хотя думала в этот момент о своей семье.
— Но если ты прислуга, то времени для «побега» остается немного.
— Но ведь сбежать-то хочется, да?
Девушка слишком сильно натянула ее волосы, затем пробормотала извинения и осторожно вколола в них шпильки.
— Возможно.
Глэдис закончила прическу и помогла Миранде надеть дневное платье. Оно было простое, но очень милое. И так шло ей! Горничная добавила последние штрихи: что-то подколола, что-то расправила. Она так сосредоточенно занималась этим, что Миранде захотелось поблагодарить ее. Девушка ничего не ответила, завязывая пояс на платье. Она кивнула и отошла в сторону, давая Миранде пройти, затем внезапно бросила щетку, даже не посмотрев, куда она полетела.
— Конечно, порой мы слышим такие вещи, что, узнай об этом хозяин, ему бы это не понравилось. Просто нам надо быть более осмотрительными, понимать, с кем имеешь дело.
Миранда сделала паузу и в недоумении подняла голову. Значит, как бы ни складывались ее отношения с виконтом, в его доме это тотчас же становится достоянием всех. Последняя неделя показала ей, как она права.
Она дотронулась до руки горничной и проговорила:
— Спасибо, Глэдис.
Девушка оглянулась, на ее лице не отразилось ничего.
Миранда хотела сказать ей какие-то теплые слова, но горничная извинилась и поспешила покинуть комнату, оставив ее стоять у стола, одетую в новое платье. И еще более взволнованную, чем прежде.
Она взяла книгу сонетов, й слуга провел ее в библиотеку. Виконт уже был там. Листал какой-то том. Он резко закрыл его и встал, когда она вошла. Подойдя к ней, взял ее руку.
— Роза посреди зимы.
— Посреди весны.
— Но в моем сердце зима.
Его губы приникли к ее запястью.
Она отняла руку и поправила пояс платья, чувствуя гладкий шелк перчатки, трущейся о материю, и стараясь сконцентрироваться на чем-то другом, только не на его блестящих глазах.
— Колин часто навещает вас?
— Также, как и все мои браться и сестры. Но на самом деле им не так уж это нравится. Скорее всего ищут предлог, чтобы сбежать от наших родителей. Колин любит приезжать и жаловаться на жизнь. Я думаю, в нем просыпается бунтарь.
Последнее было сказано слишком небрежно.
— Даже так?
Миранда вздохнула и расправила плечи.
— Мне хочется организовать какое-то развлечение для ваших слуг, у них такая скучная жизнь, — сказала она.
Виконт поднял бровь, удивленный сменой темы. Его прищуренные глаза, очевидно, пытались выяснить, что стоит за подобным предложением.
— Развлечение?
— Именно так. Я слышала, что герцог Браксли периодически организует вечеринки в Гайд-парке для своей городской прислуги. — Она подняла глаза. — Может быть, устроить ленч? Вы можете пригласить своих сестер, Колина…
— В любом случае я не уверен, что сам хотел бы присутствовать.
Миранда подняла голову и встретила удивленный взгляд его глаз.
— А я бы не отказалась.
Он долго молчал.
— Прекрасно. Поговорите с миссис Хамфри. Но она может решить, что вы собираетесь занять ее место.
— Ошибаетесь, мы прекрасно ладим.
Его брови приподнялись.
— Я это только приветствую.
— Вы так говорите, будто я трудно схожусь с людьми.
— Моя экономка не привыкла… к таким гостям, как вы.
— То есть к женщинам, которых вы содержите и водите в сомнительные места?
— Ну, вы преувеличиваете, Миранда.
Она почувствовала небольшой укол ревности, но постаралась унять его. Пусть все идет своим чередом. Зачем сейчас задумываться о будущем?
— Мои гости обычно хорошо знают, как вести себя со мной, с членами моей семьи, но им совсем неинтересна моя прислуга.
— Вы прекрасно понимаете, что я имею в виду женщин, которых вы привозили сюда.
 
Он пальцем приподнял ее подбородок.
— Вы говорите загадками, дорогая, Я иногда не совсем вас понимаю.
Миранда отвернулась.
Он погладил ее по спине и подтолкнул вперед к двери. Она оглянулась.
— Тем не менее я не знаю, какое место занимаю в этом доме.
Роскошная карета ждала у дверей. Девушка вздохнула и вошла внутрь. Она теперь не испытывала никакого страха. Мысли о других вещах занимали ее. И все-таки приятна забота виконта о том, чтобы ее каждый вечер отвозили домой.
Когда-нибудь, когда она не будет так злиться на него, поблагодарит его.
— Куда мы едем? Или это секрет? — спросила она, усаживаясь на плюшевое сиденье, решив думать обо всем этом как о приключении, о котором она мечтала.
И постараться удержать себя от взрыва эмоций, который позволила себе в Воксхолле.
— На представление цирка «Диамант». Я же обещал вам.
Девушка посмотрела на него. Она не раз вспоминала цирковых артистов.' Посмотреть на них вновь было бы интересно. В газетах писали, что все билеты проданы, поэтому она даже не пыталась попасть сюда.
— Но сейчас середина дня.
— Это вы верно заметили.
Она позволила своей туфельке прикоснуться к его ноге, подчиняясь ритму кареты. Дважды. На третий раз он схватил ее за пятку, потом его пальцы скользнули к лодыжке.
— Что… — прошептала она, задыхаясь. — Что вы делаете?
— Ваша нога, кажется, дрожит. Позвольте мне помочь вам.
— Нет необходимости, — сказала она, ее голос звучал чуть выше, чем обычно.
— Но вы ведь помогаете мне. Возитесь с прислугой, например. Я не говорю уж о библиотеке, без вас я бы вряд ли справился.
Его пальцы внезапно обхватили ее пятку, туфелька соскользнула с ноги. В ощущении от его прикосновения к ее чулку было что-то эротичное, как эхо того, что случилось в Воксхолле.
Ее губы приоткрылись, а глаза встретились с его глазами. Снова она в ловушке. И так приятно чувствовать, как его руки гладят ее ногу сквозь шелк чулка.
Карета остановилась, и он медленно наклонился, нашёл ее туфельку и ловко надел ей на ногу.
— Светитесь, как звезда…
Кто-то постучал в дверцу, но его рука медлила. Он сейчас был похож на рыцаря, благоговейно смотревшего на даму, не отводя от нее глаз. Он ответил на стук, и она, дрожа, протянула руку Бенджамину.
Виконт подвел ее к цирку. Они шли совсем как семейная пара, благонамеренная и респектабельная.
Без света софитов и звуков оркестра цирк выглядел очень буднично. Оживлённо переговариваясь, люди неспешно занимали свои места в предвкушении зрелища. Те, кто побогаче, располагались повыше. Социальное расслоение напоминало о себе даже здесь.
Миранда смотрела на пустые пока еще ложи, оркестровую яму, партер. Ноги сами несли ее в волшебный мир…
— Добро пожаловать! — Распорядитель шел по коридору навстречу. — Ваше сиятельство! — Он поклонился виконту. — И прекрасная леди. — Он низко поклонился Миранде. — Пожалуйте на представление. — Он широко улыбнулся. — И на репетицию смертельных трюков. — Мужчина жестом указал на оркестр и ложи над ним: — Королевская ложа готова и ждет вас. А места критиков — сзади.
Внезапное движение на сцене привлекло его внимание. Распорядитель сложил ладони рупором у рта:
— Разминка окончена. Начинаем репетицию. Скажите Элеоноре и Леонардо, чтобы были готовы. — Он еще раз поклонился и поспешно сказал: — Располагайтесь поудобнее.
Он сделал широкий жест рукой, повернулся и быстро побежал на сцену.
Кое-кто из актеров с любопытством поглядывал на них, но большинство не обращали внимания, занятые приготовлением к представлению.
— Так это всего лишь репетиция?
Глаза виконта лукаво блестели.
— Поверьте, это даже интереснее самого представления. — Он поймал ее взгляд. — Иногда подготовка может быть более занимательной, чем само событие. Надо пробовать трюк снова и снова, пока не достигнете совершенства. Так и в жизни происходит.