Анжарская академия. Темный магистр исцелению не подлежит (СИ)
Я поерзала в кресле, укладывая голову удобнее, и магистр затих. Лишь через минуту продолжил.
– Фамилия Райсов многим в Тарлине внушает ужас. Поэтому пойму, если вы захотите оставить себе свою. Хотя я бы предпочел…
Его слова вбирались в мое ухо сквозь дрему и казались сном. Глупым и неправдоподобным. Лисса Райс… Это было бы, пожалуй, красиво. Жаль, что очень далеко от реальности.
Я провалилась глубже, и хриплый голос исчез. И вернулся в уши, лишь когда вояжер затормозил в центре Тарлина, а на мое плечо осторожно легла рука.
– Приехали, Алисса.
***
Рэдхэйвен уже был тут. Прогуливался по руинам имения без всякой брезгливости и ужаса, присущих местным. Теплое весеннее солнце выманило из земли травы, устроив на развалинах буйство зелени.
– Не думал, что тут еще способно что-то расти, – сир Райс ковырнул камень, оплетенный цепким вьюном. Нагнулся, сорвал пробившийся сквозь фундамент розовый цветок и удивленно на него уставился. – Филия… Эта дрянь везде пролезет!
Оба мага увязли по колено в разнотравье, выискивая на развалинах центр случившегося разлома. Я же переминалась с ноги на ногу на дороге, с тревогой вглядываясь в застывшие камни. Вдруг из них опять выскочит кто-то с щупальцами и хоботком?
– Вот здесь был очаг разрыва. Трещина в материи давно заросла, но остаточные сгустки мрака еще ощутимы, – сообщил сир Даннтиэль, расправляя в ладонях огромный светящийся шар. – До ночи провозимся, Райс.
– Я не спешу, – кивнул магистр, выводя сложное плетение над фундаментом. – Мисс Лонгвуд… в пассажирской части вояжера есть все, чтобы вы не скучали.
Я вернулась на диванчик, выудила из корзины термос с крепким взваром, открыла свежий номер «Либтоунского Вестника»… И поняла, что от волнения не могу прочесть ни строчки. Отложила газету, поставила чашку на пол и прилипла к окну. Наблюдать за работой двух сильнейших магов Эррена было куда интереснее.
Сгустки тьмы одомашненной каффой терлись о ноги Рэдхэйвена и послушным черным ручейком уползали на изнанку. Прорехи в материи, из которых сочился сладковатый мрак, зарастали на глазах, стоило Райсу раскидать вокруг фиолетовые руны. Никаких хоботков и щупалец до самого вечера не показалось. И с каждым часом аура места становилась чище, не оставляя от себя обычного жутковатого послевкусия.
Временами я разоряла саквояж, выдавая магам восстанавливающие тоники и средства для укрепления резерва. Щекотала шею Райса целительскими пульсарами всякий раз, когда он тратил силы сверх нормы. Приносила мужчинам взвар и анжарский кофе, заставляла делать перерывы и что-нибудь съесть. Так, в мелких хлопотах, и не заметила, как наступил вечер и на Тарлин опустились густые сумерки.
Ближе к ночи, когда атмосфера места стала вполне дружелюбной, я отважилась пройтись по развалинам. Вдвоем Райс и Рэдхэйвен умудрились сгрести камни, оставшиеся от стен, в две аккуратные кучи по сторонам. И теперь тут можно было гулять, не рискуя переломать ноги.
Руины Райсов тут и там забились розовой филией. Это вызывало невольную улыбку. Сколько раз мы бродили с Софи мимо старого имения, и никогда тут не росло ничего, кроме трисольской колючки и серого вьюна!
Я побродила по фундаменту, воображая, в какой комнате стояла бы, если бы дом был цел. Длинный узкий прямоугольник походил на коридор. А слева, вероятно, была круглая столовая с видом на сад.
Опустила взгляд на заросли, в которых что-то блеснуло. Камни тут были особенно черными, будто опаленными в пожаре. Я подцепила пальцами сверкающую находку и обернулась к магистру.
– Сир Райс, это похоже на… помолвочный браслет, – я продемонстрировала тонкую серебряную ленту, изъеденную временем и порванную в месте, где когда-то была застежка.
Он взял у меня украшение, покрутил в руках… и отбросил в сторону, к груде разобранных камней.
– Прошлое к прошлому, Алисса, – прохрипел магистр.
– Как ее звали? Вашу невесту?
– Тайлин. Но не думаю, что имя было настоящим.
– Порвать помолвку не всякий маг сможет… – я огляделась, вспоминая, что беспардонно топчусь по руинам чужой памяти.
– Отец, верно, посчитал, что я накрепко околдован и не поверю его словам о «дочерях», – проворчал Кейр. – И не сегодня, так завтра утолю желания «невесты», отдав искру на служение мраку…
Магистр поморщился и, порывшись в кармане, достал порванный ошейник Черной Каффы. Отбросил его туда же, к браслету.
Я ахнула, вспомнив, как Кристиан орудовал сшивателем перед самым горлом пушистой беглянки. Как желтый тьманит выпал из медальона и раскрошился при ударе. Как из мягкой шерсти выплыл небольшой гибкий морок и бросился к Эльзе… А опустошенное тельце каффы упало между кушеток.
– Это Вейрон, он сшивателем… порвал, – судорожно сглотнула.
– Я знаю, Эльза все рассказала. Морок сбежал.
– А что случилось с каффой? Она сильно пострадала? С-совсем сильно?
Не хотелось говорить «погибла». Но какое существо переживет такое?
– Вы разве не знаете, что у них девять жизней? – насмешливо хмыкнул Кейр. – Теперь каффа это просто каффа. Граймс тщательно ее продиагностировал на предмет мрака и накачал тониками, и мисс Хендрик забрала беглянку себе.
В голове не укладывалось, что морок вот так легко разгуливал по академии! Проникал в спальню Райса, устраивался на подоконнике, прятался в шкафу, выпрашивал лакомства, рассыпал всюду черную шерсть…
– В моей жизни так много мрака, что я не заметил его у себя под носом. Видите, мисс Лонгвуд, как легко меня провести? – темные глаза опасно прищурились, и я поспешила отвернуться к развалинам. – Надев на каффу тьманит, я случайно пленил черную душу, добровольно завещанную Мраку. Едва ли она планировала так надолго задержаться в теле животного…
– Думаете, это была Тайлин?
Кейр растерянно осмотрелся, оглаживая взглядом темные очертания руин.
– Черные души, покинув изнанку, всегда ищут что-то знакомое, значимое. Тянутся к прошлому. Но истина известна только Тьме.
Глава 33
Рэдхэйвен распрощался с нами, сообщив, что должен вернуться к жене, пока Эйвелин его рогами не наградила. В черно-золотую полосочку. Его силуэт растаял в портале, а мы, не сговариваясь, побрели по улице. Стоять ночью вдвоем возле пустого вояжера с удобным диванчиком было неловко.
– Расскажите, – потребовал Райс.
– Мм? – я повернула голову к магистру.
– Где живет ваше прошлое.
– Почти там же, где и ваше, сир Райс, – я шла вперед и задумчиво считала завитки на знакомом кованом заборе. – Знаете, я часто гуляла в этом районе, неподалеку от развалин. Вот там была тропа, по которой я шла в Тарлинскую лечебницу на дежурство, – указала рукой на черноту справа. – А в той стороне чудесное озеро. Мы с Софи часто обедали на берегу, сидя прямо на траве.
Я всмотрелась в темные крыши отдаленных домов и нашла знакомый шпиль. Место, где коротала ночи за учебниками для юных целителей.
– Вон там пансион мэтра Сайлэ, – показала шпиль Райсу. – От него отходит широкая улица, я видела ее из окна каждый день. Она ведет в Тарлинскую лечебницу и в главный городской партэль. Одна дорога, две стороны. Мы с Софи твердо решили сделать все, чтобы оказаться на правильной. А вот в том районе, – махнула в сторону узенькой улочки, убегающей вправо, – комната, которую мы снимали с подругами после выпуска.
– Покажете?
– Пойдемте, – согласилась великодушно и принялась огибать высокое здание. – После того, как я переехала в Анжар, а Софи вышла замуж, тут осталась только Мег. Но и она недавно перебралась в Хитану, дождавшись своей очереди на обучение. Теперь там живут какие-то другие девушки, мечтающие о славном будущем в Эррене.
– Хотите проверить? – магистр встал перед закрытой дверью коренастого дома.
Я неуверенно повела плечом: хозяйка наверняка видит третий сон, будет неловко будить ее в такой час. Не дождавшись внятного ответа, Райс без стука вошел внутрь. И вернулся через пару минут.