Дать боссу (по носу) (СИ)

Тем временем мы кружили по горному серпантину вниз, и уже вдали на горизонте виднелось залитое солнцем море. Все вокруг заставляло меня верить, что жизнь прекрасна, но почему я чувствовала себя паршиво?
***
В поместье Ферретти мы приехали примерно спустя час. Я всеми силами пыталась привести в порядок лицо и прическу, но сделать это без элементарных средств гигиены было невозможно, как и заглушить не совсем приятный душок пота, исходивший от футболки.
Я надеялась, что по прибытии успею заскочить в душ, чтобы Филипп не увидел, в каком состоянии я вернулась от Фернандо, но едва мы подъехали к дому, я увидела самодовольную рожу Филиппа, который стоял на террасе и поджидал нас.
Что ж, придется придерживаться той же стратегии, что и с Алехандро. Мы остановились, и я, стараясь вести себя как можно более грациозно, открыла дверь и вышла из машины. Я прекрасно знала, как отвратительно выгляжу, но вела себя, словно Кендалл Дженнер на показе Версаче.
Едва завидев меня, Филипп скривился:
— Неужели у Фернандо закончились деньги на одежду, или он только на тебе решил сэкономить?
— Знаешь, я лучше буду вечно ходить в его майке, чем надену то, что ты мне купил.
— И все же, если желание остаться в футболке моего брата я могу понять, поскольку это типично для девочек, с которыми он остается наедине, то вот почему от тебя разит так, словно ты не мылась неделю, я понять не могу. Или у него вода в доме закончилась?
— Я смотрю, тебя невероятно терзает мысль, что Фернандо живет лучше тебя.
— И чем же лучше его жизнь? Тем, что отец возложил на него ответственность за компанию, с которой он никогда не сумеет совладать?
— А ты сможешь?
— У меня больше амбиций и, в отличие от Фернандо, который всю жизнь был озабочен только гонками и девушками, я знаю, что такое бизнес, — Филипп был явно недоволен, что разговор вновь зашел о делах.
— Может, ваш отец лучше знает, что делает и кому доверяет свою компанию, — попробовала я привести здравый аргумент. Но Филипп лишь закатил глаза и манерно произнес:
— Дорогая, ты вообще видела Пабло? О какой рациональности может идти речь. Я удивлен, что он сумел продвинуться так далеко, но теперь его время прошло и настало мое.
Я усмехнулась. Он звучал так пафосно, что ему хотелось дорисовать за спиной молнии и гром, чтобы усилить эффект величия, которое существовало лишь у него в голове.
— Почему я вообще говорю с тобой об этом? — рявкнул он недовольно, когда увидел мой смешок. — Иди в дом и приведи себя в порядок.
— Так я в порядке, — ответила я без колебаний.
Филипп вновь закатил глаза и рукой указал мне на дверь.
— Жизель, прошу, прими душ, — впервые в жизни он говорил со мной спокойно. Наверное, утро у него выдалось сладким.
Я все равно хотела оттянуть момент серьезного разговора с Филиппом о предстоящем вечере, так что, больше не говоря ни слова, вошла в дом.
Меня встретил все тот же широкий мраморный коридор Ферретти, в котором я была, казалось, целую вечность назад. Не спеша, я поднялась на второй этаж, где была наша с Филиппом (и Алехандро) спальня.
В доме было тихо, похоже, все разъехались по делам, и только лишь с кухни доносился грохот посуды. Я взяла в спальне белый махровый халат, надела теплые тапочки, которые согревали ноги после холодного мраморного пола, и направилась в душ.
***
Горячие струи стекали по коже, и я чувствовала, как приятное тепло разливается по всему телу, смывая неприятные воспоминания о разговоре с Филиппом. Но потом возник иной образ: капли дождя, которые стекают по волосам, жаркий поцелуй с Фернандо, его руки, скользящие по моей талии, пока я, обхватив его ногами, стараюсь не задохнуться от возбуждения.
Я почувствовала, как сердце вновь ускорилось. Что со мной? Я вновь мысленно вернулась в ванную и посмотрела на себя в зеркало, которое почти целиком запотело. Неужели я действительно влюбляюсь в него? Или иначе как мне объяснить это невероятное желание, эти мысли, приходящие мне в голову ни с того ни с сего? Ответа на эти вопросы я так и не нашла.
 
Закутавшись в халат и собрав волосы в тюрбан на голове, я вышла из ванной и неохотно отправилась на разговор с Филиппом.
Только сейчас я поняла, что возможно больше никогда не увижусь с Фернандо. Вероятно, мне все же удастся сбежать отсюда, и тогда уж точно на этих странных отношениях придется навечно поставить точку.
Я завернула за угол, вспоминая роскошный дом Фернандо в горах и думая о том, как могли бы развиваться события, если бы я не сбежала сегодня утром. И вдруг произошло то, что происходило со мной постоянно. Не заметив впереди себя человека, который только что вышел из-за угла, я с характерным стуком налетела на него.
— Ай, — услышала я тонкий женский голосок, который почему-то был мне хорошо знаком.
Едва я подняла глаза, чтобы разглядеть человека, ставшего для меня преградой, мое сердце вмиг застыло от радости.
— Джейн?! — завопила я, пребывая в полном недоумении. — Как ты здесь? Откуда?
Вместо ответа она кинулась мне на шею и крепко обняла.
— Боже мой! Я так рада, что с тобой все хорошо. Я так переживала.
— Джейн, но как ты оказалась здесь? Еще вчера утром ты была в Нью-Йорке? И, кажется, не собиралась прилетать.
— Да уж, дорогая, — девушка тут же стала серьезной, словно собиралась меня отчитывать, — вечером я начала звонить тебе, чтобы удостовериться, что ты в порядке. И что ты думаешь я услышала?
Я потупила взор, понимая, что Джейн проделала весь этот путь ради меня.
— Правильно. Ничего. После нашего разговора я была невероятно обеспокоена тем, что ты намерена сбежать! И как ты думаешь, что я решила, когда ни ты, ни Филипп, ни Фернандо не отвечали мне на звонки? Я купила билет на ближайший рейс, благо, он был около девяти по нашему времени, и утром была здесь.
— Значит, ты только что приехала?
— Да, минут десять назад. Филипп был удивлен, конечно, но, похоже, рад, что сможет спихнуть тебя на мои плечи, — улыбнулась она. — Главное, чтобы с платиновой картой спихивал.
— Джейн, прости, пожалуйста, — искренне извинилась я.
В конце концов, полет на другой континент — это не поход в булочную на соседнюю улицу за багетом.
— Я не слышала твоих звонков, я была… занята.
— Все нормально, я хотя бы отдохну здесь от работы пару дней, — сказала она, проводя рукой по мраморной стене, словно по произведению искусства в Лувре. — Я дозвонилась утром до Фернандо, он сказал, что с тобой все хорошо.
— Ты говорила с Фернандо? — услышав его имя, я тут же встрепенулась, но девушка, похоже, не придала этому значения.
— Да, он сказал, что ты рано уснула, а он не слышал звонков, потому что забыл телефон на кухне. Хотя это довольно странно, он всегда держит его под рукой.
Я пожала плечами, показывая, что меня тоже это удивляет. На самом же деле я молча ликовала. Значит, Фернандо ничего ей не сказал. Вероятно, не станет говорить и Филиппу.
— Кстати, внизу в гостиной тебя ждет Филипп, он просил передать тебе, чтобы ты торопилась — ему нужно уходить.
Я закатила глаза, демонстрируя свою неприязнь.
— Понимаю тебя, Жизель. Постарайся не убить его, ведь потом тебя ждет целый день со мной и деньгами Ферретти.
— Проще говоря, ты хочешь меня подкупить его деньгами, — хитро улыбнулась я.
Та нескромно улыбнулась, потирая руки:
— Купим тебе новое платье, туфли, а потом поедем на пляж серфить, — расписала она в красках и, довольная, зашагала вперед к своей спальне.
В гостиной Ферретти меня уже ждал Филипп. Он разложил на хрустальном столике кучу папок и бумаг и внимательно их изучал.
— Неужели ты помылась? — раздался ехидный вопрос Филиппа.
— Неужели ты занялся работой? — перевела я тему, глядя на какой-то громадный 3d проект, который мужчина держал в руках. Однако стоило мне присесть рядом, он тут же сгреб все вещи на край стола и внимательно посмотрел на меня.