Эпидемия (СИ)
— Ну посмотрели, и хватит. — Ответил Вадим, достав Сайгу из кабины и демонстративно одев ремень ружья на шею, взявшись за рукоять. — Посмотрели, пора бы и честь знать, частная собственность, приватная жизнь и все такое.
Глава 4. Стив
30 июня. 20.28 по московскому времени
Трасса Дон М-4
«Тридцатое июня. Восьмой день с начала эпидемии. Уже третий день в дороге. Еду не быстро, скорость не вышел 40 миль в час. Спешить опасно, много препятствий и легко попасть в аварию. Освещения на трассе нет, заправки не работают, бензин пришлось качать вручную. Часто останавливаюсь, организм еще слаб после болезни, тяжело долго сидеть за рулем. Постоянно хочу спать. Ночью не могу уснуть вообще. Только закрываю глаза, сразу вижу Дез, мертвую. Пытаюсь ее реанимировать, но она смотрит на меня мертвыми глазами и говорить, что все бесполезно, что уже мертва, и это все из-за того, что я оставил ее одну. Я просыпаюсь, и больше не могу уснуть. Каждые два часа делаю остановку, потому, что засыпаю за рулем. Но днем Дейзи не покидает меня, мерещась постоянно. Если так пойдет дальше, то боюсь лишиться рассудка.
Работа немного отвлекает. Почти закончил базу. Каждый раз, занимаясь каталогизацией, поражаюсь, какой огромный объем информации был в открытом доступе. Медицина, химия, физика, биология, строительство, военное дело, производственные науки, инженерия, робототехника, сотни тысяч учебных материалов, справочники, исторических книг. Работа готова на две трети. Надеюсь она послужит выжившим в возрождении цивилизации, и будет полезна. Большинство серверов уже упало, интернет работает только в районах, где электричество идет от атомной станции, и то местами, некоторые линии связи уже отключились. Пару раз удалось подключиться к сети и дополнить базу. Но скоро такой возможности не будет. Навигация еще работает, но вечно тоже не проживёт. Орбиту спутников некому корректировать, приемные станции обесточены, так что запас топографических карт и атлас дорог я пополнил. С едой пока проблем нет. Снеки, консервы, заморозка кое-где еще не пропала, но скоро и это будет в прошлом. Придется добывать еду. Запасся витаминами, что такое цинга — знаю.
Выживших не видел. Кроме одной встречной машины почти на выезде из Москвы. Начал им гудеть и моргать фарами, но они просто пролетели на встречу, даже не успел разглядеть, кто сидел в машине.
Я скучаю. По людям, по цивилизации, по всему, что до эпидемии было нормой и успело надоесть. Скучаю по дому, по родной стране. Но больше всего по Дез. До сих пор не верю, что она это сделала. Смотрю постоянно на телефон, хотя связи почти нет. Представляю, как он зазвенит, и услышу ее: «я не умерла, это было не по-настоящему, не хотела, чтобы ты переживал и добирался в Штаты, подвергая себя опасности, но не выдержала и позвонила». Скучаю по ее голосу, по ее рукам. Не смогу ее забыть, даже если встречу выживших, я не смогу быть с другой никогда.»
Стив закончил печатать и закрыл крышку ноутбука. «Распечатать и подшить в дневник можно будет позже, когда доберусь до розетки».
Сделал большой глоток противно-теплого Рэд Булла из банки. Осмотрелся. В помещении заправки тепло и душно. Электричество здесь нет дня два-три, но кто-то постарался и вынес все скоропортящееся. Скорее всего местные жители, так как почистили досконально, оставив только сладкое и напитки. Остановился здесь заправить машину и надеясь найти генератор — подзарядить технику, но нашел только разочарование. Аппетита нет, просто приговорил банку энергетика и заел консервированной ветчиной, прямо из банки, не разогревая. Вкус отвратительный, но что-то готовить сил нет. Скоро сядет солнце, ночью ездить не любил — в темноте происходило что-то странное со зрением: все смазывалось, теряло резкость. Предпочитал пережидать ночь где-нибудь под крышей и желательно с электричеством. Если не поспать, то хотя бы поработать.
Надо выдвигаться, сотню километров Ростов-на-Дону. В сам город заезжать не хотел, но если судить по карте, то возле шоссе немало кафе, заправок и даже торговый центр, можно без проблем найти место для ночлега.
Тойота завелась с одного нажатия кнопки, как послушный пес. За эти дни прикипел к машине. Да, уже считал ее своей, если сначала грызли угрызения совести, за то, что угнал из салона, то, проехав пол европейской части страны и насмотревшись на происходящее на улицах, совесть успокоилась. Помимо всего, пикап просто нравился, в нем было что-то родное, близкое по духу. Стив никогда не страдал чрезмерным патриотизмом, но национальный дух — штука странная, проявился, когда меньше всего этого ожидал.
Включил музыку через подключённый к мультимедиа системе телефон. Спотифай [20] давно отключился, не хватало родного плейлиста. Хорошо, что на жестком диске есть небольшая подборка любимой музыки. Боб Дилан, Джонни Кэш, Дорз, группы к которым приучил отец, бесконечно гоняющий любимые записи в кабине своего старого Форд Бронко. Музыка успокаивала, отвлекала от негативных мыслей и, не смотря на по большей части медленные и убаюкивающие мотивы, не давала уснуть за рулем.
Стив не знал куда точно едет. Не был ни разу в Новороссийске, да и вообще в портовых городах. О мореходстве до этого не знал ничего, но уже успел почерпнуть знаний из своей же базы. В принципе, ничего сложного: каботажное [21] плавание, яхта с эхолотом, карта глубин. Но это все на бумаге, а как будет в реальности, не известно. Мысли о шторме в море вообще вгоняли в панику. С маршрутом уже определился: по Черному морю через Босфор и Дарданеллы в Средиземное, вдоль берега пройти до Гибралтара, потом вверх до Великобритании. Дальше — самое сложное: от Англии длинный переход до Исландии по открытому морю, затем до Гренландии и оттуда до острова Ньюфаундленд. Эта часть маршрута пугала больше всего. К тому времени уже точно не будут работать метеостанции, карт погоды не получишь, придется идти наобум. Переходы не сильно длинные, если найти яхту или катер с хорошим запасом топлива, то каждый займет до двух суток, но будет ли такая яхта в Новороссийске, справиться ли с управлением, найдет ли топливо, он не знал. Весь поход — большая авантюра, но просто сидеть на месте и ничего не делать — верная смерть. Путешествие давало цель, а цель заставляла жить.
Солнце полностью опустилось за горизонт, и Стив включил дальний свет. Ближним почти не пользовался — встречных машин нет. Опять сумерки, опять будет чувствовать себя как беспомощный котенок, с еще закрытыми глазами. Больше всего раздражало то, что слабость зрения проявлялась только за рулем, как только останавливался, все моментально приходило в норму. Еще и спать хотелось, очень. Даже открытое окно, Ред Булл и громкая музыка не спасали. Прошлой ночью поймал себя на том, что на несколько секунд отключился и машина выехала на встречную полосу. Умолял свое тело потерпеть совсем чуть-чуть, пару десятков километров до остановки, где можно поспать. Опять вспомнилась Дез, ее заливистый и громкий смех, очень неподходящий к милой внешности. Позволял себе шутку о том, что если бы она засмеялась так на первом свидании, то они вряд ли были бы вместе, а Дейзи в ответ лишь смеялась еще громче, закидывая голову назад. Жилки на ее шее вздувались, волосы тряслись от каждого звука. Грудь в тесном лифчике начинала колыхаться. Её грудь. Обожал её, и каждый раз, когда он видел любимую топлес, был как первый. Достаточно было увидеть ее возбужденные соски под тканью футболки, и он моментально заводился. Вот она опять хохочет, сидя у них дома на диване, поджав ноги, в коротких домашних шортах, силуэт груди проступает через майку, и он уже ни о чем не может думать.
Разбудил громкий хлопок и первое, что увидел в лобовое стекло — придорожные столбики. Инстинктивно вдавил педаль тормоза в пол. Машину повело, еле удержал от переворота. Из-под колес поднялось облако пыли, инфернально подсвеченное фарами, коричневой стеной застлав все окна и моментально заполнившее весь салон через открытое окно, забивая нос и рот сухостью и не давая дышать. Выскочил из машины, громко кашляя. Когда облако осело, увидел, что оба передних колеса пробиты.