Из-за милой Фрэнси

— А где мама?
— У нее сегодня ранняя деловая встреча. Переговоры по поводу оформления офиса. Джина обошлась пирожным с чаем. Слава Богу, что Анджела не видела этого.
Вкусы Джины были предметом постоянных споров с матерью.
— Значит, вы еще не завтракали?
— Кофе. — Ной кивнул на свою чашку.
— Может, приготовишь нам что-нибудь? — Пол хитро улыбнулся.
Фрэнси поняла, что попалась. Анджела баловала супруга всякий раз, когда это удавалось. Вообще же он вполне мог сам сделать себе яичницу.
— Меня можно убедить приготовить завтрак. За соответствующее вознаграждение, — хитро улыбнулась Фрэнси.
— Ох, уж эти доченьки, с вами держи ухо востро! Чего же ты хочешь в качестве компенсации за завтрак?
— Поменяй, пожалуйста, прокладку в кране. У меня и так проблемы со сном, а тут еще эти капли…
Ной вскинул на нее глаза, и она поняла, что выдала себя. Теперь он знал, что сцена в снятой им квартирке потрясла ее. Сам-то он утром выглядел свежим, выспавшимся. Вполне довольный жизнью, ухоженный, складки на брюках безукоризненно отглажены.
— Фрэнси? — Голос отца отвлек ее от неприличного разглядывания Ноя.
О чем она говорила?.. Ах да, о кране.
— Я приготовлю завтрак, а ты заменишь прокладку, ладно? А Ной? Ему что, можно побездельничать как гостю? Несправедливо!
Ной ухмыльнулся:
— Я готов внести свою лепту. Приказывайте.
— Вы уже закончили свой урок с папой?
— Да.
— Отлично, тогда вот вам яйца. Разбейте их в эту чашку.
— А что собираетесь делать вы?
— Накрою на стол в гостиной, поджарю бекон и добавлю взбитые вами яйца.
Пока Фрэнси доставала посуду, она исподтишка наблюдала за Ноем, который аккуратнейшим образом справился с заданием.
— Думали небось, что я устрою здесь помойку? — хмыкнул он.
— Почему же? — смутилась Фрэнси.
— Не стоит недооценивать меня, Фрэнси. Это будет вашей огромной ошибкой.
Да разве она недооценивала? Она вообще не играет в эти игры: манипулировать людьми надо уметь. А она привыкла добиваться цели тяжким трудом, надеясь на свои силы. Только вот Ной обладал каким-то секретом, непонятным даром сводить на нет все ее усилия. Конечно, она и не думала недооценивать его, но и не допустит, чтобы каток уплыл из ее рук по воле этого упрямца.
Казалось бы, такая ерунда — приготовить завтрак. Но рядом с Ноем она чувствовала, что все валится у нее из рук.
— Знаете, про что мы забыли? — вдруг спросил он.
Она заморгала, с трудом отводя глаза от его рук.
— Про лук. Я люблю шинковать его тонкими кружочками, подрумянивать до золотистого цвета и лишь после этого добавляю яйца.
— Боже, да вы, никак, ходили на курсы кулинаров!
— Ничего подобного. Просто моей Библией на кухне является книга Бэтти Крокер «О вкусной и здоровой пище». Я прочел ее от корки до корки, еще когда мне было двенадцать.
— Зачем?..
Улыбка медленно растаяла на его губах.
— Потому что уже не мог видеть супов из пакетов или банок. Кроме того, эта книга оказалась единственной стоящей из тех немногих, какие имелись у нас в доме.
Чем больше Фрэнси узнавала о детстве Ноя, тем больше понимала, что его не назовешь нормальным. Ее собственное тоже было проблемным, но лишь благодаря ее личному выбору.
— У нас книг было навалом, но мне никогда не хватало времени почитать их. Теперь я ужасно жалею об этом. А разве ваши мама с папой не любили читать?
— Мой отец исчез вскоре после того, как я родился. А мать была слишком занята работой в коктейль-барах и кафешках, так что единственные книжонки, которые ей удавалось перелистывать, — это песенник и ноты со словами последних хитов.
Фрэнси не знала, что на это сказать. Она оглянулась через плечо, чтобы поймать взгляд отца — не слышал ли он. Но отец все еще не сводил зачарованных глаз с дисплея компьютера и был потерян для всего мира.
— Вы говорили, что у вас не осталось близких. Ваша мама…
— …умерла, когда я заканчивал колледж.
— Извините. Это так ужасно.
— Да. В этом году я уже сумел бы помочь ей. У меня впервые завелись кое-какие деньги… — Он сокрушенно покачал головой.
 
Фрэнси поняла, что пора прекратить всякие расспросы. Каждый имеет право на личную жизнь. Она его понимала — именно по этой причине она и вернулась в Геттисберг. И семья взяла ее под свое крыло, окружила заботой и любовью, защитив от любопытных глаз. Только мама иногда пыталась донимать ее вопросами и своего добилась — выведала все подробности о случившемся. Наверное, потом поделилась и с остальными — во всяком случае, потом ее больше ни о чем не спрашивали. А кто поддержал Ноя в трудную минуту?..
— Ной? — Он поднял на нее глаза; в них застыла такая грусть, что у нее отпало желание спрашивать его о чем бы то ни было. Впрочем, она и так поняла, что поддержку он нашел в своей натуре — во внутренней силе души. Надо как-то отвлечь его от грустных воспоминаний. Она улыбнулась и спросила: — Ну как там яйца?
— Готовы. — Голос его звучал уже спокойно.
Во время завтрака отец и Ной оживленно беседовали. А закончив еду, Пол заявил:
— Я принял решение. Хочу купить компьютер. Ной, — обратился он к гостю, — если вы не очень заняты, то не можете ли сходить со мной в магазин?
Ной охотно согласился ему помочь. Только в два у него деловая встреча.
Фрэнси сразу поняла, что за встреча предстоит ему в два.
— Это по поводу продажи катка? — не сдержалась она.
— Да. У меня встреча с агентом по продаже недвижимости.
Хоть Фрэнси и не очень удивилась, но это был ощутимый удар по нервам.
— Хочу показать ему каток, — продолжил Ной. — Вы будете там?
— Нет, я буду занята.
Пол почувствовал напряжение между Ноем и Фрэнси и бросил на дочь укоризненный взгляд.
— Она каждый понедельник занимается с детишками из подготовительного класса, читает им, обсуждает прочитанное, — пришел он на помощь дочери.
Когда Фрэнси пошла на кухню с грязной посудой, Ной отправился следом за ней.
— Не понимаю, почему вы так злитесь. Вы же знали, что это неизбежно.
— Но я подумала, что вы потерпите с этим недельку.
— Я должен получить предварительную оценку. Если все пройдет хорошо, то на будущей неделе нас уже внесут в список продаж. Продажа недвижимости — длительный процесс. И спрос на нее невелик. Это может занять месяцы. Я должен привести этот ком в движение, а дальше уж все покатится — поедет своим ходом.
«Ага, как бульдозер. И раздавит и меня, и каток», — с грустью подумала Фрэнси.
— Хотелось бы понять, почему вы занимаетесь с малышами.
Он пытался отвлечь ее от мрачных мыслей. «Ладно, сделаем вид, что ему это удалось. Ни к чему портить и без того паршивое настроение».
— Я люблю детей, — коротко ответила она.
— Вам не хватает общения на катке? Ведь там вы постоянно среди детей.
— Когда читаешь им, то безраздельно владеешь их вниманием. Глазенки так и светятся любопытством. Они задают всякие вопросы, и между нами возникает особая связь. Они учатся у меня, а я у них.
— И чему же вы научились?
— Я теперь знаю, что у детей стремление к знанию в крови. И если мы будем ставить перед ними посильные задачи и умело руководить обучением, то они достигнут поразительных успехов в науке.
— Да, похоже, что вы не просто читаете детские книжки этим ребятам.
— Я очень хотела бы учить их, — мечтательно произнесла она и охнула. Проговорилась! А все Ной. Как это у него получается? Она поморщилась с досадой, достала из шкафчика порошок и стала укладывать чашки и тарелки в посудомойку.
— Так в чем же дело?
— Мне нужен диплом колледжа.
— Хотите снова засесть за учебу?
— Тут мало просто хотеть, Ной. Всю жизнь я только и делала, что готовилась к жизни, а не жила. Это трудно объяснить…
Голос Ноя неожиданно стал серьезен:
— Можно ведь учиться и жить.
— Я думала об этом. Беда в том, что я не раскрывала учебников вот уже восемь лет и колледж потребует полной отдачи сил.