Когда плачут драконы (СИ)

— Он Гейру спас! — горячо зашептала Джемма, очевидно, уже проникшаяся к этому самому Валю признательностью. Но Эдрику нужны были доказательства.
— Ты ее видела? — сурово спросил он, но ответ получил не от Джеммы, а от усмехнувшегося хозяина дома.
— Видела, — покачал головой он. — Да они три часа стрекотали без умолку. Джемма как про брата ей рассказала, так Гейру и прорвало. Месяц у меня молчала, ни слова не мог от нее добиться. А тут разошлась на радостях.
Джемма старательно закивала, убеждая Эрика в искренности их нового знакомого.
— Она одна у Валя осталась, остальные в Долину вернулись.
— Остальные? — изумленно переспросил Эдрик, но Вальгард не позволил Джемме ответить.
— Пойдемте за стол, — предложил он, — а то Гейра совсем заждалась. Изысков никаких не обещаем, но с голоду умереть не дадим.
Он посторонился, пропуская гостей. Эдрик замешкался, по-прежнему опасаясь удара сзади, но Джемма улыбнулась и потянула его за руку. Пришлось повиноваться, чтобы не выглядеть в ее глазах трусом. В конце концов, не доверять Джемме Эдрик не мог.
Столь пугающий темнотой коридор оказался совсем коротким, и через несколько шагов они вышли в довольно-таки просторное помещение со стенами из сплошного камня и без единого окна. Оно было неплохо освещено, хотя Эдрик не видел ни факелов, ни свечей, однако гораздо сильнее его поразила затопленная печь.
— Мы же в пещере? — уточнил он у следовавшего за ними Вальгарда. Тот кивнул и улыбнулся, словно зная, каким будет следующий вопрос Эдрика. — Тогда куда дым отводится? В закрытом гроте все должно быть в чаду, а тут...
— Пришлось помучиться, — уклончиво ответил Вальгард. — Как и со светом. Но у меня было время и желание возиться со всем этим.
Эдрик еще раз огляделся по сторонам, но так и не нашел, каким образом хозяин дома сумел добиться подобного эффекта. Потом, не удержавшись, подошел к печи и принялся ее изучать с таким тщанием, что вызвал очередную усмешку Валя.
— Джемма утверждала, что вы сестру знакомого драконыша разыскивали, — заметил он. — А ты, я смотрю, больше бездушными механизмами интересуешься.
— В вашем случае, я смотрю, одно другому не мешает, — неожиданно для самого себя огрызнулся Эдрик. — Я тоже стараюсь совмещать.
— И как получается? — поинтересовался Вальгард. Эдрик передернул плечами и наконец посмотрел на него.
— Хуже, чем хотелось бы, — ответил он. — Не все, знаете ли, что к драконам относятся без предубеждения, что к изобретениям.
Валь хмыкнул.
— Знаю, — понимающе сказал он и сделал рукой приглашающий жест в сторону обеденного стола. — Потом расскажу, если времени хватит. Джемма грозилась отправиться в путь с рассветом, а до него не так уж много и осталось.
Эдрик смущенно потер затылок.
— Долго я спал? — спросил он уже у Джеммы. Она кивнула и тихонько вздохнула.
— Я очень за тебя испугалась, — так же негромко пробормотала она. — Как увидела, что ты упал...
— Все-таки следила за мной? — недовольно перебил ее Эдрик. Но ответ снова получил от Вальгарда.
— И следила, и защищала, и голову мне чуть не откусила за то, что я незваного гостя пирогами не встретил, — заявил он тоном, исключающим любые подробные расспросы. — Пришлось исправляться. Так что марш за стол, полуночники! И ты выходи, — обратился Валь к кому-то невидимому, — парень, в отличие от подружки, не кусается!
Из самого темного угла к ним шагнула худенькая девочка с толстой, отливающей бронзой косой и точно такими же, как у Харде, огромными серыми глазищами. Эдрик неловко ей улыбнулся, не зная, что еще сделать и что сказать.
— Это Гейра, — представил Вальгард девочку.
— Это Эдрик, — вторя ему, проговорила Джемма и весело рассмеялась своей шутке. Эдрик тоже фыркнул. Гейра осторожно хихикнула. Вальгард уже знакомо усмехнулся.
— Чудно! — проговорил он. — А теперь так же дружно — да за трапезу! Чем быстрее поедим, тем больше сможем обсудить.
Дальше упрашивать ему не пришлось. Девочки первыми застучали ложками, уминая кашу. Эдрик тоже послушно проглотил свою порцию. Вальгард ел не спеша и обстоятельно, одной рукой расправляясь с содержимым тарелки, а второй отламывая куски от неразрезанной булки. Эдрик невольно задержал взор на обрубке его среднего пальца, и Вальгард перехватил его взгляд.
 
— Детская забава, — объяснил он, хотя Эдрик не спрашивал. — Рубанул мечом по дурости. Думал, новый палец отрастет. Ан нет, не отрос.
— Мама в госпитале много всяких ран видит, — безо всяких эмоций отозвался Эдрик. — А когда утешить кого хочет, то всегда мальчишку с отрубленным пальцем в пример приводит. Вот, говорит, он как настоящий мужчина держался...
— Ильгой твою маму зовут? — оборвал его Вальгард на полуслове, и Эдрик даже вздрогнул от неожиданности. — А я все думаю, откуда мне твоя физиономия знакома. Вылитый же матушка! И характер такой же!
Эдрик почувствовал, как лицо у него заливает краской. Вот уж не чаял услышать подобное в таком месте. Да еще и с явной насмешкой. Да еще и перед Джеммой: мать славилась своим острым языком, а Эдрик всегда этого стеснялся. А уж сравнения с ней и вовсе боялся пуще огня. Нет, он любил, конечно, маму, и гордился ей, но, как любой, наверное, мальчишка, мечтал быть похожим на отца. Тем более что тот являл собой пример силы и мужественности, и Эдрик не раз и не два завистливо вздыхал, глядя на старшего брата, которому по наследству досталось все это великолепие. Эдрику же оставалось довольствоваться лишь большей отцовской нежностью и опекой.
— Вы из Армелона, что ли? — выбравшись из сожалений, неожиданно понял он. Получил в ответ кивок и задал новый вопрос: — А как тогда в такую даль забрались?
Вальгард в очередной раз усмехнулся.
— Вдохновился подвигами Лила и захотел подружиться с драконами, — сообщил он. — Но это оказалось гораздо сложнее, чем я рассчитывал. Даже попавшие в ловушку ящеры порой заходились такой злобой, что не позволяли себе помочь. Пару раз чуть с жизнью не расстался, причем если в первый меня дракон пытался поджарить, то во второй уже охотники весьма доходчиво объяснили свое отношение к моей воровской деятельности. В ногу потом пришлось штырь металлический загонять, чтобы срослась, — с тех пор и хромаю. Так что о крыльях пришлось забыть. Зато пару десятков спасенных жизней могу на свой счет записать — есть, чем гордиться на старости лет.
— Вы совсем не старый, — подала голос Джемма, а Гейра вдруг сорвалась с места, прижалась к боку Вальгарда и судорожно сомкнула объятия. Он сконфуженно погладил ее по плечу, потом потрепал по волосам.
— Попроси подружку научить тебя такую косу плести, — проговорил он, — а то все растрепой ходишь.
Гейра кивнула, но даже и не подумала его отпустить. Валь улыбнулся.
— Сколько раз я ей говорил, что не стоит из чувства благодарности от своей семьи отказываться, — зачем-то объяснил он, — а она только головой вертит да глаза отводит. Так и не понял ничего.
— Харде тоже про родителей ни разу не заговаривал, — вспомнила Джемма и предположила: — Может, они сироты?
Вальгард выдержал паузу, давая Гейре возможность ответить, но та молчала, только еще сильнее сжимала пальчиками его рубаху, как будто пыталась удержать. Вальгард легко коснулся ее руки.
— Может, и сироты, — согласился покуда он. — Только я так разумею: с братом им надо жить вместе. Хоть у вас, хоть у меня — тут уж как сами решат.
В гроте установилась тишина, и слышно было только, как тяжело дышит Гейра, как будто принимает какое-то решение.
— Я с тобой не расстанусь, — наконец прошептала она. — Только если сам прогонишь.
Вальгард опять усмехнулся, но на этот раз совсем невесело.
— Вот ведь… — пробормотал он. Эдрик посмотрел на них обоих, потом перевел взгляд на Джемму.
— Попробую поговорить с Кедде, — вздохнула та, без слов поняв его замешательство. — Он к Харде привязался, конечно, но не может же не понять, что тут сестра его родная.
Эдрик качнул головой. Он в этом почему-то совершенно не был уверен.