Синяя Рыба

Энергет, торопливо суетившийся у парадного входа, поспешил присоединиться к друзьям, и они отправились к транспортеру.
— Интересно, что подумает Эриус, когда появится здесь? — прошептала Кэтти, с тревогой оглядываясь на родной дом, — Как только он обнаружит, что меня нет, сразу догадается, что я сбежала.
— Не догадается! — развеял Флэйк ее опасения, самодовольно задрав хвост, — Я оснастил входные двери на редкость мощным сбивающим-с-толку заклятием. Так что, вероятнее всего, он решит, что ты утонула в реке или тебя съел дракон. По крайней мере, когда его перестанут колотить судороги и он вновь приобретет способность к здравомыслию.
— А почему он ее потеряет? Это что, побочный эффект заклинания? — поинтересовалась Кэтти.
— Почему, почему. Думаешь, я только одно заклинание поставил? Энергет я, в конце концов, или кто? А триста тысяч вольт — это тебе не шуточки. Тут даже такого, как Эриус, так будет колошматить, что надолго запомнит.
— Смотри, как бы он это тебе потом не припомнил, — одернула хвастуна Синяя Рыба, — С Эриусом так лучше не шутить, он шуток не понимает.
Забравшись на холм, они увидели, что гнома нет: кресло контролера пустовало.
— Слава Высшим! Кажется, старый ворчун решил взять отгул после праздничка, — Кэтти с облегчением перевела дух, радуясь, что удалось избежать излишних объяснений. Она уже взяла карандаш, чтобы поставить подпись в регистрационном журнале, лежавшем на столе, как кусты зашевелились, и из них показалась сутулая фигура гнома. Флэйк и Синяя Рыба едва успели прыгнуть в сумку, как вдруг карлик поднял глаза, и, нахмурившись, смерил девочку подозрительным взглядом.
— Куда едем? — кисло осведомился он, забираясь в кресло.
— В Белый Дворец, — бесхитростно улыбнулась Кэтти, пихнув ногой шевелящуюся сумку.
— Одна? — гном ехидно усмехнулся.
Девочка с самым невинным видом хлопнула длинными ресницами.
— Да.
— Хорошо… проходи.
Кэтти подняла сумку и направилась к турникету. Она уже схватилась за стальную перекладину, как гном окликнул ее:
— Запрещенных к перевозке предметов нет?
Кэтти, как можно правдоподобнее помотала головой. Положение становилось щекотливым.
— Сумка, чай, тяжелая? Чего везешь-то?
Она уже стояла на каменном круге, на ладонь выступавшем над землей, и, пыхтя, пыталась втащить на него сумку. Вдруг сумка громко зашипела: видимо, Флэйк нечаянно напоролся на острые орлиные когти Синей Рыбы. Гном поднялся с места.
«Только бы не уронить!» — поднатужившись, Кэтти наконец-таки поставила сумку на круг транспортера, и четко проговорила пункт назначения и слова перемещающего заклинания. Перед ее глазами завертелся, все ускоряясь, пространственно-временной вихрь, и в то же мгновение охранная сирена транспортера дико взвыла, громогласно оповещая о двух безбилетниках. Сквозь вихрь все выглядело размытым, но Кэтти успела увидеть, как гном кинулся к турникету. Он что-то гневно кричал, но ветер так свистел в ушах, что напрочь заглушал все прочие звуки. Вскоре вихрь уплотнился настолько, что уже не просвечивал, став абсолютно непроницаемым для внешнего мира, а в следующий миг Кэтти с громким хлопком выбросило в гиперпространство. От толчка она не удержалась на ногах и покатилась по земле. Когда мир перед глазами перестал расплываться, а звон в ушах немного поутих, она поняла, что сидит на каменной плите, а прямо перед ней горделиво реют на ветру стяги Белого Дворца.
 Конфета 
Марвин гостеприимно позволил Максиму и Вике переночевать в пахнущем книгами и деревом читальном зале, в старых, просиженных креслах с изъеденной молью обивкой. Наутро, тепло попрощавшись с добрым библиотекарем, дети продолжили свой путь. Панцирник долго махал им рукой с крыльца, растроганно промокая глаза кружевным платком и без остановки тараторя напутствия:
— Спасибо, что починили мое пенсне! Что б я без вас делал… Удачи вам, и да хранят вас Небеса! Берегите Лупу! И следуйте Пророчеству!
Скоро обветшавшее здание Библиотеки осталось далеко позади, и ребята зашагали по узкой тропинке, которая, пересекая заливной луг, вела в рощу. По большому счету эту местность нельзя было назвать рощей: высокие деревья с мелкими, будто еловая хвоя, листьями росли редко, как телеграфные столбы. Складывалось впечатление, словно когда-то они перессорились между собой, и с тех пор старались держаться на расстоянии друг от друга. Однако, на прерии пейзаж тоже не тянул — все-таки деревьев было довольно много.
 
Дойдя до «рощи», Максим с Викой решили передохнуть, а заодно подкрепиться. К счастью, волшебных синих груш, удивительным образом утоляющих даже самый зверский голод, оставалось еще немало.
Съев свой кен-тай, Максим вытащил из кармана свиток с пророчеством и Лупу истины. Вика внимательно огляделась по сторонам, и, убедившись, что они здесь совершенно одни, торопливо проглотила последний кусочек и присоединилась к Максиму.
Мальчик сосредоточенно разглядывал текст сквозь Лупу, наморщив лоб.
— «Пять сил изначальных», — прочитал он первую строку стихотворного послания. — Пять сил… Что это может быть?
— Высшие маги? — предположила Вика. — Их как раз пятеро…
— Нет, — Максим покачал головой, — Во-первых, там не было Синей Рыбы, а во-вторых, ты забыла посчитать Ротсена, так что их семеро, а не пятеро. И потом, внутренний голос мне подсказывает, что Изначальныве силы — это не маги. Это что-то более… глобальное, что ли.
— Я читала в одной книге, что в мире существует несколько основных видов энергии, — неуверенно протянула Вика, рассеянно щелкая пальцами в попытке вспомнить подробности, — гравитация, электричество, атомная энергия, и что-то еще… Вроде как эти основные энергии определяют все многообразие взаимодействий между предметами и существами. Но я не уверена, что их пять.
— Ладно, вернемся к этому позже. — Максим вновь углубился в первоисточник, — «Ни ночью, ни днем, ни в полуденный зной не может одна без другой», — он посмотрел на Вику. — Выходит, они все связаны между собой.
— Да почти все в мире взаимосвязано! — девочка пожала плечами, — Надо что-то более конкретное… Ну-ка, — она наклонилась к свитку, — «И если не хочешь ты сбиться с пути, ты должен их все до единой найти». Помнишь, Ротсен говорил что-то о знаках? Может быть, речь идет о них?
— Вот что я не могу понять, — пробормотал Максим, — «В их вечном слиянии и вечной борьбе»… — Получается, они не могут друг без друга, и, невзирая на это, ведут вечную борьбу. Какой смысл бороться с тем, без чего ты не сможешь?
— Да, это странно, — протянула Вика. — Видимо, древний стихотворец, писавший это, был немного не в себе.
— И тем не менее мы должны это понять, — вздохнул Максим, — «Могущество Жезла постигнет лишь тот, кто истину эту поймет». Если мы не сумеем разгадать загадку, то Жезла нам не видать как собственных ушей. К сожалению, это — единственное, что можно сказать наверняка.
— «Замкнуть старый круг и круг новый начать», — Вика обхватила руками колени, — Может, это еще одна головоломка, вроде того паззла?
Максим еще раз прочитал текст пророчества, но новых идей больше не возникло.
— Ладно, — он свернул лист в трубочку и засунул в футляр, — Разберемся по ходу. Идем.
Внезапно листья ближайшего к ним дерева зашуршали, раздался хруст ломаемых ветвей. Они разом обернулись, но сзади никого не было. Только высокая трава едва заметно колыхалась, будто секунду назад здесь кто-то пробежал.
— Ты слышал?..
— Ага…
— Пойдем отсюда, — Вика потянула его за лямку рюкзака.
Максим еще раз оглядел заросли, но так никого и не увидев, вынужден был признать, что либо ему это почудилось, либо неизвестный, прятавшийся в кустах, успел скрыться.
Дети шли молча, каждый был погружен в размышления о пророчестве. Но теперь они не отваживались высказывать свои предположения вслух, опасаясь, что их опять подслушают. Стояло полное безветрие, солнце поднималось все выше и выше, и уже изрядно припекало, но деревья, как назло, почти не давали тени, и путники то и дело отирали пот со лба.