Имбецил (СИ)

И чего он раньше не посмотрел её? Пара папок с документами (какие-то списки с суммами) и одно видео. Занятное такое видео. С Григорьевым в главной роли. Запись не ахти какая, но лица рассмотреть можно, как и голоса. Снимали со стороны, спрятав видимо камеру, поэтому и лица не полностью в кадре, а мелькают. Проработав не один год оперативником, Тур насторожился как пёс. Вроде обычный разговор двух мужчин: Григорьева и какого-то усатого немолодого мужчины. Со стороны могло бы показаться именно так, если бы между обычными фразами не проскакивал другой смысл, далёкий от действительности, а паузы между фразами были длительными.
Мобильный зазвонил неожиданно. Димон.
- Да.
- Ты где? – спросил в лоб Димон.
- Что случилось? – ответил вопросом на вопрос Тур.
- Обязательно должно что-то случиться, чтобы я позвонил другу? – весело отшутился Димон. – Так, где ты?
- В столице, - буркнул Тур. Дима не отстанет.
- Ого! – присвистнули в трубке. – Неужто соскучился по столичной жизни? Или решил навестить кого?
Тур поморщился. Дима всегда был проницательным.
- С патлатым решил прошвырнуться, - всё же ответил Артур.
- Мальчик решил надавить на жалость папашке? – уже серьёзно спросил Дима и задумчиво продолжил: - А ты, видимо, поехал, чтобы Григорьев не повёлся на слёзы сынульки, или сам решил ему сбагрить засранца…
Быков помолчал. Дима прав. Он поехал, чтобы Григорьев не повёлся на слёзы сынульки и не только, а вот сбагривать он его точно пока не собирался.
- Дома скучно.
- Ну да, ну да… Григорьев «очень» обрадуется твоему визиту, а своему отпрыску, которого с радостью спихнул нам за долг, так вообще будет счастлив!
- Я не собираюсь светиться.
- Не стоит - это верно, – произнёс Димон.
Подумав немного Тур всё же решил сказать Димону про находку. Он мог ему доверять. Кому, как не ему?
- У засранца есть чем папашку на “слёзы” развести…
В трубке воцарилась тишина.
- Хм, и насколько слёзки потянут? – задумчиво спросил, наконец, Дима, проницательно уловив смысл.
- Не знаю. Наверное намного…
- Питомец с сюрпризом. Но ты же не собираешься ворошить змеиное гнездо? – уже с тревогой спросил Тура друг.
- Нет, - как само собой разумеющееся ответил Тур.
- Это правильно. Ладно, Бык. Я, чуть что, на связи, - вздохнув, ответил Дима. – И постарайся своего засранца забрать оттуда побыстрее. Григорьев сука ещё та, и теперь уже с большими связями.
- Я понял.
Дима отключился, а Тур достал флешку, выключил ноут и задумался. Яблочко от яблоньки и правда далеко не укатилось…
Откуда интересно это видео у патлатого? О том, что видео и те странные документы не сам дал Григорьев, понятно как божий день, особенно зная о “любви” папаши к сыну и наоборот. Ну тут понять пацана можно: мать умерла, а папаша сразу в дом притащил новую маман по возрасту, если не ошибается, на пару лет старше самого Антона.
А это всё значить может только одно: сынок на папу накопал компромат….
Тур не собирался влезать в это семейное дерьмо с участием Григорьева. Он из столицы свалил из-за этого всего, и возвращаться не собирался. Да у него остались знакомые в отделе, и он мог бы запросто узнать, кто именно на видео разговаривает с Григорьевым, но не будет этого делать. Любопытство кошку сгубило. Подставляться не стоит, даже если и окажется, что видео пустышка, что вряд ли, о чём и вопила интуиция Артура на всю округу с самого начала просмотра видео. От флешки разит гнильцой и проблемами за версту. Уж в чем-чем, а Тур в этом разбирался. И Дима прав, надо брать засранца Звенящего за хвост и тащить обратно, пока Григорьев рад избавиться от него.
Единственное Быкова успокаивало, что Антон пропажу флешки не заметил, требуя только паспорт, а значит, не собирался её пока использовать. Не зря же черная, неприметная флешка была закопана в шкафу подальше от документов? Вопрос напрашивался сам: зачем тогда сюда приехал? Не верилось Туру, что тот просто не поверил, что Григорьев с ним так поступил. Явно же сразу отзвонился, гадёныш, родителю, а теперь явился истерики закатывать.
 
Тур не стал больше раздумывать над этим и вернулся к дому пятнадцать, только припарковал машину чуть поодаль за деревом.
Быков узнает, зачем припекло ехать сюда патлатому, так что нечего гадать.
Неформал появился из подъезда через полчаса, злющий как черт, с большим чемоданом на колёсах, небольшой сумкой на плече, рюкзаком и с телефоном у уха. Через открытое окно до Быкова доносился его голос. Слов не разобрать, но по интонации понятно, что с родителем мило беседует.
Тур завёл машину. Звеняшка сразу посмотрел в его сторону, что-то ещё сказал в трубку и, сбросив вызов, направился к машине.
- …сука! Я ему, блядь, устрою! И его шлюхе с выблядком тоже… - услышал Тур, когда парень подошёл к машине. - Багажник открой! – скомандовал патлатый, открыв дверь.
Тур открыл, невозмутимо и без эмоций. Пусть побесится, главное, чтобы дел не наворотил.
Как только Антон сел, Быков завёл машину и поехал за пределы элитки. Опомнился Звеняшка, когда они выехали на шумную площадь:
- Сворачивай здесь, нам на Победы одиннадцать.
- Ты не решил свои дела? – спокойно спросил Тур, скрывая удивление от слова «нам».
- Какое твоё дело?! Я не просил тебя переться со мной! – рявкнул в ответ патлатый.
Спайк, дремавший до этого поднял голову и зарычал. Антон прикусил губу, а Быков улыбнулся краешком губ. Рот отлично влияет на пацана.
- Кто живёт на Победы? – спросил Тур, уже не скрывая своего любопытства.
Антон молчал, видимо решая для себя что-то, но потом всё же нехотя, цедя сквозь зубы, ответил, посмотрев на Тура:
- Это моя квартира.
Тур нахмурился. Ему не нравился такой расклад. Неформал что-то недоговаривает, но съездить туда стоит.
Старая, но после капитального ремонта, сталинка встретила их уютным зелёным облагороженным двориком, новой яркой детской площадкой и закрытой парковкой со стоянкой. Такие квартиры стоят прилично: центр города, высокие трёхметровые потолки, огромные, шумоизолирующие стеклопакеты, выходящие на проспект, и двор с парковкой только для жильцов.
Патлатый вытащил свой чемодан с сумкой и пошёл к среднему подъезду. Тур, выпустив Спайка и надев ему ошейник с поводком, поставил на сигналку машину и пошёл следом.
От непривычки и нелюбви к аксессуарам рот тряс недовольно головой, но хозяин был непреклонен. Проблемы со Спайком ему не нужны, тут бы с засранцем разобраться.
Третий этаж – как пятый, из-за высоты потолков. Ступеньки крутые и под острым углом. Пока Звеняшка добрался со своими сумками до второго, то дышал как астматик.
- Помочь не хочешь? – запыхавшись и постоянно отбрасывая короткие волосы с глаз, выбившиеся из узла, спросил Звеняшка.
- Курить меньше надо, - прокомментировал Быков, но посмотрев на красного от натуги и уже злости Антона, всё же взял с лёгкостью чемодан, словно тот ничего не весил.
Пока неформал ковырялся с замком, соседняя новенькая металлическая дверь напротив открылась и оттуда вышла дамочка, на вид лет пятидесяти, ухоженная, с благородной сединой, одетая в строгое платье с юбкой-карандаш, на шпильках, и с маленьким йорком на руках, который тут же звонко залаял, заметив рота. По подъезду прокатилось звонкое эхо, и Тур напрягся, но посмотрев на странно-спокойного рота, успокоился.
Закрыв свою дверь, дамочка, скривившись, просюсюкала своему псу:
- Тише, Арчи, - и обратив свой взор на Антона, уже обратилась к нему с пренебрежением: – Вы к кому, молодой человек?
Злой неформал как раз справился с замком и, открыв дверь, повернулся к дамочке:
- К себе!
Дамочка, погладив пса, видимо для своего успокоения, потому как пёс не заткнулся и всё ещё лаял, но тише, сказала:
- Значит, передайте господину Григорьеву, что я буду вынуждена сообщить мужу о его постоянной сдаче квартиры, хотя он и обещал МНЕ больше не заселять никого, – менторским тоном со стервозными нотками проговорила дамочка. - И ещё, чтобы пса бойцовской породы я больше здесь не видела, иначе обещаю, у вас будут проблемы. Скажи, Арчи? – вновь вернувшись к своему йорку, засюсюкала дамочка и стала спускаться вниз.