Первый меч (СИ)
Под ногами скрипел иней. При выдохе изо рта валил густой пар. А лицо жгло холодом так, будто я окунулся им в раскалённую сковородку. Почему-то ожидал, что каждый шаг будет сопровождаться гулким эхом по туннелю. Но откуда ему тут взяться? Вокруг снег и лёд, а они отлично гасят звуки и не дают им разбегаться отзвуком по подземному коридору. В результате шёл я в тишине, слыша лишь хруст снега под ногами. Оптимизм снижало то, что кто-то посторонний двигался навстречу. Но стоило остановиться, и неизвестный замирал вместе со мной. Моментами хотелось сорваться и помчаться вперёд, чтобы наконец закончить всё это, но я себя сдерживал.
«Нет страстей — есть ясность мыслей».
Так учит нас кодекс джедаев. Нам всегда повторяли, что не следует бежать на поводу у эмоций. Джедай, действующий в спешке, теряет объективность, а следом допускает ошибки. Джедай всегда должен оставаться хладнокровным. «Одолевают эмоции если, остановитесь», — повторяла нам наставница. И я останавливался, а следом с опозданием в один шаг вставал на месте кто-то другой.
Тоннель местами изгибался по дуге, заходя то в одну, то в другую сторону, но ориентировано держался одного направления, всё дальше уводя меня от выхода. Первый раз я удивился, когда встретил первое ответвление. Два совершенно одинаковых пещерных коридора, пересекающиеся друг с другом впереди. Отличались лишь тем, что один вёл вверх, а второй спускался вниз. Остановившись перед ними, я внимательно их рассмотрел и не нашёл других отличий. Снег, лед и растущие из стен кристаллы, что освещали мне путь. На Илуме они образовывались подобно растениям, только вместо солнца и тепла им требовался холод. Да и время зарождения одного такого кристалла занимало века. Они и являлись местной фауной, создававшей пригодную для дыхания атмосферу. Не найдя других отличий, я попробовал довериться интуиции. Сила направляла меня в левый тоннель, в то время как в правом я ощутил сопротивление и некоторое беспокойство. Но всё это больше походило на некую мышеловку, первый тоннель слишком заманчивый, чтобы не быть ловушкой. А во втором интуиция вопила об опасностях. Очень похоже на выбор между лёгким и трудным путём. Подъёмом или спуском. С той же аналогией, что спускаться с горы всегда легче, как и скатываться во тьму. Разница лишь в том, будешь ты скатываться в пропасть, радостно причмокивая при этом губами, или отчаянно цепляться за выступы, так же как взбираться вверх, с удовольствием преодолевая трудности или заставляя себя подтягиваться через силу.
Ни тот ни другой вариант меня не устраивал. И я выбрал третий. Медитацию. Только не классическую, а ту, которой меня научила наставница. С первых движений почувствовал себя идиотом. Одно дело творить медитативно-рутинные упражнения с использованием одной Силы, чем включить сюда ещё и серии тщательно повторяемых физических приёмов. Здесь со стороны, думаю, это выглядело забавно. Юнлинг восьми лет в пустом тоннеле совершат ряд танцевальных па и головокружительных повторений, каждое движение при этом наполняя и подкрепляя Силой. То же самое, как встретить на улице прохожего в наушниках, танцующего под мелодию, которую слышит только он. Но мне сейчас было не до этих мелочей, меня уже начинало трясти от холода. Техника помогла, примерно через пятнадцать минут мышцы налились тёплом и тяжестью, кроме того, я ощутил особый прилив Силы.
Не сбавляя темпа применения магии, я замер в позе медитации, подогнув под себя ноги и положив руки на колени, подобно тому, как любят садиться японцы. И вместе с этим прибегнул к обычной медитации, которой нас учили с первых дней в Храме. С каждым годом у меня получалось делать это всё лучше. Один древний мастер сравнивал Силу с погружением в тёплую воду, в моём случае меня ударило тёплым, даже горячим течением воздуха. Я не стал сопротивляться ему и позволил потокам унести сознание.
Минута, час, не представляю, сколько прошло времени, разум просто выпал из состояния размышлений, вернув меня в реальность. Одновременно с этим я получил ответ. Вскочив, всё ещё находясь под воздействием альчаки, я двинулся нужной мне дорогой. Можно было долго рассуждать о том, какой путь должен выбрать джедай. Должен он быть лёгким или переполнен трудностями. Это всё неважно. Я увидел то, что показала мне Сила, и ни то ни другое мне не понравилось. Тягости меня не пугают, но я не мазохист, чтобы нарочно выбирать сложную дорогу, если в этом нет острой необходимости. И не дурак, чтобы идти прямиком в ловушку, не имея хоть какого-то плана за душой. Ситуация чем-то напомнила мне притчу, рассказанную когда-то мастером Ануном. Прыгнуть вниз в пропасть или подняться по верёвке вверх. В любом из вариантов одному придётся пожертвовать собой, чтобы дать шанс спастись другому.
Но я выбрал третий путь навстречу тому, кто меня преследовал. Сначала мне казалось, что некто шёл где-то впереди меня или даже параллельно. Но я оказался неправ, всё это время неизвестный двигался за мной по пятам, шаг в шаг, останавливаясь почти одновременно со мной и понемногу сокращая расстояние. По крайней мере, Сила показала именно это направление к нему. Не знаю, кто он, но его Сила внушала и пугала. Впрочем, так или иначе я собирался встретиться с тем, кто по какой-то причине порождал ужас. Страх — это незначительная мелочь, ведь всё это время нас учили бороться со страхами и кое-чему я всё-таки научился.
Непрерывно приближающие шаги нагнетали и давили психологически. Но монотонное повторение альчаки помогало отвлечься и не реагировать на эту иллюзию. К такому мнению я пришёл через промежуток времени, когда так и не встретил идущего навстречу. Дорога впереди постоянно разветвлялась, предлагая возможность свернуть или уйти. Но я игнорировал все эти туннели, следуя только одному маршруту, против течения Силы. После выполнения последней серии ката альчаки, я оказался спинной к туннелям и также спинной к ним сел медитировать. И даже не обернувшись, пошёл обратно, к тем шагам, которые, казалось, приближались ближе, но всё никак не наступали. Как некая зима у Джорджа Мартина, которая близко.
Изгиб за изгибом тоннеля, я возвращался к месту встречи с Тринадцатым, почти бегом, пока не вышел к образовавшейся стене, что не выпускала меня отсюда, но в этот раз увидел больше. Один шаг и силуэт за стенной из-за льда его повторил. Второй. И мы приблизились ещё на полметра. Однако рассмотреть его не получалось из-за слоя снега, прилипшего поверх льда. Приближаться совсем не хотелось, страшно тянуло вернуться к тем двум тоннелям, куда угодно, но только не сюда. Поборов страх и неуверенность, я подошёл ближе. Синхронно тень повторила мои движения. Счищать снег вручную я даже пытаться не стал, слишком долго. Есть способ получше.
Когда я читал о других организациях одарённых, меня удивляло их разделение Силы на десятки, если не сотни приёмов и техник. В сравнении, когда джедаи используют лишь три: контроль, ощущение и изменение. Хотя в некотором роде Орден тоже заразился этим и применяет некоторые названия, чтобы обозначить конкретные действия. Притом что все они в целом одинаковы. Тот же «прыжок Силы» — банальный телекинез. «Удушение» — что это, как не сдавливание лёгких или горла. Или известный джедайский фокус с разжиганием огня, у матукаев получивший название «пирокинез». Достигается он простым методом, разгоном частиц воздуха, вспыхивающих в результате трения. И пусть кто-то попробуем мне сказать, что это не телекинез. Главная же особенность тренировок джедаев, что нас не учат конкретным техникам, за редким исключением. Нас обучают чувствовать и управлять Силой, а ментальные приёмы каждый из нас изобретает сам.
В данной ситуации я решил попробовать применить что-то новое. Благо, альчака стала моим «роялем» для попаданца. К сожалению, я пока не очень представляю её применение в бою. Накопление Силы проходит слишком медленно, а сбросив энергию, я становлюсь даже слабее. Но она бы не применялась до сих пор, будь она не эффективной. А это значит, что Каала Риси научила меня далеко не всему.