Бремя крови

Разумеется, молодому лже-королю ничего не сказали о Пилхе Хэйтхарте, в этом не было необходимости. Аурон рос прекрасным и талантливым ребенком – заботливым, умным, рассудительным, приятным в общении, он находил общий язык со всеми – от лордов до крестьянина – думал о благе государства, запоминал и выполнял все традиционные обряды и всегда был предельно вежлив и учтив.
Кроме того, молодой лже-король проявлял рвение к обучению, он очень хорошо, для его возраста, обращался с оружием, держался в седле, не отказывался от участия в турнирах, неплохо играл на духовых инструментах, превосходно танцевал, писал милые и вдохновляющие стихотворения. Его познания в истории, дипломатии, геральдике, экономике и науках поражали, и Аурон продолжал совершенствоваться.
После очередной поездки к настоящему королю регент лишь еще больше загрустил – настоящий сын Гийера и Аалии оказался самым заурядным ребенком. Нет, он не был плохим, его достойно воспитывали, старались вложить в него максимум знаний – Вилстронги проявляли рвение. Лучшие рыцари Серого Ордена, лучшие учителя, лучшие поэты и музыканты, все, кто способен выявить талант и развить необходимые качества даже в простолюдине не опускали рук, но Аурону-настоящему это не помогало.
Он не желал учиться, уверенность, что вскоре он сядет на трон и там ему не придется делать ничего, лишь смотреть свысока и командовать, крепчала в нем с каждым днем. Да, он рос не злым, он не был жестоким, но очень капризным. Аурон, сын Гийера научился сносно управляться с оружием, но совершенно не проявлял к нему интереса, в танцах он был чуть более хорош, чем в оружие, ему нравилась верховая езда и охота – единственное, что на самом деле привлекало будущего правителя королевства. Никакие науки и знания не давались ему так легко, как его заместителю, а может, он просто совершенно не собирался учиться.
И все же, Клейс любил этого мальчика – он был частью его короля, его рожала любимая сестра регента, и по закону именно он должен будет занять трон.
Проблем с бунтовщиками меньше не становилось, они заполонили город и еще больше их собиралось в группы и разгуливало по всему королевству. Для того, чтобы полностью подавить их требовались силы всех лордов Великих Династий.
Глейгримы и Флеймы вовсю продолжали разжигать конфликт и теперь, когда дошли слухи, что Хагсон, брат правителя Глейгрима, поиздевался над дочерью Зейира, родного брата Дарона Флейма, регент понимал, что война случится. Сражения будут, несмотря на все просьбы и приказы прекратить их, благо, другие лорды опасались гнева Фореста и не стремились лезть в схватки, равно как до сих пор не выступили с поддержкой ни одной из сторон, по крайней мере открыто.
Шпионы докладывали о происходящем на соседних с враждующими территориях, Холдбисты и Редглассы собрали небольшие войска, но лишь затем, чтобы охранять свои земли, и Клейс не мог винить их. Он и сам отправил две сотни Серых и шесть сотен воинов, чтобы любители наживы, прикрывшись войной, не разграбили земли Дримленсов. Эта небольшая армия охраняла границы пропавшего Рорри – лорд Форест уже потерял надежду на его возвращение, но люди, и так оставшиеся без правителя, не должны страдать.
Еще один, куда более неприятный подарок, для него подготовил брат – Райан Форест. Обещанную южанину Вайткроу Фейг, стоило только Вихту отправиться в Новые земли, он решил выдать за другого лорда. Несомненно, лорд Холдбист весьма достойный правитель, хороший представитель своей Династии, и если бы у Райана была еще одна дочь и он пожелал бы выдать ее за Ротра Холдбиста, то Клейс не сказал бы ни слова. Но сейчас, когда идут бунты, грядет война, мир и процветание под угрозой, обидеть Династию Вайткроу, которая всегда выступала на стороне Его Величества и уважалась всеми Династиями – величайшая глупость.
Разгневанный таким поступком Клейс, прекрасно осознающий к чему невыполнение слова, да еще и таким путем, может привести, отправил вореба к брату с требованием явиться ко двору сразу, как только тот получит послание.
 
Райан выполнил приказ и спустя всего цикл стоял перед регентом. Он всем своим видом выражал покорность.
– Мой дорогой и любимый брат! – Райан распахнул свои здоровенные объятия и шагнул к Клейсу.
Регент предпочел общаться в малой зале и без свидетелей, чтобы никто не слышал его гневных речей, он не желал посрамить перед кем-либо честь правителя Фореста.
– Райан, – холод в голосе вынудил лорда остановиться и опустить руки, – Что ты натворил, Райан? Ты хоть понимаешь к чему это может привести?!
– Клейс, брат, я не сделал ничего дурного – лишь выдал мою красавицу дочь замуж, более ничего.
– Обещанную невесту лорда Вайткроу, Райан, ты отдал ее Холдбистам, пока ее законный жених путешествовал! Это недопустимо, ты проявил неуважение, ты опозорил свой род – с нами никто не захочет иметь дело, теперь мы та самая Династия, которая не держит своих слов. Ты понимаешь это?
– Нет, я…
– Что именно тебе непонятно? Ты унизил Вихта Вайткроу, он мальчишка, горячий юнец, правящий югом. Зачем ты подставил нас под удар?
– Почему ты думаешь, что я подставил нас под удар? Ты регент Его Величества и никто не посмеет идти против тебя, Клейс. А поскольку ты мой брат, то и против Форестов.
– То есть ты считаешь, что я буду теперь прикрывать твой зад, что бы ты не натворил? Брату регента можно творить что угодно и ничего ему за это не будет? Ты уверен?
– Я не это имел в виду. Послушай, Клейс, – Райан облокотился о стол и тот скрипнул под громоздкой тушей. Клейс в семье был самым низкорослым и щуплым, из-за чего вечно терпел насмешки старшего брата, – Я вовсе не собираюсь тобой прикрываться. Но Вихт отправился покорять Новые земли, он обещал вернуться через полгода, но прислал письмо, что задерживается.
Регент знал лорда-правителя всю жизнь, они росли вместе. Хоть Райан и был старше на девять лет, и когда Клейс только получил свой первый тренировочный меч, его брат уже бегал за девушками, но сейчас ситуация изменилась. Прожив последние восемь лет в замке, младший из рода научился думать и играть по правилам, что появились задолго до его рождения – интриги стали частью его жизни, просчет каждого шага и рассмотрение всех возможных вариантов развития событий был естественным, как дыхание, а вера в худший из вариантов теперь являлась его увлечением.
Но Райан был из другого теста – добрый, верящий в то, что ему скажут, не способный смотреть дальше, чем на два-три шага. Его могли обмануть, даже если не приходилось врать, только недоговаривать. Старший из семейства был хорошим лордом и прекрасным семьянином, но не прожил бы в Санфелле и года.
– Он указал причину задержки?
– Да, его тетя леди Либби Вайткроу заболела, и он хотел помочь ей вылечиться, но…
– Но для тебя это была неуважительная причина? Лорд Вайткроу отправился в новые земли, узнал, что больна его тетя и решил задержаться. Он, я полагаю, решил наладить быт и назначить тех, кто станет управлять замком и остаться там, пока все не уляжется. Он отправил тебе письма с предупреждением о задержке, и ты решил, что это прекрасный повод сразу же выдать дочь за другого лорда? Чем тебя так привлек север?
– Рогор Холдбист наш хороший друг и союзник.
– Лорда Холдбиста, каким бы он не был прекрасным союзником, отделяют от нас земли Редглассов, Бладсвордов, Глейгримов, Флеймов и Дримленсов. А Вайткроу граничат с нами! Если обиженный наследник решит начать войну, то пострадают и юг, и Королевские земли.
– Да не станет он воевать из-за потери невесты.
 
– В самом деле? Уж не ты ли рассказывал об их трепетных отношениях? Не ты ли хвалился, что твой будущий зять присылает своей невесте восхитительные подарки и не забывает радовать своим вниманием и дарами и будущих родственников-союзников? Не ты ли мне рассказывал о трогательной заботе Фейг, когда Вихт болеет или переживает гибель своих близких и друзей? Если их отношения и впрямь теплые и более, чем дружественные, то ты обрек на страдания свою единственную дочь и на войну с соседями весь свой род. Одним глупым поступком.