Граф Суворов (СИ)

— Что я у тебя на крючке и должна буду делать все что ты захочешь. — тихо проговорила Ангелина. — Просто чтобы не попасть в тюрьму… но, если ты не хочешь моего тела — что тебе надо?
…
— ЧТО?? — ошарашенно проговорила Ангелина, когда я высказал ей свое пожелание. Похоже такого она точно не ожидала, и совершенно сбитая с толку кивнула. — Я… хорошо, я готова. Пойдем.
Вместе с девушкой мы дошли до женского общежития, где под взглядами десятков очень удивленных припозднившихся студентов прошли в ее комнату. В отличие от нашего барака общежитие девушке из алфавита оказалось новым и чистым не только снаружи зданием. Под потолком горели крохотные светодиодные лампы. На полах в коридоре лежали дорожки из ковролина.
Извинившись перед соседкой, мы зашли в небольшую, метров двадцати, комнату, рассчитанную на двоих. У каждой из девушек был свой угол с письменным столом, кроватью и тумбочкой. В комнате даже был отдельный санузел. Все время пока Ангелина выполняла свое обещание чернявая девочка в очках удивленно наблюдала за тем, что мы делаем, а спустя всего полчаса я уже стучал по стенам нашего барака.
— Подъем, лежебоки! — проорал я, поднимая собиравшихся спать студентов. — У вас вся ночь впереди. И ночь будет веселой!
— Идем бить завхоза? — оживленно спросил Леха.
— Нет. Лучше. — ответил я, кинув ему полный рюкзак. — Будем переписывать конспекты. У нас есть время до утра, чтобы переписать лекции за неделю по всем предметам. Следующую партию принесут после обеда, а эти надо будет вернуть. Работать, негры, луна еще высоко!
  
Глава 21
 
— Ну что еще? — спросил я, с трудом продирая глаза.
На протяжении последних полутора месяцев каждый с первого курса работал на износ. Утром — зарядка и пробежка, затем силовые, упражнения. Завтрак. Четыре часа лекций от безумно злого, бухающего через силу Гаубицева, который даже не хмелел. Обед, где каждый старался съесть все богатое белками и протеином. Часовой отдых, совмещенный с переписыванием лекций, которые передала Ангелина. Силовые упражнения на полигоне, не смотря на слякоть и дождь. Ужин. Зубрежка полученных конспектов и перекрестные вопросы по тексту. Сон.
Я тратил еще минимум четыре часа на медитации. Но так выматывался что и сам отрубался. За это время я с огромным трудом сумел довести до раскрытия первого лепестка чакры земли и почти приблизился к раскрытию чакры воды. Платой же стал жуткий недосып, но я хоть сумел нарастить мышечную массу и заметно вытянулся.
Теперь по утрам в зеркало на меня смотрел не обтянутый кожей скелет, а вполне развитый юноша, метр-семьдесят пять ростом, с ярко выраженной и очерченной мускулатурой, короткой прической — ежиком, тонкими вечно улыбающимися губами и холодными, как сталь, голубыми глазами.
— Старшой, к тебе второчи пришли. — сказал Леха, тоже с трудом оторвавшийся от подушки. — Половина нашего курса.
— И что им надо? — проворчал я, поднимаясь. Быстро натянув брюки и майку, я приоткрыл дверь, да мы умудрились раздобыть дверь! и выглянул в коридор. В полутьме барака стояло столько народа что толпа уходила за углы. — Ну?
— Доброе утро, Суровый. — проговорил смутно знакомый парень, кажется, один из одногруппников Хоря.
— Злобное. — продирая глаза проговорил я. — Что надо в без пяти шесть утра?
— У нас крыша протекает. Мы ее уже и конопатили и глиной замазывали, как ты сказал. Но с каждым днем все холоднее, ночью подмерзает, лед доски раздвигает, а потом стекает все днем… — начал объяснять парень.
— Так, и почему это должно быть моей проблемой? — спросил я, окончательно приходя в себя. — У меня ничего не течет и течь не собирается.
— Ну так ты… старший? — в некотором замешательстве проговорил парень.
— Я? — не сдержавшись я во все горло заржал, чем окончательно разбудил всех соседей. — Эй, передайте кто-нибудь Тарану что меня вместо него вечем назначили. А для вас, сердечные, у меня новость — я носы не подтираю. Особенно просто так. Хотите, чтобы вам починили крышу, в начале подумайте своими головами. Глину обжигали после того, как щели заткнули? Денег на ремонт нашли?
 
— Но мы думали… — проговорил парень, разочарованно.
— Нет. Вы как раз НЕ думали. Вы решили свалить эту проблему на меня. Так вот в начале подумайте сами, предложите варианты. Минимум десять. САМИ. А уж потом, если вдруг вам понадобится помощь, которую вы сможете отработать или оплатить — тогда уже приходите. — усмехаясь сказал я, и захлопнув дверь перед ошалелым парнем вернулся к кровати.
К сожалению, времени на сон совсем не осталось, так что пришлось одеваться в спортивный костюм, шнуровать ботинки, напяливать сверху дождевик и отправляться на пробежку. Нарушать режим — последнее дело. Даже если тебя разбудили на пять минут раньше. Тем более что я приучил к нему весь первый курс, часть второго и даже десяток парней с третьего.
Хотя теперь мне стал понятен фатализм старшекурсников, уже получивших свои кристаллы, я его совершенно не разделял. Не знаю, в чем там дело, разбираться буду по мере приближения к этой проблеме, но на собственном опыте я знаю, что физическое тело — это лишь часть, и духовную силу можно развивать.
Моросил противный дождь, то и дело превращаясь в ледяную туманную взвесь, висящую над беговой дорожкой, но мне это только на руку. Бодрит ангидрид. Десять минут такой пробежки по скользкой дорожке, покрытой тонкой корочкой, и вся группа оказывается на открытом стадионе, освободившемся от других студентов с началом дождей. На кой черт его вообще построили? Ради безмерно длинного питерского лета?
Лучше бы пустили деньги на строительство нормальных бараков. Пусть я и послал второкурсников, проблема действительно была и никуда не девалась. Старые трухлявые бревна промокли еще в первую неделю, а после начала заморозков в комнатах с каждым днем становилось все холодней. Едва теплые старые чугунные батареи ситуацию совершенно не выправляли.
Учащиеся мерзли, закутывались в одеяла и спали в спортивной одежде, но по большому счету это не спасало — дышать все равно приходилось холодным воздухом. А учитывая все нарастающую сырость и опускающуюся температуру… я лично придумать настоящих выходов из ситуации смог только два — переселить нас всех к кому-то в общагу, например сделать номера у девочек не двуспальными, а четырех. Или построить полноценное новое здание.
И то и другое шло по грифу «фантастика». Бесполезные мысли я просто отбросил, сосредоточившись на текущих проблемах. Починить крышу? Это не решит вопрос со стенами и холодными батареями, но хоть общую сырость должно снизить. Только как? Учитывая постоянные дожди… Это как асфальт зимой прямо на снег класть. Могут либо полные идиоты, либо явные коррупционеры.
А учитывая, что я себя ни к тем, ни к другим не относил — вопрос надо ставить по-другому. Что возможно и разумно сделать? Можно поставить тепловые пушки, прогреть потолок, сделать дополнительный… нет, все бред. Не решит это проблему. Правильно говорят, что сани надо летом готовить, а повозку зимой. Но сколько студентов доживет нормально до следующей зимы?
— Разбились по парам! Отрабатываем рукопашный бой. — приказал я, заканчивая с разминкой. Теперь мне не страшно было схватиться с противником без повреждения чужих меридианов, но с постоянным вливанием в собственные. Мы отрабатывали базовые движения, так что не требовалось ни силы, ни ловкости, только внимательность.
— Суровый! Давай поединок? — спросил Хорь, подходя ближе. С того раза как мне удалось его «удивить» мы не раз сходились в учебных схватках. Не сказать, что мне было скучно со сверстниками, но Хорь для меня был ориентиром ближайшего физического развития.
— С разминки? — кивнул я приятелю, отходя чуть в сторону от остальной группы.
— Да чутка… — Хорь не договорил, сразу прейдя в атаку. В его стиле. Я уже достаточно привык к его резким, словно броски ласки, ловким выпадам. И потому заранее сделал легкую гипервентиляцию легких, чтобы насытить мозг и мышцы кислородом. Поймал его кулак на блок, пропустил мимо взмах ноги и тут же чуть не попался на обманный маневр, со сдвоенным выпадом. В лицо, и почти сразу в правое чуть выставленное вперед колено.