Сердце Пустоты (СИ)

Глядя на ее растерянность, Алекс не смог сдержать ехидной усмешки.
Женщина это заметила и тут же злобно прищурилась.
— Врешь, мелкий гаденыш! У нас с ним общее дело, я выполняю его приказ! Не мог он…
— По какому праву вы со мной так разговариваете? — ему надоело терпеть такое отношение к себе. — Забыли, кто я? Могу напомнить.
Ростом он уже давно был выше большинства женщин, в том числе и этой, и даже некоторых мужчин. Поэтому ему не составило труда посмотреть на нее свысока — не только с уровня своего роста, но и статуса в ордене.
— Я его помощник и правая рука, преемник и ученик. И поверьте мне, я лучше знаю, что он мог, а чего не мог. Если я говорю, что приехал сюда, чтобы выполнить его поручение, вы не смеете оскорблять меня, сомневаться в моих словах или чинить препятствия!
Кара скривилась так, будто целиком проглотила лимон. Все, что она позволила себе — тихо хмыкнуть.
Алекс надеялся, что на этом все закончится, и уже собирался пожелать женщине хорошего дня и вернуться к разговору с Лиарой, как вдруг услышал:
— Птенец наточил коготочки и отрастил крылышки, значит… Раз так, поговорим по-другому.
Она приблизилась к нему еще на шаг, хотя казалось, что ближе уже просто некуда. Янокс и Фреля стояли у прилавка, напряженно наблюдая за их разговором, готовые вмешаться, если что-то пойдет не так. Парень застыл на месте, не позволяя себе отстраниться или отвернуться. Что-то подсказывало ему, что эта женщина опасна, и лучше держаться от нее подальше. Но он старался не выдавать своего волнения и продолжал смотреть ей прямо в глаза.
— Мы с твоим хозяином давно вместе. Нас очень многое связывает. Такое, о чем ты и помыслить не можешь. Он обещал мне власть! Над Сомной, над ведьмами, над нашей религией и магией. И я ее получу! С его помощью или без! Так и передай ему.
— Мне без разницы, что между вами, — холодно ответил Алекс. — Но он мне не хозяин. Я, конечно, предупрежу его о твоей вероломности, но остальное, если нужно передавай сама. В ваших разборках участвовать не собираюсь.
Женщина усмехнулась.
— Не хозяин, говоришь? Ну-ну. А это прекрасное колечко на твоем пальце разве не символ безграничной преданности раба своему господину? Думаешь, все так просто? Поработаешь на него чуток, а как надоест, спокойно уволишься? Не-ет. Только Пустота избавит тебя от этих оков! Та самая, что ждет тебя после смерти. Поверь мне. Ведьмы не только мягкие подушечки плести умеют, но и вот такие вещицы делать. Можешь у сестрички своей спросить, она подтвердит.
От услышанного парню стало тошно. Эта женщина не вызывала у него ничего, кроме отвращения. И хотя он понимал, что она могла наговорить все это только из-за вспышки ненависти, Алекс и сам знал, что кольцо вовсе не было простой безделушкой.
Перстень с черным камнем был не просто символом ордена, который обязаны были носить все послушники и который так жаждали заполучить все неофиты. Он также служил артефактом защиты и средством связи, по которому Великий Дух всегда мог отследить, кто и где находится. И снять его с пальца действительно не выходило.
Но сейчас важнее было другое — попасть в город, пока след отца так ясно виднеется там. Должно быть, благодаря связи с орденом, Кара уже успела приобрести достаточное влияние в городе. Нужно убедить ее помочь им.
— Послушай, госпожа Кара, — заставил он себя сменить тон на более миролюбивый. — Уверен, мы можем прийти к компромиссу. Скажи, что ты хочешь за то, чтобы пропустить нас в Сомну.
Вся злость ведьмы мигом испарилась. Она удивленно подняла бровь и теперь с весельем взирала на парня.
— Это тебе еще зачем? Что, мальчик, хочешь стать игрушкой ведьм? — она небрежно провела пальцем по его плечу. — Разве не слышал, что мы делаем с мужчинами?
Алекс громко фыркнул, выражая этим все, что думает об этих глупых страшилках.
— Я слышал ночью туда приходил мой отец. Что ты знаешь об этом?
— Ничего, я была все это время здесь. Думаешь, я посмею показаться в Сомне, пока не найду эту бестолковую… в смысле… Аврору? — она явно почуяла выгоду, раз готова вести себя менее вызывающе.
 
Парень сделал вид, что не заметил оговорки.
— Мне всего лишь нужно поговорить со старейшиной или другими свидетелями их встречи. Необязательно для этого пускать внутрь.
— Ну, со старейшиной встретиться невозможно. А вот свидетели… — она потерла подбородок, делая вид, что раздумывает над решением проблемы. — Их я вполне могу обеспечить. Но не бесплатно.
— Разумеется.
— Ты вернешь мне Аврору!
— Нет.
Женщина развела руками, показывая, что в противном случае ничем помочь не сможет. А точнее, не захочет.
Тогда Алекс пояснил свой отказ:
— Лично ты никакого существенного вклада в наше дело предложить не можешь. Лишь горстку ненадежных свидетелей, вот и все! Поэтому возвращать мою сестру тебе придется самой. Я лишь могу подсказать, в каком направлении стоит начать поиски.
Кара тихо вздохнула.
— Что ж, справедливо.
Она пообещала к следующему утру привести свидетелей и удалилась по своим делам. Передав своим спутникам эту новость, Алекс узнал у Лиары местонахождение ближайшей таверны, и они отправились пережидать оставшееся время там.
  
Глава 8. Его темное сердце
 
Вот и настал долгожданный день коронации принца Иллара. Горожане Ринмерана и жители ближайших к нему городов, с раннего утра собрались на площади храма Марры, где будет проходить церемония, и выкрикивали поздравления будущим правителям, которые ими еще не стали.
Внутри самого дворца тоже царило оживление. Бесчисленные слуги готовили все к церемонии, королева Нарисса лично им помогала, лучась счастьем от того, что скоро все ее мучения закончатся и она вернется к своей прежней роли беззаботной родственницы короля.
И только Авроре был непонятен и неприятен всеобщий восторг. Она чувствовала обреченность и бессилие. Все крутится вокруг нее, но повлиять на это, заставить крутиться в другую сторону, она не может. Стоя перед зеркалом красивой неподвижной куклой, которую причесывали, красили и наряжали, она именно так себя и ощущала — игрушкой в руках окружающих.
Она мысленно уговаривала себя смириться, надеть это ненавистное золотое платье и выйти к народу, к алтарю и к будущему мужу. Обстоятельства сильнее нее, ничего уже не изменить. Да и раньше ни на что повлиять было нельзя. Сколько бы она не тешила себя иллюзиями, пока находилась в Сомне, сколько бы не благодарила Царя Грез за исполнение желания, но даже он не смог оградить ее от того, что должно вот-вот произойти. Напротив, сам толкнул на это, вселив решимость, убедив отринуть глупые страхи и сомнения.
Что ж, как он и хотел, Аврора увиделась с женихом. И это ничего не изменило, лишь усилило ее страх, дало ему новое обоснование.
Иллар — дух. Или некая сущность, очень похожая на духа. Как такого человека можно ставить во главе государства?! Того, кто живет лишь гневом и ненавистью. И пусть сейчас он не строит никаких планов на геноцид, завоевания или введение диктатуры, что бывало с правителями-духами в прежние времена, это еще не значит, что такого не случится в будущем. Он скрытен, жесток и холоден. Кто знает, что таится в его темном сердце?
Аврора не хотела иметь к нему никакого отношения и теперь едва сдерживалась, чтобы не броситься отсюда прочь.
— Успокойтесь, госпожа, — сказала одна из служанок, что застегивала на ее руке золотой браслет. — Вас так трясет, будто на казнь собираетесь.
— Да, не переживайте, госпожа, — произнесла другая, что помогала заплетать волосы. — Любая бы на вашем месте волновалась, ведь это так естественно! Вы станете верной спутницей нашего досточтимого короля Иллара. Это такая честь! Говорят, сама Богиня благоволит ему…
 
Все новые и новые слова утешения, советов, поддержки прилетали со всех концов комнаты. И каждое из них было ей как гвоздь в крышку гроба. Сердце затопило невыносимое отчаяние...