Я - босс (СИ)

И протянул мне медицинское заключение, в котором чёрным по белому было написано о его бесплодии. Я подумала, что на меня вылили ведро холодной воды. Идиотка! Таким диким способом собиралась порадовать мужа, а получилось чёрт знает что.
Пару минут сидела и хватала ртом воздух.
— Коля, я ни с кем не спала… — я, наконец, ожила и судорожно попыталась спасти своё доброе имя. — Дело в том, что у меня тоже не может быть детей. То есть я не способна зачать естественным образом, поэтому пришлось прибегнуть к ЭКО. Слышал о таком? Очень прогрессивный метод. Это оплодотворение в пробирке от спермы анонимного донора с последующим подсаживанием эмбриона…
  
Глава 22
 
— Будь добра, избавь меня от этих медицинских подробностей… — поморщился он.
— Вот тогда решила тебя не беспокоить и справиться с этой проблемой самостоятельно… — продолжала оправдываться я.
— И родить мне чужого ребёнка? — Колян иронично изогнул бровь.
— Но ты же и сам бесплоден! — вскричала я. — Для нас это единственный шанс!
— Не хочу воспитывать чужого ребёнка, — отрезал Колян. — И, вообще, давно люблю другую женщину.
— Кого? — шёпотом спросила я.
— Элю…
— Кого??? — тут уж я закричала.
— Твою подругу Эльвиру! — громко повторил он, словно я была слабослышащей. — Я люблю её, а она любит меня… И это правда, от которой не уйдёшь.
Опа! От этой «новой новости» я буквально впала в ступор. Стала вспоминать все нестыковки, которые мой мозг фиксировал уже долгое время, и поняла, что, наконец, пазл сложился. Всему сразу же нашлось объяснение — и странному поведению Эльки, которая, словно чувствуя себя виноватой, избегала меня, и внезапной активности моего благоверного в спальне, сменявшейся периодами полного равнодушия, и тому, что в моё отсутствие он явно не ночевал дома, и многому другому… А я-то, дура, не замечала очевидного! И всё о бизнесе беспокоилась! Называется, пригрела змею на груди.
— Слушай, скажи мне, пожалуйста, одну вещь, — глухо проговорила я. — Зачем ты на мне женился? Ведь никогда не любил…
К чему спросила? Не знаю. Теперь это не имело значения.
— Увидел умную симпатичную девушку… — усмехнулся мой благоверный. — Подумал — ведь давно пора жениться. Родители всю плешь проели — женись да женись. Перед деловыми партнёрами неудобно — все с жёнами, детьми и даже внуками, а я вроде как неблагонадёжный. Подумал — такой, как ты, должна быть моя жена, с ней будет не стыдно показаться в обществе…
Вот, оказывается, как! Не стыдно показаться в обществе. И это главный аргумент, сподвигнувший Коляна сделать мне предложение!
— А Эля? — тихо спросила я.
Ну, прямо, мазохистка. Готова до конца расковырять эту рану.
— Элю я полюбил с первого взгляда, уж прости… — признался Колян и взгляд его потеплел. — Как увидел, так сразу понял — это моя женщина. Давно живу на свете, а такое со мной впервые.
— Ясно… — растерянно произнесла я. — И что же теперь?
— Теперь, я думаю, нет смысла притворяться, — заявил Колян. Он всегда принимал решения быстро. — Мы разведёмся, тебе отойдёт этот дом, две машины и, конечно, «Релакс». Кроме того, я ещё в начале нашей совместной жизни положил внушительную сумму на твой счёт. Добавлю ещё столько же. Так что ты останешься обеспеченной женщиной. Ну и всегда можешь рассчитывать на мою поддержку. Устроит тебя такой вариант?
А разве он мог меня не устроить? При сложившихся-то обстоятельствах! Колян с Элькой, конечно, сволочи, но и я хороша — собиралась подсунуть благоверному чужого ребёнка, предварительно не спросив его согласия.
— А с ребёнком как? — глупо спросила я.
И сразу отругала себя за то, что дура вдвойне. Какое ему дело до моего ребёнка? Он же не станет давать ему своё имя.
— Это уж ты решай сама, Алина, — поморщился Колян. — Поступай, как знаешь.
Вот так простенько и со вкусом мы разрулили нашу жизнь. С Элькой встретились в офисе. Я пришла с твёрдым намерением её уволить. Хотя, надо сказать, это сильно осложнило бы моё существование. Хочешь не хочешь, а пришлось бы искать нового помощника. Мне одной, да ещё с перспективой рождения ребёнка, было бы совсем тяжко. Но и Эльку оставлять на должности казалось немыслимым. Просто не могла её видеть — и всё тут.
 
— Алиночка, привет, — по обыкновению, услужливо подскочила она.
И, как всегда, смотрела куда-то в сторону.
— Что, подруга, стыдно тебе? — ехидно начала я. — Глаза-то всё время от меня прячешь?
Её как будто хлестнули плетью. Она покраснела до корней волос и закусила губу.
— Ты о чём, Алиночка? — залепетала Элька, делая вид, что не понимает.
— Да всё о том же… Как ты тихой сапой увела у меня мужа, а я ни сном ни духом…
Она окончательно остолбенела. Слова будто застряли у неё в горле. И вид был весьма жалкий, как у кошки, выбравшейся из воды.
— Ну, что скажешь, подруга? — иронично осведомилась я. — Как же ты дошла до жизни такой?
— Это исключительно по большой взаимной любви, Алечка… — наконец, прошептала она.
— А другой «большой взаимной любви» ты, конечно, найти не смогла? — зло спросила я. — Надо было обязательно взять то, что плохо лежит?
— Так получилось… — она, по обыкновению, сложила ладошки на груди. — Прости меня… то есть нас…
— Простить ВАС? — разразилась я гомерическим смехом. — Ты уже говоришь за вас обоих? Говори лучше за себя. Хочу посмотреть в твои бесстыжие глаза! Я считала тебя своей лучшей подругой, перетащила в Москву, дала всё, что только могла… Думала, устрою судьбу несчастной зашуганной Элечки! Ну вот и устроила. Можно сказать, с блеском!
Во время этой моей тирады Элька уже стала шмыгать носом и продолжала держать свои дурацкие ладошки у роскошной груди. Раньше меня эта её привычка умиляла, а сейчас просто взбесила.
— Ты, что ли, сиськами выдающимися его соблазнила? — вскричала я. — Как всё, оказывается, до безобразия элементарно! Главное, сиськи иметь побольше, да чтобы джинсы на заднице трещали — вот мужик и поплыл! А ум при этом не обязателен!
Ну, это уж я переборщила. Ум у Эльки имелся. Во всяком случае, дурой она точно не была. Но в эту минуту я могла бы обвинить её во всех смертных грехах.
— Собирай свои манатки и выметайся, чтобы духу твоего здесь не было! — категорично заявила я.
— Как же так, Алечка? — растерянно залепетала Элька.
— А вот так! — рубанула рукой воздух я. — Знать тебя больше не желаю!
— А как же работа?
До этого Элька была красной от смущения, а теперь побледнела.
— Ищи себе другую! — я демонстративно отвернулась к окну. — Может, теперь она тебе, вообще, не понадобится. Думаю, Колян спит и видит иметь рядом с собой домашнюю курицу вроде тебя. Расчёт получишь в бухгалтерии.
Ей ничего не оставалось, как убраться восвояси. Позже она звонила мне и пыталась навести мосты.
— Ты зачем мне звонишь? — вскричала я. — Хочешь совесть свою облегчить? Чтобы я вас с Коляном благословила, облобызала и ещё свечку подержала?
— Алечка, прости меня, — твердила она со слезами в голосе, — так ужасно всё получилось… Но что же делать?
Элька всегда отличалась некоторой инфантильностью. Вот и сейчас, видимо, надеялась на то, что я отпущу ей грехи, пожелаю счастья, и она с лёгким сердцем упорхнёт в новую жизнь.
— Что тебе делать? — вновь вскричала я. — Всё, что могла, ты, подлая тихушница, уже сделала! А теперь отвали! Знать не хочу ни тебя, ни бывшего благоверного!
— Алечка, не говори так, — зарыдала она. — Думаешь, я не понимаю, сколько ты для меня сделала? Думаешь, не ценю?
— Думаю, что не ценишь, — безапелляционно заявила я. — И, вообще, никак не ожидала, что ты окажешься такой предательницей! Столько времени вы кувыркались в постели за моей спиной, а ты как ни в чём не бывало смотрела мне в глаза и каждый день делала из меня дуру!
— Аля… — продолжала рыдать бывшая подруга.
В минуты сильного душевного волнения она называла меня не Алина, а Аля, Алечка, как когда-то меня звали в универе. И это больно резануло по сердцу.