Наваждение Беса (СИ)
Я не успеваю ответить – врач выходит из кабинета, чтобы позвать меня.
– К сожалению, подтвердились самые худшие мои опасения. У вас третий тип лимфомы.
– Что это значит?
– Рецидивы будут постоянными, Бесо Георгиевич. Не поможет ничего. Вернее, поможет, но на время…
– Я могу подтвердить диагноз в Германии или…
– Конечно! Я дам вам контакты самых лучших клиник.
Глава 38
Настя
Сердце болит за Бесо… Не понимаю, что с ним случилось? Он изменился в одночасье. Да, он продолжает шутить и беспощадно брать меня по ночам, но… Я давно научилась чувствовать его настроение. Видеть плохо скрываемую боль в глазах. Его что-то волнует. Совершенно точно, это не я. Возможно, проблемы на работе или угрозы недоброжелателей? Разборки, связанные с общаком, украденным моим папашей? Самое обидное, что он молчит… Отмахивается от моих расспросов, замыкается в себе и ходит по дому, как привидение.
– Настена, мне надо улететь на несколько дней. Не скучай, ладно?
– Почему мы не можем полететь вместе?
– Это может быть опасным. Не задавай глупых вопросов, ладно?
– Ты мой муж…
– Наш брак вынужденный, ты забыла? И я, кажется, был готов тебя отпустить, если…
– Бесо, я не понимаю тебя, – отвечаю охрипшим голосом.
Что-то изменилось. Прямо в день нашего возвращения из отпуска. И это не связано со здоровьем – Бесо обязательно бы мне сказал. К слову, назначенное врачом лечение принесло результаты – кровотечения из носа прекратились, Бесо посвежел, стал лучше спать и есть. Значит, его странное поведение имеет другую причину?
Я молча соглашаюсь с его решением лететь одному. Погружаюсь с головой в учебу, звоню Нине Васильевне, дружу с Крис. Не отвечаю на бесконечные сообщения Машки…
Так проходит неделя… За ней тянется вторая. Кроме невыносимой тоски по мужу меня мучает еще одно обстоятельство – отсутствие месячных.
Втайне от близких, я покупаю два теста на беременность. Оба показывают две полоски. В тот же день ко мне прибегает Кристина с ошеломительной новостью:
– Настюха, Бесо скоро прилетает, а пока… В общем, он купил твоей маме дом. Ее же завтра выписывают? Я выбрала на свой вкус – дом небольшой, но новый, с хорошим ремонтом и мебелью. Держи документы. Собственник – Мария Афанасьева. Мама может завтра туда и переезжать. Сегодня жилище моют и чистят, вешают занавески. Прости, их тоже я купила на свое усмотрение, если не понравятся, сорвете.
– Спасибо тебе огромное. А почему он сам мне не сообщил?
– Работает. Ты же знаешь этих мужчин? Завтра прилетит, и пощебечете.
Влад помогает мне встретить мамулю из больницы и перевезти ее вещи в новенький дом неподалеку от особняка Бесо. Он и правда хорош – одноэтажный, уютный, с хорошей планировкой. Мамуля восхищенно рассматривает комнаты, рассказывая, куда поставит горшки с цветами и пианино. Потом спохватывается, вспоминая, что оно сгорело…
– Попрошу Бесо подарить его тебе на Новый год, – целую ее в щеку я. – Как ты себя чувствуешь?
– Отлично. Приезжайте с Бесо на новоселье. Готовить не буду, но чаем напою.
– Хорошо, мамуль.
Утром я получаю короткое сухое сообщение от мужа. В нем он просит меня прогулять занятия в университете и назначает встречу в кабинете.
«Буду ждать тебя в десять».
Ни люблю, ни скучаю… Ничего. Он ни разу не написал мне доброго слова. Сглатываю подступающую тошноту и привожу себя в порядок. Я бледная как смерть. С впалыми щеками, темными кругами под глазами… Может, я заразилась от Бесо унынием? Совсем недавно и он ходил такой же…
Стрелка часов стремительно убегает, приближая время встречи. В десять часов Бесо входит в дом. Сухо здоровается с домашним персоналом и проходит мимо меня в кабинет. Я будто врастаю в пол. Ноги наливаются тяжестью, а сердце, напротив, беспокойно ускоряет ритм и растекается в груди, как желе.
– Бесо, а ты не хочешь пожелать мне доброго утра? – нервно протягиваю я. Почти бегу за ним следом и хватаю за полы пиджака.
– Входи в кабинет, Настя, – не глядя в глаза, произносит муж.
В кабинете мы не одни. На стуле сидит высокий лысоватый мужчина. При виде меня он поднимается с места, здоровается и пожимает Бесо руку.
– Это Арсений Иванович, мой юрист. Настя, подпиши документы на развод.
– Что? Бесо, что произошло?
Заламываю руки, не узнавая своего мужа. Он ли это? Тот, кто шептал мне о любви? Кто завоевывал меня, торопил со свадьбой? Смотрел, как на подтаявшее мороженое, дарил неземные ласки? Передо мной холодный чужой человек, не мой любящий муж…
– Бесо, давай поговорим, что случилось? Я в чем-то провинилась перед тобой?
Голос надламывается. Садится до хриплого шепота. Горло саднит, а глаза щиплет от подступающих слез. За что? Почему сейчас, когда я его… полюбила. Да, полюбила… Я свыклась с мыслью, что Бесо будет со мной всегда, а теперь, когда он предлагает развод, жизнь катится к черту… Теряет смысл, рассыпаясь на мелкие песчинки… Ничего от нее не остается. Разрушенная я…
– За что? – отвечаю хрипло.
– Я ошибся. Понял, что не отношусь к тебе так, как думал сначала. Ты обычная девка, Настя. Я наигрался. И ты мне наскучила. Так что… Дом я купил, завтра Влад привезет тебе отступные, миллион долларов. Если понадобится больше, я дам. И помогу с работой. Не вздумай возвращаться в этот гадюшник. Наверняка твоя бывшая подруга Маша позлорадствует, увидев там тебя.
– Тебя только это волнует?
У меня начинается истерика. Меня бесит этот холеный спокойный мужчина. Чертов лицемер, строивший из себя черт те кого! Надоела, значит? Наскучила?
Подхожу к Бесо почти вплотную, глубоко вдыхая его запах. Как я его люблю… Люблю карие глаза в опушке густых ресниц, выступающие скулы, полные губы. Сильные, широкие плечи люблю… Руки с аккуратными длинными пальцами. Густые, слегка волнистые волосы… Вот, значит, как это – любить? Прорастать в человека всем существом, становится с ним единым целым? И помнить, что отрывать себя будет нестерпимо больно. Я невольно взмахиваю ладонью и касаюсь груди. Внутри пепел… И он продолжает тлеть, причиняя нестерпимую боль…
Бесо не смотрит мне в глаза. Отшатывается, как от прокаженной. Мне бы отступить, смирится, но ноги отказываются слушаться. Я почти валюсь на его грудь, с трудом сохраняя равновесие. Мои напряженные пальцы хаотично бегают по груди Бесо. Тянут края сорочки, отчего пуговицы рассыпаются по кабинету, как горошины.
– Почему?! За что? Черт бы тебя побрал! Зачем ты женился на мне, мерзавец? Зачем… Зачем…
– Настя… – севшим голосом приносит он. – Просто подпиши чертовы бумаги.
– А хрен тебе, а не бумаги! Засунь их в свою холёную циничную задницу. Разводись сам со мной, если тебе так хочется. Я против развода.
– Собери вещи. Ты сию минуту уезжаешь отсюда.
– Мог бы не уточнять, – отступаю я.
Глава 39
Настя
– Настенька, что это за командировка такая? Целый месяц! Разве молодому мужу положено столько работать? – сетует мама, сидя за столом и подпирая подбородок ладонями.
Хватаю с плиты сковороду и ставлю ее в раковину. Струя воды мгновенно закипает, столкнувшись с огненной поверхностью. Сглатываю слезы… И язык прикусываю, чтобы не заорать в голос.
– Что ты дуреха делаешь? Она же горячая еще. Потом бы помыли все.
– Ничего, мамуль. Я так за домашней работой соскучилась, ты не представляешь. У нас же все прислуга делает – готовит, убирает, подает кофе…
– И правильно. Пускай так и будет. А ты жена… Жена Бесо Гомартели, подумать только, доченька! Знала бы Викуся, что так случится… Эх…
– Мамуль, проехали. Не начинай, ладно?
– Он любит тебя, дочка. У Бесо даже дыхание в груди сбивается, когда он смотрит на тебя.
Господи, если мамуля не прекратит, я свихнусь… Не могу сдерживаться, играть в счастливую жену, прятать пустоту, пожирающую меня, как плесень… Я не ценила его чувства. Пренебрегала ими, проявляла снисхождение, чувствуя себя принцессой возле него… Или нет – правильнее будет сказать королевой. Он вознес меня на пьедестал и сам же прогнал с него. Наказал за равнодушие и глупость. Поверхностность, безответственность… Я ни черта не оберегала того, что имела. Все воспринимала, как должное.