Дело об исчезновении графа де Бриенна (СИ)

Обед проходил весело, маркиз Арден вспоминал свои приключения при дворе Сен-Марко. В юности он редко бывал там, поскольку в отсутствие отца управлял обширными владениями семьи, и Марку оставалось только удивляться, сколько всего он запомнил.
— А помнишь, Марк, — слегка захмелев, молодой маркиз положил руку ему на плечо, — как мы отправились в тот притон на севере столицы? Ты отговаривал нас, твердил, что это опасно, а Арман будет в ярости, но всё же мы пошли, и тебе пришлось идти с нами, а затем едва ли не когтями вырывать нас из лап каких-то оборванцев. И после этого Арман орал на нас, но в застенок отправил только тебя. Бедняга! Ведь если б не мы, ты бы не угодил в эту передрягу!
— Пара спокойных ночей в камере всегда освежали мне голову, — усмехнулся Марк. — Я хотя бы мог там спокойно выспаться.
— Вы ходили в притоны? — изумился Теодор.
— Арман категорически запрещал нам это! — пояснил маркиз. — Но нам было интересно, а Марк бывал там часто. Правда, в тот раз он вынужден был отправиться туда, чтоб уберечь наши глотки от кривых ножей тех негодяев. И ему это удалось! Послушай, а как звали того воришку, который стянул кошелёк у Адемара, а потом помог нам отбиться от этих головорезов? Такой кудрявый!
— Арно, — усмехнулся Марк. — Я забрал его оттуда, и он прошёл со мной не одну военную кампанию, а теперь служит капитаном у Танкреда.
— Я ещё тогда понял, что вы с ним заодно!
— Прекрати, Лорентин, — попросил Марк, — не то его сиятельство прожжёт дыру в моём лбу своим мрачным взглядом.
— Он всегда был разбойником, дядюшка, — Арден похлопал Марка по плечу, — при этом умудряясь оставаться благородным человеком и верным другом. Я всегда сожалел до слёз, когда мне приходилось покидать Сен-Марко. Мне кажется, останься я при дворе, моя жизнь была бы интереснее.
— Думаю, что именно от этого тебя и оберегал твой отец, держа подальше от этих повес, — сухо заметил де Лианкур.
Арден вздохнул.
— Я устал с дороги и выпил слишком много, потому давайте отложим дела на завтра. У нас есть ещё целый тёмный день до твоего отъезда, Марк, и завтра ты вполне успеешь ввести меня в курс дела.
— Ты уезжаешь? — маркиз посмотрел на барона.
— Приказ короля, — объяснил тот, стараясь, чтоб в его голосе не звучало слишком уж явное облегчение.
Старик ничего не ответил, но после этого Марк заметил, что он ещё более помрачнел и то и дело бросал на него задумчивый взгляд.
Следующий день Марк провёл в обществе Ардена, Лепажа и Шарбо. Вместе с Теодором они рассказали о проведённом Марком расследовании и представили маркизу все записи и протоколы. Тот внимательно читал их, время от времени задавая возникавшие у него вопросы, и Марк должен был признать, что не один Николя унаследовал острый ум своего отца. Лорентин тоже был прирождённым сыщиком и всё схватывал на лету. Закончив ознакомление с бумагами, он вместе с Марком спустился в темницу, чтоб взглянуть на пойманных разбойников.
— Я хотел отвезти их в Сен-Марко, — сообщил Марк.
— Они только задержат вас в пути, — заметил Арден и, взяв факел, подошёл к клетке, в которой сидел «оруженосец». — К тому же я хочу допросить их сам, и теперь, когда у нас достаточно доказательств, я намерен действовать более жёстко, чтоб добиться ответов на все вопросы. Они ведь даже не назвали свои настоящие имена?
— Нет, я полагаю, что этот, — Марк указал на мнимого Шательро, — происходит из благородной семьи, а такие, как правило, до конца скрывают правду, чтоб не причинить неприятности родне.
— Возможно, — согласился Арден. — Но для полноты картины, а также для суда, мне нужны их настоящие имена, а также имена их сообщников, занимавшихся сбытом краденого, и тех, кто извещал их о богатых путешественниках, чтоб потом я мог продолжить расследование в Рошамбо. Если это действительно стражники ворот, они будут наказаны, как соучастники грабежа и убийств, а не как информаторы. Впрочем, это уже не твои заботы, Марк. Ты и без того сделал за меня всю работу, мне останется лишь составить документы и обвинительный акт, который я направлю в Сен-Марко. Возможно, право судить их будет передано королём маркизу де Лианкуру или мне.
 
— Нас не повезут в Сен-Марко? — возмутился Шательро.
— Много чести! — Арден пренебрежительно взглянул на него. — Ты будешь сидеть в этой клетке до тех пор, пока король не утвердит приговор, который будет вынесен здесь, в Лианкуре, где ты и творил свои злодеяния. Это ведь справедливо — казнить тебя там, где ты убивал и грабил. Так что не надейся, что твоё положение хоть как-то изменится, а если и изменится, то только в худшую сторону. Идём, Марк, мы можем найти здесь общество приятнее этого!
Поздно вечером Марк смог, наконец, уйти к себе, и присесть у растопленного камина, чтоб ещё раз обдумать всё, что случилось с ним за эти дни. Да, он ничего не забыл и рассказал Ардену всё, что тому надлежит знать. Дело сделано, и теперь он сможет доложить королю о выполнении возложенной на него миссии. Правда, его немного беспокоило, что король так срочно отзывает его, да ещё под охраной. Конечно, в Сен-Марко могло случиться что-то, требовавшее его вмешательства, но тогда приказ исходил бы от графа Раймунда, а не от самого Жоана.
Марк сидел, глядя в огонь и прислушиваясь к тому, как бродят по комнатам и тихо переговариваются оруженосцы. Похоже, они, а особенно Эдам, были разочарованы тем, что приехали слишком поздно и не успели к главному веселью. Если это можно было назвать весельем. Теперь Марк вовсе не сожалел, что оставил Эдама в Сен-Марко. Конечно, этот ловкач был бы ему хорошим подспорьем, но с другой стороны, на сей раз приключения оказались слишком опасными, и Марк был совсем не уверен, что не потерял бы этого парня, который слишком любит риск, чтоб быть осторожным.
Дверь в гостиную скрипнула, и шепотки смолкли, а потом за его спиной раздались шаги. Ещё не обернувшись, Марк понял, кто это. Маркиз де Лианкур подошёл к камину, и он встал, почтительно склонив голову. Шарль тем временем поставил к камину ещё одно кресло, и старик сел, так же задумчиво глядя в огонь. Было ясно, что он хочет поговорить наедине, и потому Марк, достав кошелёк, отсыпал оруженосцам несколько монет.
— Можете идти развлекаться, — разрешил он. — Но никаких интрижек, драк и дуэлей. В полночь вы оба должны быть здесь, а утром хорошо держаться в седле.
— Мы только выпьем по чарке и вернёмся, — искренне взглянув ему в глаза, пообещал Эдам.
— Тогда этим и ограничьтесь, — кивнул Марк. — Никаких свиданий с уличными девицами и азартных игр.
— Ну, хоть девиц позвольте… — проныл Шарль, но Эдам дал ему затрещину и поклонился хозяину.
— Мы всё поняли, ваша светлость.
— Ступайте, — кивнул Марк и, когда дверь за ними закрылась, сел в кресло напротив маркиза.
Тот задумчиво взглянул на него:
— Ты принёс удачу в этот дом, мой мальчик, — заметил он. — Вернее, удача посетила нас благодаря тебе. Мой ненавистник граф де Невер, который столько лет заставлял меня защищать свои границы, словно их осаждает враг, вот-вот получит по заслугам. Его место займёт друг нашей семьи, с которым мы сможем жить в мире и согласии. Разбойник де Дре тоже вряд ли уйдёт от наказания, и, как знать, может, последний клочок его земли скоро примкнёт к Рошамбо или к Лорму. И всё это благодаря тебе.
— Я всего лишь выполнял волю короля и заботился о его интересах, — ответил Марк.
— Ты предан Сен-Марко и королю. Я помню, как верно ты служил Арману. Твоя любовь к нему была безусловной, и ты беспрекословно выполнял любой его приказ, любой каприз или мимолётно высказанное желание. Ты был его тенью. А как ты относишься к Жоану? Любишь ли ты его так же сильно?
— Люблю, но другой любовью, — покачал головой Марк. — Армана я любил, как отца, а Жоан — мой маленький герцог, которого я пестовал едва не с пелёнок. Но оба они мои короли, и я принадлежу им душой и телом.