Узы одержимости (СИ)

— Раз не берете деньги, я найду другой способ оплаты за аренду дома, — шутливо пригрозила ей пальцем, на что женщина лишь закатила глаза.
— Иди уже на работу и не порти нам нервы, — улыбнулась она и поцеловала мою дочку в щечку.
— Ладно, бегу, — капитулировала я и тоже поцеловала Посю в щечку, слегка приобняв. Много нежностей она не любила, поэтому всю свою любовь приходилось выдавать ей маленькими порциями, пока она не начинала нервничать и хмурить маленькие бровки над серыми глазками. — Ключ вы знаете где. Всё, я ушла.
К счастью, работа находилась всего в пятистах метрах от дома, что несколько успокаивало моё внутренне напряжение тем, что я в любой момент могла отлучиться домой и проверить всё ли хорошо с дочкой.
— Здравствуйте, Дарья Михайловна! — крикнул мне один из учеников, когда я переступила порог средней общеобразовательной школы, в которой являлась учительницей начальных классов.
Дарья Михайловна — имя, которое я вот уже два года повторяла себя как мантру, чтобы не забыть. Ведь, от ранее существовавшей Цветковой Дарьи Андреевны осталось только имя и больше ничего. Словно и не было той девушки с горящими глазами и верой в лучшее будущее.
Теперь существует только Громова Дарья Михайловна, но даже это имя мне было дано не мной.
«2 года назад»
В пять утра обслуживающий персонал придорожного круглосуточного кафе брезгливо смотрел в мою сторону, пока я взглядом искала, где у них находится туалет.
Ещё бы они не обратили внимание на девушку в подранных мужских вещах и мокрых домашних тапочках не по размеру, что я чудом не потеряла, пока бежала по этому чертову лесу. Всем своим видом я, должно быть, напоминала пугало или же психически больную, что сбежала из психбольницы, прихватив с собой небольшую спортивную сумку.
Одна из официанток почти любезно указала мне на дверь, ведущую в женский туалет.
Войдя в уборную, взглянула на себя в зеркало и ужаснулась увиденному: огромные карие глаза были полны слёз и страха; лицо было поцарапано ветками в нескольких местах и из образовавшихся ран сочилась кровь; футболка Артура была порвана и обнажала участки тела, которые тоже были поцарапаны. Единственной целой вещью осталась его кожаная куртка, что грела меня этой ночью под проливным дождем.
Бурлящий в крови адреналин, от чувства страха перед возможным преследованием, позволял мне не чувствовать боли. По большому счёту, я не чувствовала ничего, кроме ужаса и усталости. Я всю ночь брела по лесу, боясь выйти на дорогу, где меня, могли поджидать люди Коновалова, если тот, конечно, вообще остался жив.
Если в том особняке хоть кто-то остался жив…
Мне казалось, что я до сих пор слышала непрекращающуюся стрельбу, которую сменяли раскаты грома. Я бежала, боясь оглянуться хотя бы на секунду. Я бежала до тех пор, пока меня не перестали слушаться ноги, а дыхание не переросло в хрип.
Затем наступила оглушительная тишина, которую через некоторое время разрезал рёв сирен скорой помощи.
Я хотела вернуться… Очень хотела вернуться к НЕМУ, чтобы просто убедиться в том, что ОН жив. Ранен, но жив…
Но мне дали шанс уйти и, возможно, второго такого шанса не предоставят, поэтому единственным существующим для меня выходом — оставалось бежать как можно дальше и быстрее.
Снова взглянула на себя в зеркало. Собрала волосы в небрежный пучок на макушке, умыла лицо от следов крови и грязи, стараясь не шипеть от возникающей боли при каждом прикосновении к ранам. Скинула куртку, сняла футболку и снова её надела, но уже спинкой вперед, так как та было целой и чистой. Надела обратно куртку и взглянула на маленькую спортивную сумку, что несла с собой по этому чертову лесу так, словно она представляла какую-то ценность.
Первым импульсивным желанием было — оставить её здесь и плевать, что с ней дальше будет, но затем я вспомнила о том, что в ней помимо денег ещё находились и мои документы, без которых я, в общем-то, никто.
Схватила сумку и подальше от возможных любопытных глаз зашла с ней в кабинку туалета и закрылась. Опустив крышку унитаза, села на неё сверху и положила сумку на колени. Нерешительно расстегнула её и удивилась тому количеству пачек с пятитысячными купюрами, что лежали в ней. Этих денег, должно быть, хватило бы на то, чтобы выкупить всё это кафе вместе с персоналом.
Отодвинув пачки в стороны, достала документы, среди которых был мой паспорт и диплом об уже законченном высшем образовании, хотя мне оставалось учиться ещё полтора года.
Деньги и связи могут без труда решить и этот вопрос.
Моё внимание привлек небольшой черный пакет, что лежал на дне сумки. Взяв его, разорвала ногтями толстый полиэтилен и обнаружила в нем также паспорт и диплом, но на другое имя, хотя, фотография в паспорте была моя. Пошарив рукой в этом же пакете, обнаружила листок бумаги, сложенный в несколько раз. Невольно на глаза навернулись слёзы, когда я увидела неровный почерк и поняла от кого эта записка и с какой целью она была мне адресована.
«Даша,
не знаю, доберешься ли ты до этого пакета или его раньше обнаружит Арчи, но я хочу, чтобы у тебя был выбор.
Ты можешь и дальше жить под своим именем, но хочу тебя предупредить, что даже несмотря на то, что Арчи сам тебя отпустил, он, всё равно, не оставит тебя в покое.
Сама того не ведая, ты заставила его быть зависимым. Зависимым от тебя, от тех чувств и изменений, что ты зародила в нём, возможно, даже и, не зная об этом.
Да что уж там… Даже охрана не хочет тебя отпускать, поняв, что с твоим присутствием их хозяин стал немного человечнее.
Но отпустить тебя нужно, потому что ты заслуживаешь жить в чистом мире, в котором не существует грязи, связанной с погоней за большими деньгами и властью.
Поэтому, я хочу тебя не просто отпустить, но и предоставить выбор: остаться при своём имени и ждать, что в твою дверь однажды постучится Арчи или же стать новым человеком и строить свою жизнь заново, но, уже не боясь того, что однажды в твою дверь постучатся призраки из прошлого.
Я создал тебе новую личность, оставив только твоё настоящее имя. У меня просто не поднялась рука, чтобы отобрать ещё и его. Знакомство с нами и так слишком многого тебя лишило, за что я приношу свои извинения и надеюсь, что ты нас не простишь.
Мы не заслуживаем твоего прощения…
Береги себя и сделай правильный выбор!
Ильич»
В тот же день на смену Цветковой Дарье Андреевне пришла Громова Дарья Михайловна — девушка без прошлого.
  
Глава 4
 
— Даша, ты с ума сошла?! — крикнула Альбина Борисовна, заходя в ограду моего дома, где мы с Посей убирали прошлогоднюю листву.
— Почему вы так решили? — спросила я, едва скрывая улыбку.
— Ты зачем мне теплицу купила? — возмущалась женщина, хотя у самой светились от счастья глаза.
— Я же предупреждала вас о том, что найду способ заплатить за аренду дома, раз вы не берете с меня денег? Вот я и нашла, — улыбнулась ей, сделав у лба ладонь козырьком, щурясь от яркого весеннего солнца.
— Как я могу брать с тебя оплату? — не унималась женщина. — Вы же мне с Полиночкой как родные стали. Кто с родных требует деньги?
— Так вы и не требуете. Я сама даю, — отставила грабли в сторону и подошла к ней, чтобы приобнять за плечи. — К тому же, сейчас почти конец мая. В самом разгаре огородный сезон, вы, помниться мне, давно грезите о большой теплице. Так что возражения не принимаются, Альбина Борисовна.
— Вот ты… — женщина на секунду задумалась, словно пыталась подобрать нужное слово. — Упёртая!
— Я так понимаю, вы принимаете мой скромный презент? — улыбнулась ей уголками губ.
— Этот, так уж и быть, приму, — приосанилась она и нарочито строго посмотрела мне в глаза, угрожающе тряся пальцем в воздухе. — Но, если ещё раз так сделаешь, то я выселю тебя и твою Пуговку.