Узы одержимости (СИ)

— Пока я не разберусь со всей этой хренью, ты будешь жить у меня, — отрезал Артур и сделал решительный шаг ко мне.
— Хрена с два! — парировала я и снова толкнула его в грудь, когда он оказался слишком близко. — Чтобы нас быстрее нашли и кучкой расстреляли из одного пистолета?
— Успокойся, твою мать! — прошипел Артур и подхватил меня на руки, крепко к себе прижав. Положил руку мне на затылок таким образом, чтобы наши лбы соприкасались. — Однажды, я закрыл тебя от пуль и сделаю это снова, если понадобиться. Ты и дочка будут в безопасности. Только доверься мне, прошу, — его голос перешёл на шепот.
Ладонями ощутила, как бешено бьётся в груди его сердце, в такт моему. Его горячее дыхание на моих губах и этот запах моего личного дьявольского сумасшествия, смешанного с адреналином и адским притяжением между нами.
— Почему в машине автолюлька? — спокойно задала терзающий меня вопрос. — Ты готовился к этому?
— Я готовился к твоему положительному решению, касаемо переезда ко мне, но подгонять тебя огнём в мои планы не входило, — в тон мне произнёс Артур. — Ты и дочь будете жить в моём доме, пока я не разберусь со всем этим дерьмом. Доверься мне первый и последний раз.
— Последний, — шепчу ему в губы и отстраняюсь, чтобы вновь почувствовать босыми стопам холодную землю.

  
Глава 19
 
В особняк мы приехали к девяти утра. Полина уже около часа с любопытством смотрела в окно и о чем-то рассуждала на своем, только ей понятном, языке.
Стоит отдать должное охране Артура — ребята действительно хорошо подготовились к нашему возможному переезду. Помимо автолюльки в машине имелись подгузники, детское пюре и сок в маленьких коробочках и даже несколько игрушек. И только благодаря этому набору Пося и восприняла первое в своей жизни путешествие столь спокойно.
Сразу после нашей встречи на трассе, Артур поехал в село, чтобы лично выяснить причину пожара и при случае сразу напасть на след поджигателей, которые могли работать по заказу. Либо же поджог являлся баловством местных школьников, так как Дэн сказал, что один подросток довольно-таки настойчиво пытался проколоть колеса и поцарапать их внедорожник. И именно на этого подростка они и отвлеклись, решив, что погонять его по селу и немного попугать, будет не лишним и послужит для него хорошим уроком, а для них небольшой разминкой.
При въезде на территорию особняка почувствовала дрожь в руках и коленях: не думала, что возвращение в эту серую обитель с обшарпанным фасадом станет для меня столь волнительным.
Ничего не изменилось: подъездный круг, фонтан, который многие годы не использовался по назначению, а, судя по его наполнению, служил пепельницей и урной для старой листвы. Серый фасад, с потрескавшейся на нем краской, стал ещё более зловещим, демонстрируя следы от пуль, служащие свидетельством того, что дом подвергался нападению, но выстоял и не страшится своих шрамов.
Подъехав к крыльцу, внедорожник остановился и заглушил двигатель.
— Всем оставаться на своих местах, — скомандовал Дэн, убирая телефон в карман джинс. — Сейчас выйдет Ильич.
Из парадного входа вышел Михаил Ильич, как всегда в костюме и с едва заметной снисходительной улыбкой на лице. В правой руке мужчина нёс… домашние тапочки, что невольно вызвало улыбку и на моём лице.
Открыв пассажирскую дверь с моей стороны, Михаил Ильич поставил домашние тапочки к моим ногам.
— Мне тут позвонили… — начал мужчина и коротко усмехнулся.
— Я так и поняла, — ответила ему и надела мягкие домашние тапочки на свои босые ноги.
— А насчет меня никто не звонил? — подал голос Дэн, наигранно загрустив. — Я бы тоже не отказался от тапочек и кофеёчка, если можно.
— Я бы тоже от кофеёчка не отказался, — отозвался водитель, который за всю поездку проронил лишь несколько слов, и то шепотом.
— Ох, ты блять! — подпрыгнул на месте Дэн. — Говорящий! А чё молчал-то всю дорогу?
— Не знал можно ли говорить при них, вот и молчал, — пожал плечами парень, имя которого я так и не узнала.
Новые люди в охране Артура, явно были подобраны тщательно и этот факт, как ни странно, успокаивал.
— Молодец, — похвалили его Дэн, ткнув кулаком в плечо. — Сечёшь фишечку. С этими красотками могу говорить только я…
— Слышишь, болтун, — перебил его пламенную речь Михаил Ильич. — Захлопни уже свой генератор слов, иди завтракай и отсыпайся. Вечером смена в клубе.
— Ни секунды покоя. Ничего без меня не могут, — театрально вздохнул Дэн, а мы с Полиной, тем временем, покинули салон внедорожника и направились к парадному входу в особняк.
Долго на руках Пося не усидела и как только мы вошли в дом, её маленькие ножки в розовых носочках пошлёпали по светлому каменному полу вестибюля.
Внутри дома тоже всё осталось прежним, изменились лишь некоторые детали декора и цвет стен стал немного темнее, чем я его помнила. Всё так же, как и раньше отражало холодность и закрытость хозяина этого дома, а также полное отсутствие интереса к интерьеру. Холостяцкая берлога, которая хоть и была чистой и ухоженной, отражала одиночество её обитателей.
Со стороны кухни раздался знакомый мне голос:
— Ну, где она ходит? У меня сейчас всё остынет, — раздражался Жорик, громко топая по узкому коридору, ведущему в кухню.
Как только мы оказались в поле его зрения, из рук мужчины выпала ложка и со звоном ударилась о каменный пол. Но Жорик даже не попытался её поднять, продолжая смотреть, то на меня, то на Полину, которую, как раз-таки, привлек звон. Поэтому подбежав к повару, доченька поспешила поднять столовый прибор и вернуть его мужчине, который смотрел на Посю с приоткрытым ртом.
— Нихрена себе! — глубокомысленно изрёк Жорик. — Это то, о чем я думаю? Да?
— Смотря, о чем ты думаешь? — пожала я плечами и широко улыбнулась мужчине, который за эти два года успел обзавестись новыми цветными татуировками на шее и руках.
— Это же дочь самого Дьявола! — от переполняющих его эмоций, Жорик был готов прыгать на месте. — Она даже смотрит на меня, так же как и он. Будто сожрёт сейчас.
— Просто ты такой аппетитный, поварёныш, — раздался за спиной насмешливый голос Дэна.
— Я надеялся, что тебя в той деревне куры унесут и больше не вернут, — закатил глаза Жорик и подхватил Полину на руки. — А папка-то твой ювелир, оказывается, — усмехнулся мужчина, с любопытством разглядывая Посю, которая робко пальчиком касалась его татуировок на шее. Раньше ей столь разрисованных дядек трогать не приходилось.
— Жрать-то будем, нет? А, поварёшка? — раздраженно спросил Дэн и получил в ответ злобный взгляд.
— Сказал бы я тебе пару ласковых, утырок, Да вот при ребенке неудобно, — парировал Жорик. — Всё на кухне, ещё горячее.
— Хозяюшка, — одобрительно вздохнул Дэн и прошёл мимо повара в направлении кухни.
По-прежнему с Полиной в руках, вслед за ним пошёл и Жорик, а за ним я и молчаливый водитель.
Завтрак прошёл в относительно спокойной атмосфере, если не брать во внимание взаимные подколы мужчин.
— Я так рад, что ты вернулась и не одна, — широко улыбался мне Жорик с симпатией глядя на Полину, что уплетала сладкий пирог. — Теперь дом станет похож на дом, а не на собачью будку во главе с Цербером без цепи.
— Я так ему и передам, — вклинился Дэн, отпивая чай и поглаживая себя по живота. — Так и скажу Арчи, что Властелин ложки и картошки называет его адской псиной.
— Только попробуй, — пригрозил ему повар. — Я тебя кормить перестану.
— Больно надо, — иронично произнёс Дэн. — Я и в рестике поесть могу.
— Может он, ага, — усмехнулся Жорик и обратился ко мне. — Он себе такой зад тут отъел, что его ему подстрелили в ту ночь, когда ты пропала.
— Издержки работы, — пожал плечами Дэн и ехидно добавил. — Я знал, что ты всё это время волновался о моей секси-попке. Можешь поцеловать вавку, если хочешь.
— Пошёл ты! Индюк, — отмахнулся от него мужчина и прошёл к плите, где закипало кофе для меня.