Камень, жнец и мандрагора (СИ)

  
Камень, жнец и мандрагора
   
Глава 1
 
Я попала.
Как, спросите вы?
Легко. И просто, подобно всему гениальному.
Шла себе как-то вечерком… поздним вечерком. Или, вернее сказать, ночью? Но законодательством славного нашего королевства не запрещено гулять в любое время суток, хоть с утра пораньше, хоть с вечера попозже.
Итак, иду, никого не трогаю, цветочки собираю… да-да, цветы собирать тоже не возбраняется.
Даже по ночам.
Или корневища выкапывать. Мало ли для чего подземная часть растения пригодиться может? То есть лично мне они ни к чему, но ведьмы за всякие вершки-корешки готовы платить, благо что расценки у меня пусть и повыше, чем в лавках травников, зато товар свежий и ровно то, что заказано, без попыток выдать львиный зев какой за редкий сорт орхидей.
Выкапываю корневища, по-прежнему никого не трогаю. Кроме искомого растения, разумеется. Ночь ясная, лунная, да и я вижу в темноте лучше людей. Стоящая рядом корзина пополняется потихоньку, пока я, склонившись к самой земле, лопаткой орудую, подсчитывая мысленно, сколько выручить удастся.
Выходило весьма и весьма прилично.
А ежели всю партию сразу сбыть получится, то можно и об отпуске задуматься. Солнце, море, пляж и я в окружении загорелых мускулистых мачо…
Недаром среди людей говорят, бойтесь своих желаний — вдруг исполнятся? Моя мимолётная мечта о мачо воплотилась в жизнь раньше, чем я закончила обкапывать очередной экземпляр на продажу. Внезапно вспыхнул свет, невесть откуда возникла куча мужиков в чёрном и с оружием наперевес, кто-то гаркнул:
— Стоять! Руки вверх!
Ударивший по глазам свет ослепил на несколько секунд, от неожиданности я выронила лопатку и действительно воздела к небу руки в перчатках. Не успела опомниться и проморгаться, как бравые мужички мои поднятые руки скрутили, на ноги поставили, наскоро ощупали и грозно сообщили, что я вторглась на территорию частной собственности и нарушила закон-другой. Затем меня потащили.
Дотащили до чёрного экипажа, обнаружившегося на краю поля, и запихнули в заднее тесное отделение без окон, удобных сидений и ремней безопасности — чисто саркофаг на колёсах. Как раз в таких заключённых и транспортировали.
Потом везли.
В процессе выяснилось, что наручники на мне не простые, а… нет, не золотые. Хуже. Блокирующие любое проявление магии, включая способность к смене ипостаси, отрезающие доступ к внешним источникам силы и не позволяющие воспользоваться собственным резервом. Человеческое же тело куда более хрупкое, уязвимое и быть беззащитной девушкой в такой момент хотелось меньше всего.
Привезли… куда-то. Ехали вроде недолго и сдвига в пространстве, неизбежного при переходе через портал, я не почувствовала, однако место всё равно не узнала. Двор, мощённый камнем и окружённый глухим забором, и мрачная шипастая громада здания неизвестного назначения. В здание меня сопроводили под торжественным конвоем, втолкнули в помещение размером чуть побольше давешнего саркофага и заперли массивного вида дверь.
С внешней стороны заперли.
Наручники не сняли и не поменяли на идентичный ошейник, не слишком элегантный, но хотя бы дающий свободу рукам.
И вот сижу я на узком жёстком лежаке — единственный предмет обстановки, кстати, — любуюсь голыми каменными стенами и кусочком тёмного неба за зарешечённым окошком и пытаюсь перспективы оценить. Крупно я попала или удастся уболтать?
Сидеть пришлось до рассвета.
Когда заплатка неба посветлела, руки в плотных перчатках употели, а количество мало-мальски удобных поз, в которых можно было находиться в моём положении, закончилось, за дверью послышались шаги. Щёлкнул отпираемый замок, створка распахнулась, и в камеру вошёл мачо.
Правда, не шибко загорелый.
И не факт, что мускулистый, — свободное чёрное одеяние скрадывало линии тела, пряча фигуру в ниспадающих складках.
Зато у мачо длинные тёмно-каштановые волосы вьющимся каскадом, томные зелёные очи, брутальная щетина и общая повышенная смазливость из тех, что вызывали фанатичный восторг у юных человеческих дев.
 
Никогда-то таких красавчиков не жаловала.
Дверь за типчиком закрылась, он сделал шаг и замер, поскольку на втором рисковал запнуться о мои ноги, вытянутые поперёк камеры.
— Не могли бы вы?.. — начал мачо, смерив собственно ноги до обидного быстрым, равнодушным взглядом.
А ножки очень даже ничего, и лёгкие сандалии на ремешках и короткая туника только подчёркивали их длину, стройность и аппетитность. Коленки, правда, немного грязные после ползанья по земле, но капля неопрятности ещё не повод глядеть на них, словно на обычный, не стоящий внимания пол!
— Что? — нелюбезно поинтересовалась я, раздосадованная нулевой мужской реакцией.
— Ничего, — мачо повернулся ко мне лицом, осмотрел оценивающе.— Надеюсь, вы осознаёте, в сколь трудной ситуации оказались?
— Разве? — на всякий случай я выпрямилась, села ровнее и ноги подтянула.
— Нарушение границ частной собственности, принадлежащей господину Эммануилу Горински…
— О-о, так я нарушила границу чужих владений? — я постаралась изобразить самое искреннее, наивное удивление, на какое только была способна. — Нижайше прошу прощения, я не знала! Правда-правда! Там было темно и я, должно быть, не заметила, как свернула не туда…
— …взлом охранной системы…
— Я ничего не трогала! И я не умею взламывать эти ваши… системы!
Только чуток поколдовала над оной, дабы проскользнуть внутрь периметра, не потревожив сигнальный контур.
— …и незаконный сбор мандрагоры, — занудным тоном завершил мачо перечисление моих прегрешений.
— Это была мандрагора? — не сдавалась я. — Настоящая?
— А вы полагали, будто картошку копали? — с толикой иронии осведомился тип. — Ночью на чужом поле?
— Нет, — к удивлению я добавила выражение глубокого потрясения от услышанного. — Имбирь…
— Имбирь?
— Д-да…
— Что ж, официально заявляю, это был отнюдь не имбирь.
— П-простите… — униженно залепетала я. Может, слезу пустить для пущего эффекта? — Я не знала, честное слово…
— Незнание законов не освобождает от ответственности за их нарушение, госпожа… — меня одарили вопросительным взглядом.
— Малка.
— Малка? — с презадумчивым видом повторил тип. — Странно.
— Что же тут странного?
Имя как имя, по всему королевству в каждом мало-мальски приличном человеческом поселении хоть одна Малка да бегает.
— Мне казалось, при рождении вас нарекли Халциона. Из рода Пепельного гранита.
Плохо. Он знает, кто я, что я и чем занимаюсь, и, выходит, вся моя игра в недалёкую глупышку насмарку.
— Вы же понимаете, что Халциона звучит слишком претенциозно? — сообщила я доверительным шёпотом, подавшись к собеседнику. — А Малка имя простое, выговаривается легко и к народу ближе.
— И забывается быстрее, — мачо отвернулся и, пользуясь освободившимся пространством, шагнул к противоположной стене. — Учитывая ваш род деятельности, Халциона, вы должны знать, что вас ждёт в случае поимки с поличным.
— Штраф, — отозвалась я.
— Вы уверены?
Это вопрос с подвохом?
— Богов ради, это всего лишь несколько корневищ мандрагоры, укопанных без спросу! — не сдержавшись, возмутилась я. — Да, это плохо и законом запрещено, но сурового наказания за мандрагору не предусмотрено, в тюрьму из-за неё не сажают и руки не отрубают, как ворам в стародавние времена.
— И сколько редких и запрещённых растений вы добыли и продали, не будучи при том квалифицированным травником с соответствующим образованием и разрешением на торговлю вышеупомянутыми растениями? Я уже не говорю об уклонении от уплаты налогов…
— То есть меня схватили, сопроводили под белы рученьки не пойми куда и заперли, ничего не рассказав о моих правах и адвокате, сугубо ради поддержания налогообложения в нашем замечательном королевстве? — я подозрительно прищурилась, повнимательнее всматриваясь в типа в рассеянном свете тусклой лампы под потолком. — Кстати, вы сами кто такой будете?