Плюсик в карму 2 (СИ)
Тырино тарахтение вдруг сменило тональность с умильного на настороженное. Щена отстранилась, напружинилась и уставилась куда-то за спину Жеха. Все непроизвольно проследили за ее взглядом — никого. Пусто. Потом охнул Пашка — догадался посмотреть глазами щены. И сразу вытянулся в струнку — там стоял гость лавэ. Старший по званию, и не только. По наблюдениям Пашки, этот вроде как простой наездник (ага, щаз) чином повыше лавэ будет. Казалось бы, друзья, а рамочек шеф придерживается строго. Да и тёть Оля намекала: очень важная птица.
Эрик тихо крякнул от досады — разоблачили — и сдернул невидимость.
Несколько секунд вязкой неловкости прервала Серафима.
— Здрасьте, — растерянно поздоровалась она. Оторопеешь тут. Маг! Всамделишный маг, а не артефактор из затрапезной лавчонки на рынке. Вот она, магия! Раз — и появился!
— Ваше благородие, — коротко склонил голову Жех. Эрику совсем не понравилось, как кузнец постарался заслонить собой гостью. Впрочем, эта мимолетная досада быстро потонула в потоке иных впечатлений. Эрик, если уж совсем честно, ощущал себя слегка контуженным — чувства, которые испытывали земляне, шибали в голову не хуже, чем самолучшая тройная огневка на жаре. Они сладко пьянили, и трезветь совсем не хотелось. Запомнить, впитать, чтобы в минуту уныния вспомнить — и такое бывает. Пожалуй, только с братом Эрик мог позволить себе такую открытость и не ждать подвоха. Да, пожалуй, именно так: доверие, радость и забота. Взаимные и всепоглощающие. Даже капельку завидно. Наверное, поэтому голос короля стал требователен и брюзглив.
— Почему здесь чужие?
— Разрешите доложить. — Пашка честно собирался убеждать, что Сима не чужая, она своя — землячка. По нынешним временам — больше чем родня! Эрик жестом велел молчать и уставился на Жеха.
— Моя гостья — мой ответ, — набычился коваль. — Кому клятву давал, вашбродь, перед тем и отвечу.
Не сказанное «не твоя территория — не лезь» вслух произнесено не было, а про себя старый Кобзарь сопроводил эту мысль таким развесистым загибом, что самый зверский боцман кинулся бы конспектировать. Понимал ли Жех, что перед ним менталист? А то ж! Все наездники такие, а этот явно не из последних. Ольга как раз ничего ему не говорила, да и Паха молчал. А Семеныч и сам не дурак, давно срисовал, что благородие Шенол и этот… Как его? Йорим! Подозрительно понятливые товарищи — договорить не успеешь, а они уже все сообразили и делают. Ольгин начальник — тот простой, хоть и золотопогонник, а этот в черном — та еще закавыка с двойным дном.
Эрик лица не потерял, но пара мгновений, чтобы в себя прийти от такого отпора, ему понадобилась. О да! Заклинание коваля произвело впечатление. И неважно, что магии в нем нет. Правда, величество так и не понял — это его мужской силы лишить попытались или, наоборот, посулили ее избыток? Тоже наказание, если задуматься.
А потом наезжать на строптивого предводителя хуторян стало поздно и неуместно. Вскинулась Тыря, чпокнула разорванная пленка подпространства, и в пяти шагах материализовался Свап. Огромный зверь так притягивал к себе взгляд, что Раим и Ольга потерялись на его фоне.
От землянки даже сквозь щиты плеснуло радостью и тревогой.
— Симушка! — Женщины кинулись друг к другу, как будто год не видались, хотя расстались несколько часов назад.
— Не волнуйся, не пугайся! Все отлично! — Сима тараторила по-русски, но кому оно мешало? — Пришла предупредить, чтобы завтра торговлю отложили, если есть возможность.
— Запретили? А с Агавом почему не передала? Тебя не обидели? Ты не… — Ольга выплескивала свои тревоги, считывая безмолвные ответы с лица подруги.
— Ш-ш, Олька! Закрой краник, — давя ухмылку, вклинился Евгений Семенович, и — о чудо! — Ольга замолкла.
— Рапортую, — шутливо вытянулась во фрунт Серафима, стреляя глазками в сторону черного мундира, — продали все. Поэтому завтра лучше не ездить, не стоит.
Ольга поняла — не стоит перенасыщать рынок. Позже она еще подумает над этим, а пока — Симушка. Она глупого не посоветует: завтра разумнее проехать по ресторациям. Да по самым крутым и модным! Мясо везти большими оковалками и цену непременно поднять!
— Вот посмо́трите, — убеждала землянка, — не в первом заведении, так во втором все скупят! И чтоб конкуренту не досталось, и чтоб избранную публику дефицитинкой удивить.
— Так ты скажи, чего сама прискакала? — осторожный Жех не забыл недовольства чужого барина.
— Нужно же глянуть, что у вас в запасе. Мясо же. Быстро портится. Я хотела с выручки вам артефакт прикупить. Для сохранности. Да этот ваш не дал. — Сима весьма красноречиво двинула локтем в сторону мнущегося Агава — ка-ак врезала бы! — Долги, говорит, у них. У-у-у, дурень.
Жех только зубом цыкнул в досаде. Дал же бог помощничка! Идеальный исполнитель, чтоб его! Именно тот случай, когда очень хорошо — это тоже плохо.
— Слышь, Оль? А ты откуда взялась? — встрепенулась вдруг Серафима и почему-то оглянулась на недовольного блондина в черном.
— Тыря позвала, тебя показала, сказала, что обижают, — машинально ответила Ольга. Ее сейчас очень, до легкой паники, волновали загадочные долги, про которые говорил Агав. Хуторяне кому-то задолжали, а она не знает?
— Ну ты, тёть Оль! — расстроенно зашептал Пашка. — Как еще не долбануло!
Кого долбануло? Зачем? А потом до Ольги дошло — проболталась. Она проболталась Симе. И она, Ольга, под клятвой. Нгурулы не тайна. Наездники не тайна, а вот связь между ними… Каким чудом ее не постигло магическое возмездие?
— Серафима? — выступил вперед Раим, всем своим видом показывая, что сейчас он полновластный лавэ, а не просто спутник Ольги. — Серафима, вам придется дать клятву о неразглашении. Немедленно. — И, предвосхищая вполне справедливые вопросы, добавил: — Как только вы поймете, что именно сейчас вам сболтнула моя помощница, ее сразу настигнет кара.
— Смерть? — дрогнувшим голосом уточнил Жех. Два жестких мужских взгляда сцепились как сильные магниты — не разодрать.
— Смерть не всегда наказание, — вмешался Эрик. — Возможно, затяжная болезнь, которую не смогут одолеть никакие целители.
— Клянусь! — торопливо воскликнула Сима, зачем-то подняв руку, как американский президент во время инаугурации.
— Не так, — улыбнулся Раим встревоженной женщине. — Давайте отойдем.
Эрик с некоторой ревностью следил за другом. Если совсем честно, королю очень хотелось воспользоваться правом сюзерена и оттеснить Раима в сторонку, чтобы принять у Серафимы клятву самому. Зачем Шенолу еще одна землянка? Дремлющая обычно совесть подняла голову совершенно не вовремя — нельзя сбивать настрой Серафимы. Одумается, сообразит, в чем Ольга прокололась, потом век будет себя винить, что подруга пострадала. Ольга, чтоб ее шельмы защекотали, могла бы и получше за языком следить. Хотя нет, не могла. Слишком велико доверие между ними. Бывает же!
— Успокойтесь, госпожа Вадуд, клятва — это не больно.
Эрик подошел к Ольге, та с тревогой следила за подругой. Попробовал опять подковырнуть Ольгины щиты — пшик. Невыносимо же! Невыносимо любопытно знать, как будут взаимодействовать эти трое. Оля почувствовала попытку вмешательства, глянула косо на величество и как будто очнулась. Точно! Она же обещала Эрику доступ к своим мыслям, когда будет работать на хуторе. Почему не сейчас? Скрывать ей нечего. Злоумышлять против короля? В пользу кого? Глупость какая. А в остальном — наслаждайтесь, ваше величество. Сняла серьгу, аккуратно завернула ее в платочек, деловито убрала в карман и совершенно по-хулигански подмигнула оторопевшему монарху.
***После клятвы Сима смотрелась так, как будто ее с воздушных каруселей сняли — взгляд расфокусирован, рот расслаблен, стоит, озирается с недоумением, словно забыла, где находится. Ольга кинулась к подруге, но Раим Интриганович придержал — смотри, мол, все хорошо с твоей гостьей. А хорошо ли? Оля подчинилась, но бусину-интуишку затеребила и требовательно глянула на шефа. Тот только глаза прикрыл, подтверждая догадку — да, было. Подправил память, так нужно. Это сейчас Серафима от беспокойства за нее, Ольгу, про ужасного огромного Свапа не помнит, а потом? Вот пусть и не помнит, спокойнее сегодня спать будет. Она молодец, на диво уравновешенная особа.