Как сестра (СИ)
– Мне больно, – хныкнула я.
– А мне? – прошипел он. – Думаешь, мне приятно? Я не знаю, что думать. Может, вы уже давно этим занимаетесь – окучиваете состоятельных мужчин? А сами трахаетесь, пока этот болван влюбляется в шлюху.
– Нет, – выдохнула я, округлив глаза. – Нет, Андрей… Что ты такое говоришь? После всего… Неужели считаешь, что я способна на такое?
Он поджал губы, но я успела заметить мелькнувшее в глазах сомнение. Как он вообще мог такое подумать? Резко выпустил моё лицо так, что меня повело вниз, и распрямился.
– Тогда что?! – снова закричал он. – Что заставило тебя через столько лет якобы дружбы с ним переспать? Изменить мне?
– Я не знаю, – тихо ответила я.
– Говори! – взревел он, и глаза нехорошо блеснули, а следом поднялась рука. С намерением ударить.
Страх прошиб кости. Я вся сжалась в ожидании неминуемой боли. И не только физической. Но рука замерла, так и не достигнув моего лица. Он сжал её в кулак и с рыком треснул об деревянный столик, заставив меня подпрыгнуть, а затем быстро отползти к спинке дивана. На более безопасное расстояние.
– Я оправдывал тебя! – яростно тыкнул в меня указательным пальцем. – Перед собой! Думал, и правда виноват! Думал, не получает от меня тех эмоций, что раньше, и поддалась соблазну какого-нибудь беспринципного ублюдка. Жалел тебя, потому что видел, как тебе было стыдно. Оценил то, что ты смогла признаться. И действительно считал, что мы это переживём… Но эти снимки! – он снова зарычал и с силой пнул журнальный столик, с которого сразу же на пол посыпались злосчастные фотографии. – Сидело во мне подозрение, которому я изо всех сил сопротивлялся, но всё же уступил. И не зря! Как ты могла, Даш? После того, как просила прощения. Как?!
– Вчера ничего не было! – выкрикнула я и, не в силах больше сдерживаться, разрыдалась. – Не было! Он меня по… поцеловал, да, но я его оста… а… новила! Я не хотела-а сно… ва предавать т-твоё довери… ие.
Я говорила правду – я остановила Диму. И пусть с огромным трудом, с болью в сердце, с невыносимым желанием поддаться его ласкам – я это сделала. Я действительно не хотела снова чувствовать тот стыд, испытывать те страдания, мучиться от возникающего желания поддаваться соблазну снова и снова и тут же ругать себя за это. И в тоже время я не хотела, чтобы Дима – мой личный наркотик, моё наваждение – исчез из моей жизни, дабы избавить меня от искушения. Слишком многое нас связывало, слишком много времени мы были вдвоём против всего мира, слишком много протекло счастливых, весёлых и не очень, печальных и курьёзных совместных моментов. Он моя опора, мой друг, брат. Моя жизнь. И потому ещё несколько минут назад я была безгранична счастлива. Ведь вчера всё вернулось на свои места: мой парень – Андрей и мой брат – Дима.
И сейчас, пребывая в панике от того, что для Андрея всё раскрылось, видя его злость, испытывая огромное желание, чтобы он мне поверил и простил, я поймала себя на мысли, что хочу оказаться в спасительных объятьях Димы, как много лет назад, когда, поглаживая меня по спине, он пообещал, что больше никогда не допустит, чтобы меня кто-нибудь обидел.
Я не понимала саму себя. Тогда с чего вдруг я жду, что меня поймёт Андрей?
Я мгновенно успокоилась и посмотрела на его напряжённую спину, на вздымающиеся как после бега плечи, на всё ещё сжатые кулаки.
– Всё верно. Тебе нужна более достойная девушка.
Андрей резко развернулся в мою сторону и нахмурился, смотря недоумённым взглядом.
– Я уйду, – объяснила я, придвинувшись к краю дивана. – Прости меня за всё, Андрей. Я очень виновата. Я давно догадывалась, но теперь поняла точно – я тебе не пара… Прости… Мне правда стыдно, что я причинила тебе столько боли…
Взяла рюкзак и, не глядя на Андрея, направилась к двери. Давно стоило так поступить. Я не любила его по-настоящему. Если вообще любила… Привычка – да. Понимание, что я кому-то нужна. Желание своей личной сказки о Золушке. Но при этом я знала, что наши отношения не вечны. Принимала это. И вот настало время закончить. Нельзя более допускать того, чтобы он страдал от моих закидонов. Я не имею на это права. Он должен быть счастлив, а я не в состоянии сделать его счастливым.
Я уже потянулась к металлу ручки входной двери, как услышала быстрые тяжёлые шаги, а затем почувствовала железную хватку его руки у себя на плече и в следующее мгновение оказалась вжатой спиной в дверь, а совсем рядом увидела его искажённое злостью лицо и пылающий огонь в мечущихся глазах.
– Ты моя! – прошипел он возле губ. – Моя. И ничья больше. Ясно тебе? Ты прекратишь всякое общение с Димой. Ни звонков, ни эсэмэс, ни тем более встреч! Забудешь о его существовании! А иначе… Иначе я сотру его в порошок. Затаскаю по судам. Заберу у него всё: компьютер, машину, квартиру! Оставлю без гроша в кармане. Отправлю на помойку или вновь разгружать вагоны. Так что всё просто, Даш. Ты либо со мной, либо с этим нищебродом.
Глава 11
Дима
«Ул. Литовская, 2 – 12. Приезжай, пожалуйста. Нужно увидеться».
Я заблокировал телефон и посмотрел на Настю. Сидя напротив меня, она улыбалась, обсуждая со своей подругой последние разработки в индустрии косметики. Зачем она затащила меня на этот ужин в один из престижных ресторанов, я до сих пор не понял. Единственный мужчина, кроме меня, в этой компании, был мужчиной лишь по половым признакам, который прекрасно разбирался во всей этой специфике красоты. Я здесь был лишним, а может, и вообще был лишним в жизни Насти.
И в жизни Даши я тоже был лишним. На протяжении четырёх дней я останавливал себя и от звонков ей, и от эсэмэс. Она тоже не писала и не звонила. Я пообещал себе, что не буду мешать, но невозможность узнать, как у неё дела, изводила, норовя довести меня до ручки. Каждую минуту я был готов сорваться и набрать её номер, услышать, что она в порядке, но я себя останавливал.
И вот теперь она хочет увидеться… Так какого хрена я продолжаю сидеть в месте, где не хочу находиться, вместо того чтобы сорваться туда, где она?
Я резко поднялся, собрав на себе удивлённые взгляды всей компании.
– Извините, но мне необходимо вас покинуть, – сообщил я и указал на телефон в моей руке: – Срочное дело.
– Дима? – почти прошипела Настя, когда я проходил мимо, взирая на меня взволнованно-раздражённым взглядом.
– Прости, – шепнул я и, легонько сжав её плечо, быстро пошёл наружу.
Меня встретил тёплый ветерок летнего вечера, сдувая все сомнения о правильности моего поступка. Расправил плечи и поймал такси. Всё верно – я должен быть с Дашей. И не только сейчас. Всегда. Главное донести это ей.
Мой бельчонок. Мой! И как я, идиот, только мог решить оставаться наблюдателем? Нет! Она моя. Всегда была. Рядышком – такая доверчивая и наивная. Вызывая желание её защищать, беречь от угроз жестокого и несправедливого мира. Как сестру? Хрена с два! Сейчас я понимаю, что обманывал сам себя все эти годы. И не нужны ей никакие Андреи. То, что случилось между нами – не наваждение, а прямое доказательство того, что мы должны быть вместе. Если она этого ещё не понимает – я объясню.
Машина остановилась у одного из панельных зданий в три этажа, какого-то новомодного комплекса для богачей. С окон второго этажа лилась светомузыка и доносились аккорды современных композиций, под которые так любит отрываться народ в ночных клубах. Я озадачился – что может делать в таком месте Даша? Или её привёл сюда Андрей? Плевать. Я объяснюсь с ней в любом случае.
Прошёл в специально открытый подъезд и поднялся в двенадцатую квартиру, ту самую, где вовсю гремела вечеринка. Дверь оказалась незапертой, и меня встретил бьющий по ушам бас. По полумраку помещения, иногда разбавляемого вспышками ионного света, туда-сюда сновали люди. Кто-то танцевал в центре комнаты, кто-то стоял в сторонке и общался между собой, а прямо возле входа парень прижимал девушку к стене в страстном поцелуе.
Налицо праздник жизни. Только вот опять же, что здесь забыла Даша? И где она сама?