7 причин сожалеть (СИ)

Обернулась, и в глазах её проскользнуло волнение с беспокойством да материнской нежностью. Только зачем это мне?
— А Марта кто?
— Не суть... Так что там, Светик? Муж же меня не одобрит?
Забавно морщится.
— Ладно, понял, молчу, почти осознал. Хочешь стишок?
Отвернулась обратно, словно я стене вопрос задал.
Поэтому дерзко ложусь на диван, всматриваясь в старенькую плитку на потолке. Всё равно услышит.
Она не мой типаж, всегда казалась высокомерной и дотошно правильной, вот как сейчас, словно знающей всё наперед.
Один её взгляд, и хотелось сорваться куда-нибудь подальше.
— "Ты такая ж простая, как все, как сто тысяч других в России.
А плечи-то напряглись...
Всегда интересовался иными, более лёгкими, более улыбчивыми. Сколько раз я видел её улыбку? А взгляд, не пойми что выражающий? Один к тысяче?
— Знаешь ты одинокий рассвет, знаешь холод осени синий.
Поэтому, да, я игнорировал и не воспринимал как правильный компонент.
А сейчас? Даже не обернется. Ледышка.
— По-смешному я сердцем влип, да по-глупому мысли занял.
Мне же просто захотелось узнать, что она из себя представляет не на словах Алины.
— Твой иконный и строгий лик по часовням висел в рязанях.
И что? Зачем эта важная дама мне?
Ладно, сыну понравилась, Нина в восторге — мамочку в конце концов распознали. Ладно, брат с ней похоже породнится.
А я?
— Я на эти иконы плевал, чтил грубость и крик в повесе,
До сих пор в шоке, что моя никудышная шутка (просто на зло Алинке) тогда вызвала далеко не страх.
Стыдно, что прижал к стене при всей аудитории, ну... Помню, как вырвалась и с пар сбежала, больше в тот день не появившись.
— А теперь вдруг растут слова самых нежных и кротких песен.
Она трепыхала? Вот эта тогда ещё не повзрослевшая Мэри Поппинс, серьёзно!?
— Не хочу я лететь в зенит, слишком многое телу надо... Что ж так имя твоё звенит, словно августовская прохлада?
Права. Я считал её абсолютно, нет, совершенно иной. Не такой, хотя, может, это просто прошедшие года. Я же тоже изменился, наверное? Верно.
— Я не нищий, ни жалок, ни мал и умею расслышать за пылом: с детства нравиться я желал кобелям да степным кобылам.
Эта повзрослевшая пай-девочка куда интереснее той зажатой правильной дикарки.
— Потому и себя не сберег для тебя, для нее и для этой. Невеселого счастья залог —сумасшедшее сердце поэта.
Так сложно тогда было быть самой собой при мне?
Что мешало? Мне похоже чуточку жаль узнавать её только сейчас.
— Потому и грущу, осев, словно в листья в глаза косые…
Что мешает сейчас обернуться? Гордячка? Кому нужна эта гордость? Ей самой? Не уверен.
— Ты такая простая, как все, как сто тысяч других в России."*
Оборачивается, едва присев на подоконник.
— Ну, пятерку заслужил?
— Ты, как и раньше, неплохо читаешь, но неумело интерпретируешь. И, думаю, тебе пора, верно?
Верно. Хорошо держится, я бы поверил, если бы один раз уже на это показное безразличие не наступил. Встаю с дивана, направляюсь к обуви.
— Кстати, ты пообещала завтра посидеть с Никитой. Всё в силе? Приедешь?
Сердится, посматривая на дверь за моей спиной.
— Ты вообще с ним время проводишь? Может, у вас все проблемы сейчас от этого?
Рассмеялся, серьезно. Ну, зачем ей знать, что я тоже буду дома?
— Не умничай. Я тебе тоже самое о муже могу сказать, Свет. Слово в слово: Ты вообще с ним время проводишь? Может, у вас все проблемы сейчас от этого? — Даже повторяю, а она не реагирует. — Ждать тебя?
Выдохнула, кивнула.
— Теперь доброй ночи.
И... пока она там замок не сломала, пытаясь меня "бесшумно" выпустить:
— Муж в Инсте у тебя ничего, симпатичный. Я тебя зафолловил уже, не переживай. Его заодно тоже.
Вот, и дверь сразу открылась не иначе как силой пробивного Есенина. Умел он сердца заставлять гореть, конечно. А мне ещё как-то добираться домой.
И стоило оно того разве?
-----
* С. Есенин — "Ты такая ж простая, как все...", 1923.
   
Будущим разговором
 
Свет мой зеркальце, скажи.. 
Не могу понять своё волнение с самого утра, но ещё больше не понимаю своё желание оттянуть поездку туда.
В конце концов, чего бояться? Ничего особенного не произошло и не произойдет.
Но меньше всего на свете мне хочется допустить Никитину мысль о том, что сейчас я откладываю встречу из-за произошедшего с ним вчера. Меньше всего на свете мне хочется, чтобы Никита подумал, что он в чем-то виновен.
Это не так...
Поэтому я все же сажусь в такси, заодно захватив пирожные из любимого магазинчика неподалеку. Подключаю наушники, погружаясь с головой в сильные иностранные голоса и безумно красивые проигрыши, заодно думая, как не проиграть самой, случайно не положив сердце к его ногам.
Глупо ругать и бичевать себя за содрогание и ноющую боль, что растекается внутри каждый раз, как я его вижу.
Я давно к ней привыкла, за десять лет мы прилипли друг к другу, прижились, боясь и одновременно желая увидеть его на углу какого-либо популярного места.
Моё одиночество никогда не следовало за мной по пятам, оно не досаждало и не осаждало. Я жила так, как было бы правильнее, легче.
Оно лишь являлось ко мне темной ночью или случайным прохожим, удивительно похожим на того мальчика, что единственный заставлял сердце биться и трепетать одним лишь своим существованием.
Этот мальчик давно вырос, в нём уйма недостатков, он накопил кучу проблем, хоть сам считает иначе, и я ему никто, чтобы вникать в его жизни, но всё так же глубоко-глубоко я ловлю себя на запрятанной запретной мысли, что он мой человек.
Как моя музыка. Как мой взгляд на эту жизнь.
Он — то, что цепляет один раз и навсегда, и это не объяснить ничем.
Мне бы хотелось, чтобы все было иначе, но...
Моё одиночество — отличный напарник и едва ли покинет меня, от того и эта боль растеклась внутри о потерянном, а точнее даже не приобретённом.
Выключила музыку, только подъезжая к дому, тут же замерев и вслушиваясь, не сразу осознав то, что раздавалось из дома.
Похоже, не я одна так помешана на музыке, верно?
"Thought I couldn't breathe without you, I'm inhaling"
[Ты думал, что я не смогла бы дышать без тебя, но я делаю вдох.]
Одинокий нарастающий вокал девушки восходит каждой строчкой вверх, переплетающий едва слышимый бэк, заставляющий содрогаться ритмом, что сейчас отбивпется в что-то схожее на электро и барабаны. А потом припев, и я начинаю понимать.
Таксист тоже, кажется, ошарашен, начиная искать в поиске это нечто.
Все, кажется, просто. Это изменённая "Непобежденная" в оригинале "Survivor" знаменитых Destiny’s Child, которую по праву знает, наверное, каждая или каждый, кто хоть как-то сталкивался с музыкой нулевых, а точнее 2002.
— Ищите по припеву, он почти идентичен.
"I'm a survivor [Я — борец,]
I'm not gon' give up [Я не собираюсь сдаваться,]
I'm not gon' stop [Я не собираюсь останавливаться.]
I'm gon' work harder" [Я приложу ещё больше сил]
Но это лучшее звучание, без шуток. Поэтому я следую примеру таксиста и открываю поиск, хоть мы и стоим уже с минуту на месте, не замечая, что Таксометр ещё не закрыт.
Я не знаю, что сказать Артёму при встрече, но вкус у него неподражаемый, и хотя бы за включенный повтор, доставляющий эстетический восторг, стоит прошептать мерси. Не в глаза, конечно...
Замечаю, как из дома выбегает Никита, останавливаясь на ступенях. Приходится довольствоваться тем, что таксист песню все же нашёл, как и протянутую купюру.
Мне хочется обнять этого мальчишку, но вовремя одергиваю себя, радуясь собственной улыбке и его нетерпению, сквозь который все же замечаю некую настороженность. Ожидание осуждения? Нет уж, не от меня.