Мама по призванию (СИ)

Рискованный шаг оставлять его здесь, очень рискованный. Но ничего другого я не смогла придумать, больше спрятать малыша-дракона попросту негде. Взять с собой в академию — нереально. А отправить за стену сразу — еще опасней, ректор и декан сразу почувствуют подвох. Но то, что адептка Дарина Врину заскочила в приют, ни у кого подозрений не вызовет, так я поступаю всегда.
Максимка дрожал, кажется, он не верил мне. Не мог поверить после всего, что пережил в застенках академии.
— Хочешь, я останусь с тобой на эту ночь? — предложила я прежде, чем успела это осмыслить. Мне до рези в сердце не хотелось расставаться с малышом. — Но только одну, больше не могу.
— Ладно, мама, — покивал Максимка. — Но потом… Ты вернешься за мной, да?
— Обязательно, — согласилась я. — И вот еще что… Анкорум, хала, лавинэт…
Читая заклинание, приложила ладонь к сердцу, и тонкая струйка магии потекла по моим пальцам золотистой нитью. Эту нить я трижды обмотала вокруг тела малыша, и она, словно впитавшись, исчезла. Опасное заклинание и очень рисковое, еще никто не пробовал применять его к драконам, просто не приходило в голову. Заклинание сердца — его применяют лишь к тем, кто очень дорог.
— Ну вот, — проговорила я, улыбнувшись. Слегка кружилась голова из-за мощного выброса магии, но это ничто в сравнении с результатом. — Теперь я буду чувствовать тебя и все, что с тобой происходит. Мы по-настоящему связаны, малыш.
Стыдно признаться даже себе в том, что изначально заклинание сердца предполагалось применить для предотвращения попытки побега или, чего доброго, причинения вреда окружающим. Максимка дракон, хоть и маленький. Как адептка ордена Света я прекрасно помнила те угольки, в которые превратилась еда от легкой отрыжки малыша. Но как мама…
Как мама я желала малышу добра, покоя и уюта. Всем малышам на свете. И пусть по-настоящему я никогда не была матерью, так и не поняла до конца, что значит выносить и выкормить малютку, это не значит, что во мне не было зачатков той особенной магии, что превращает обычных смертных женщин в волшебниц. Теперь связь с Максимкой была такой сильной, что мне казалось будто он — часть меня.
Ненадолго, но малыша пришлось оставить в одиночестве.
Дети не простили бы, если я не навестила их всех. Маклин, Камилл и даже Лусин тоже привязались ко мне, как и я к ним. Без всяких связующих заклинаний. И, конечно же, у всех у нас появилась новая тема для разговоров. Максимка.
— Он странный, — заметил Камилл.
Уж я-то хорошо знала, как этот малыш не любит драконов. Неужели заподозрил?
— Ни разу не делал из палки лошадку и не знает, как скакать на ней. — Продолжение фразы Камилла немного успокоило. — Как будто вообще не видел ничего в мире. Не знает, что такое игра. И шарахается всякий раз, когда кто-то из нас замахивается. А ведь мы и не собирались его бить.
— Себя-то вспомни, — посоветовал Лусин, сегодня назначенный в помощь матери Селине. — Сам шарахался от каждого шороха, прятался по углам, как дикий зверек.
Подозреваю, учительница только притворилась больной, не хотела встречаться со мной, да и просто не упустила шанса пофилонить. Но я была и рада такому стечению обстоятельств. Без нее поговорить с детьми проще и безопаснее. Можно даже обсудить Максимку.
— Нас тут таких много, — поддакнул Маклин. — Вот что, ребята, мне думается, он один из нас, и нечего тут думать.
Малышка Софи вообще заявила, что Максимка уж очень похож на прекрасного принца из книжки.
— Ему бы еще коня… — мечтательно произнесла она. — Лучше с крыльями.
Я улыбнулась, вспомнив, что дракончику не нужны летучие кони. И да, в человеческом обличии он очень красивый мальчик, настоящий маленький принц. Интересно что бы сказали дети, увидев его драконом? Что бы я сказала им, как оправдала свой поступок? Не следовало позволять им общаться, это было слишком опасно и, пожалуй, неуместно.
— Я бы стала с ним дружить, — серьезно заверила Мила и поправила магические окуляры на носу. — Он хороший.
— Мой маленький совенок… — Не удержавшись, прижала малышку к себе. — Вы правы, вы все. Максимка действительно хороший, и ему много пришлось пережить. Много плохого. Но для него нашлась семья, так что через несколько дней он нас покинет.
 
Подобное не удивило ребят. Иногда, во время заданий академии, я находила бездетные пары и пристраивала им малышей. Пару раз забирала детей из приюта, чтобы лично доставить к родителям. Жаль, кроме меня этим никто не интересовался. Настоятель был озабочен лишь размером королевских дотаций — чем больше детей в приюте, тем больше можно выбить. А то, что малыши живут в тесноте и плохо питаются, уже дело второстепенное. Для него. Как, впрочем, и для остального Светлого мира. За все время, что я пробыла здесь, всего пару раз видела некое подобие инспекционных проверок. И те смотрели на происходящее сквозь пальцы, зато с превеликим удовольствием питались с роскошного стола настоятеля и принимали подарки. Да, к сожалению, мздоимство и кумовство процветает не только в моем мире.
— Счастливчик, — вздохнув, обронил Камилл.
К Максимке я вернулась ближе к вечеру. Заодно принесла ужин, не желая напрягать монашек и лишний раз подпускать их к дракону. Открыла дверь выданными Селиной ключами и застыла на пороге.
Максимка расположился на полу. Играл солдатиками, строил для них домик из деревянных кубиков. Но даже не подумал постелить для себя одеяло.
— Мама!.. — радостно объявил он, заметив меня. — Смотри, какой дом я построил для игрушек. Это драконы, им пока тоже нельзя перекидываться. Но это секрет!..
И он прижал палец к губам.
— Хорошая игра, — ободрила я. — И здорово, что ты не скучал. А почему не разместился на кровати, так было бы удобнее.
Максимка испуганно вздрогнул и покачал головой.
— Не надо… — пискнул испуганно. — Не заставляй меня ложиться туда, я не хочу.
Не слишком понимая причину, побудившую его вести себя так, откинула одеяло с кровати. Осмотрела — ничего особенного. Потом скатала и убрала тонкий матрац, набитый рыхлой соломой. Под ним-то и обнаружилась причина страха Максимки. Амулет против драконов. Заботливые монашки подложили, на всякий случай. Прутья миголиста и серые камешки совершенно не пугают дракона. Но то, что они скручены металлической проволокой — вот настоящая проблема. Мало того, что драконы не терпят мертвый металл, так он еще и вынуждает их принимать истинное обличие. Такая тонкая проволочка не нанесла бы Максимке большого вреда, даже не заставила обернуться. Скорее, он испугался самого вида железа, до того оно его страшило.
— Прости, милый, сейчас… — Небольшой выброс магии, заклинание ― и железный прут превратился в рябиновый. Вот так неожиданно иногда работает магия, привнося сюда предметы из моего родного мира. — Я должна была осмотреть постель, прежде чем уйти. Теперь все в порядке, гляди, амулет полностью безопасен. Ты даже можешь поиграть с ним.
Максимка очень нерешительно и с видимой неохотой прикоснулся к амулету. Долго рассматривал и нюхал тонюсенький прутик. А после заявил:
— Это будет монстр, который нападает на драконов. Я назову его Леран.
Еще бы, я нисколько не сомневалась, что отъявленному злодею подходит именно это имя. И даже порадовалась, когда смелые драконы победили и стали спокойно жить в своем домике.
Эту ночь я провела с Максимкой. Кто бы мог подумать, что адептка, будущий рыцарь ордена Света, будет спать, обняв дракона и прислушиваясь к его дыханию. Это так странно, но в то же время так потрясающе. Я снова долго не могла уснуть. И снова увидела кошмар. Опять вернулась в прошлое, в тот момент, когда врач сообщала мне о том, что беременность исчезла. Только лицо у нее было не человеческое. Женская голова вдруг превратилась в жуткую оскаленную пасть, и эта пасть нацелилась на мой живот.
— Максимка!.. — вскрикнула я, пробудившись. Машинально прижала руку к животу, защищая от всех напастей.
— Да тут я, тут… — пробормотал дракончик сонным голосом. Обнял меня крепче, положив свою ладонь поверх моей. — Спи спокойно, мама.