Жги! (СИ)

Черт вышел из тени, словно поджидал его.
– Вы меня ждали, – заключил парень, даже не поздоровавшись.
– Не совсем, – качнул головой Хойсо. – Пойдем. Надо поговорить, прежде чем ты отправишься на разговор в этими бестиями.
– Хорошо, учитель, – кивнул парень и последовал за чертом, который, мерно вышагивая, отправился в сторону стены цитадели.
– На самом деле то, что сейчас провернули с тобой, я видел неоднократно, но увы. Тогда это делалось с другой целью, – начал говорить черт, глядя себе под ноги. – Во времена старой империи так от рода отлучали детей, которые должны были стать его скрытой опорой. Во времена войны кланов было очень важно не оставлять в живых никого из клана противников. Догадываешься почему?
– Чтобы некому было мстить, – кивнул парень.
– Верно. Это было очень важно, особенно если знать, что у каждого клана были артефакты последнего шанса. Их целью было причинить максимальный ущерб, не глядя на защиту носителя и другие нюансы. Именно такие артефакты оставляли для отлученных и целью этих отлученных был максимальный урон противнику.
– Это были самоубийцы?
– По большому счету, да, но даже если им удавалось выжить и сбежать, то они всегда брали следующий артефакт.
– Это были настолько мощные артефакты?
– Да. Каждый клан десятилетиями, а то и столетиями собирал силу и средства, чтобы изготовить такие артефакты.
– Зачем вы мне это рассказываете?
– Затем, что в дальнейшем были прецеденты, когда врагов не оставалось, а такие отлученные от клана люди оставались, – произнес Хойсо и грустно улыбнулся. – У человека, которого отлучали от клана, не было имени, не было родственников и, самое главное, у них не было выбора, но оставшись одни… они действительно были одни.
– А что делали те, кто выжил?
– Ну, все, про кого я слышал – умирали.
– Сами?
– Сами, – кивнул черт. – Большинство кончали самоубийством. Но один выжил.
– И что он начал делать?
– Он? Он… искать смысл. Он искал его в битвах, потом в женщинах, затем в алкоголе и еде. Он очень многое перепробовал.
– И в чем же оказался его смысл?
– В авантюрах, – улыбнулся черт. – Он был молод, когда ему пришлось отречься от клана. В нем был достаточно сильный дар тьмы, и он принялся его развивать. Его первая авантюра была простой до глупости: «Стать самым сильным».
– Простой? – смыкнул парень.
– Да. Я не сказал, что она была простой в исполнении, но она была примитивной с точки зрения жизненного пути, – пожал плечами черт. – Этот парень не гнушался ничем. Интриги, ложь, убийство, подхолимство и даже проституция. Но поверь мне, очень быстро он достиг своего. Он стал по-настоящему сильным.
– И что было дальше?
– А дальше случилось то, что происходило со всеми сильными магами в старой империи. Особенно с теми, что не состояли в клане и не торопились в него вступать. Его решили убить.
– Сейчас тоже такое часто практикуется, – кивнул парень.
– Сейчас ему даже не дают вырасти в силе, – кивнул черт. – Так сказать превентивные меры, но тогда до него не было никому дела. Но когда он действительно вырос в силе, то сделал несколько ошибок.
– Каких?
– Убил несколько людей при свидетелях, – вздохнул Хойсо. – Говорят, именно после того, как он это сделал, ему и вынесли первый смертный приговор. Причем это был не тот клан, к которому принадлежали убитые, а совершенно другой. Тут и появилась вторая авантюра этого парня.
– Какая?
– Выжить. Несмотря на то, что парень мало интересовался политикой, он прекрасно знал, что бывает с такими, как он. А еще он прекрасно понимал, что он может быть очень сильным магом, но на любого сильного мага найдется боевой отряд магов, который его превратит в мертвую тушку, – учитель остановился и взглянул на ученика. – Знаешь, что он сделал?
– Стал еще сильнее?
– Нет. Научился притворяться мертвым. Причем так изумительно, что его три раза хоронили и два раза сжигали. И знаешь что? Некоторые так и не узнали, что он выжил, – хмыкнул Хойсо. – Он менял внешность, города и даже пол. Да, да. Он притворялся женщиной и продолжал растить свою силу, пока ему в голову не пришла очередная авантюра.
 
– Какая? – с улыбкой спросил ученик.
– Он решил стать бессмертным, – кивнул черт и продолжил свой путь к городской стене. – Он очень долго бился над проблемой и наверное бы бросил эту затею, если бы мы с ним не встретились.
– Вы рассказывали о Роуле? – задумчиво спросил парень.
– Да. Роуль… не всегда был безумцем, хотя и нормальным изначально он не был. Да, у него несколько пунктиков по поводу светлых и имен. Кстати, это он убедил меня не давать тебе имени.
– Почему?
– Потому что имя надо заслужить, – пожал плечами учитель.
– Если он отлученный от клана, как я, то почему у него есть имя?
– Потому, что ученику его надо как-то называть. Это имя дал ему первый ученик, – пояснил учитель. – И это имя ученик не придумал. Это имя его отца.
– Почему отца?
– Видимо, он слишком много для него значил, – пожал плечами черт. – Суть не в этом. Суть в том, что у него по-настоящему нет имени. Он за него никогда не держался, никогда не придавал ему особого значения. Он жил от одной авантюры до другой, а уж в какую он ввязался сейчас – отдельная история.
– Вы о войне с Кусарифом? – спросил парень.
– Ты курсе того, что происходит в городе?
– Тут трудно «ничего не знать», – хмыкнул ученик. – Тут все только про это и болтают. Армия Кусарифа разгромлена, а полноценного штурма так и не случилось.
– Ну, я бы сказал так: война с Кусарифом – верхушка айсберга… Или первый этап плана.
– А вы знаете, что он задумал?
– Я бы сказал, что у меня есть подозрения, – улыбнулся черт. – Но суть не в этом.
– А в чем?
– В том, что раньше те, кто покидал клан, четко знали, зачем с ними так поступали. Была цель, были средства. С тобой все по-другому.
– Меня просто изгнали, – кивнул парень. – Отреклись и выкинули.
– Тебе пытались сохранить жизнь, – покачал головой черт. – Твоя мать сделала все, включая противозаконные действия, со своей стороны, чтобы сохранить тебе жизнь.
– Потому что у меня дар к темной магии?
– Возможно, но я уверен, что из-за того, что она тебя просто любит.
Хойсо принялся подниматься по ступенькам, при этом продолжая говорить.
– Знаешь, иногда приходится делать очень неприятные вещи. Особенно, если это во благо тех, кого любишь.
– Это неправильно. Нельзя так поступать потому, что чувства того, кому вы делаете это, хуже самих последствий.
– В старой империи был такой темный – Зифо «Темная гавань». Замечательный и сильный маг. Очень хорошо работал со смесью воды и тьмы. В те времена Злое море было очень буйным. Не раз ураганы, приходившие с моря, стирали все прибрежные города, но единственным, кто смог сделать полноценную защиту от бури в прибрежном городе, был именно он. Очень способный и удивительный маг.
– Почему вы про него мне рассказываете?
– Он тоже был из тех магов, что не хотели связывать свою жизнь с кланами, – пожал плечами Хойсо. Он уже оказался на стене и залез на каменную кладку, чтобы усесться поудобнее. – Ты ведь понимаешь, к чему это привело?
– Его убили?
– Его пытались убить, но когда поняли, что просто так его не взять, то пошли другим путем. Его семью, родных и близких взяли в плен, пока он отбивался от очередного магического отряда.
– Его шантажировали?
– Его поставили перед условием. Либо он сдается, либо его семья отправляется в загробный мир, – Хойсо грустно улыбнулся. – Это было действительно трагический и ужасный момент в истории старой империи.
 
– Что он сделал?
Хойсо вздохнул и немного осунулся.
– После того, как перебил нападавший отряд, он явился за своей семьей. Когда он понял, что при малейшем неповиновении его нерожденный ребенок и супруга умрут, то сделал то, о чем я тебе говорил. Зло во благо, – черт слегка осунулся и устало вздохнул. – Зифо «Темная гавань» убил ее своими руками. Быстро, безболезненно. Миг, и она рухнула на землю мертвым телом.