О людях, эльфах и волшебных камнях (СИ)

А потом эльфийский лорд Карантир как-то прянул вперед, мелькнул его меч, блеснул узор на рукояти. Что именно он сделал, Гвирит не разглядела, но орк осел на землю.
— Бойтесь меня, — проговорил хрипло Карантир. Глянул коротко на раненую руку и криво усмехнулся. Один, раненый, он сам не боялся.
И Гвирит даже на мгновение поверила, что все будет хорошо.
— Оглушена, — орк хлопнул Ирку по плечу. — Иди в кусты посиди.
Он толкнул ее к обочине. Ирка послушно отошла. Она не сразу вспомнила, что по правилам значит оглушение, и только смотрела, как оба орка без спешки подходят к Айфе.
— Живым, — прорычал тот, который был в маске. — Он ранен. Я чую кровь.
Закончилось все быстро. Карантира поставили на колени. Меч остался валяться на дороге. Ирка еще раз обреченно глянула в сторону Дориата. Но Дориат молчал.
— Я тебя достал, — выдохнула Айфе резко. Она дышала тяжело и, кажется, не пыталась встать с коленей из-за ноги, а не из-за того, что орк придерживал ее за плечо.
— Достал, — проворчал «резиновый». — Уходить нужно быстро.
— Мужики, — Айфе сложила руки перед грудью в жесте, который обычно обозначал «я в домике». — У нее первая игра. Давайте без плена и вот этой вот трешачины. Вы и так лорда поймали, хватит с вас.
— Мы не утащим двоих, — глухо буркнул орк без маски. — Эльфийка сладкая.
— Этот важнее, — рыкнул второй. Кивнул в сторону Гвирит, провел рукой по горлу. Потом неожиданно оборвал собственный жест. — Не. Пусть расскажет Однорукому. Может Господин захочет выкуп за пленника. Однорукий знает, что бывает с теми, за кого не дают выкуп.
— Не дождесь, — Карантир сплюнул под ноги орку. Тот двинул его ногой по ребрам.
Для вида, даже не коснувшись кафтана ботинком, но Айфе согнулась. Потом резко выпрямилась, попыталась встать, ее удержали.
— Ладно, пошли нафиг, сейчас Дориат подтянется, — совершенно нормальным голосом проговорил орк в маске. Сказал Ирке: — В общем, ждешь двадцать минут, потом приходишь в себя.
— Я помню, — откликнулась та сдавленно.
— Вот и славно. Давай вставай, — он толкнул Айфе в плечо.
— Э, нет, мужики, — она усмехнулась. — Вы меня ранили. Отыгрывайте теперь. А по жизни я в ваш Ангбанд сам не дойду, подвернул вчера ногу, болит — звездец.
Орк в маске выругался. Рывком вздернул Айфе на ноги, закинул ее руку себе на плечо. Та украдкой подмигнула Ирке. Потом орки ушли.
И она осталась одна на лесной дороге. Умиротворяюще шумел ветер, в Дориате кто-то тихо играл на флейте.
  
48
 
Двадцати минут еще не прошло, когда на тропинке из Дориата показался Серегон в компании девушки-разведчицы. Ирка вскочила на ноги. Потом вспомнила, что вроде как оглушена и села обратно на обочину.
— Что с тобой? — Серегон подбежал к Ире, присел на корточки.
— Орки! Они забрали в плен Карантира! — выпалила та на одном дыхании. Потом спохватилась: — Ой. Они меня оглушили же.
— Будем считать, что уже пришла в себя. Какие орки? Когда?
— Сколько их? — спросила разведчица резко.
— Трое. То есть двое, одного Айфе… Карантир убил. Только что, я кричала.
Серегон и разведчица переглянулись.
— Попробуем, — сказала девушка решительно.
— Иди в крепость, — Серегон помог Ирке подняться на ноги. — Попробуем нагнать.
Она кивнула. Серегон перехватил копье удобнее, и скоро Ира снова осталась одна.
Зябко она обхватила себя руками за плечи. В какой-то момент ей даже показалось, что сейчас Серегон сумеет догнать орков, что они вернут Айфе, и все будет хорошо. В конце концов, они же не смогут идти быстро, Айфе хромает, и наверняка будет хромать еще сильнее, чтобы орки шли медленнее, Серегон и эта девушка из Дориата бегают вроде хорошо.
Ирка немного потопталась на месте, пытаясь понять, что ей делать. Карантир ранен, ему может быть нужна помощь, а она вроде как лекарь. Наверное, нужно было идти вместе с Серегоном. Но сейчас она их точно не догонит. Ирка подумала о том, что будет сейчас снова одна куда-то идти и поежилась.
Отряд из Дориата она встретила уже на полдороги к крепости. Предводительствовал ими тот паренек, раскрашенный под спецназовца, с которым Ирка сидела у костра. Коротко выслушав ее, они рысью припустили дальше. Ира мысленно пожелала им удачи и сжала руки в кулаки. Может, все еще закончится хорошо.
 
В Дориате ее снова напоили чаем. Потом какой-то парень, кажется, тот, с которым Айфе пила на воротах, забрал у нее чашку и сунул в руки металлическую фляжку с коньяком. Потом пришел Диор, и Ире пришлось пересказывать ему историю пленения Карантира. Камень в ожерелье мерцал диодами, и неожиданно ее это ужасно разозлило. Если бы не эта дурацкая цацка, им не пришлось тащиться в Дориат, и ничего бы не было.
И если бы она не решила возвращаться в лагерь, тоже ничего бы не было. Эта мысль заставила Ирку вздрогнуть и крепче вцепиться во фляжку. И если бы Айфе не помчалась одна ее выручать…
— Почему лорд Карантир оказался один? — Ира вскинула глаза на Диора.
— Он услышал крик и не стал ждать, пока соберется отряд, — отозвался тот. — А я не мог приказать ему оставаться в крепости. И не стал бы.
Ирка зыркнула на него исподлобья. Хорошо, наверное, когда проблемы рассасываются сами собой. Только вот у Карантира есть шесть братьев, и они тоже могут прийти требовать свое. Ирка подумала об этом мельком, а потом поежилась снова.
Это ведь Маэдроса главарь орков назвал Одноруким. И это Роланду ей придется рассказывать, что случилось с Айфе. Ира вспомнила его лицо в Гаванях, когда ему рассказали о племяннике, и невольно потянулась за фляжкой снова.
Вернулся Серегон. И только удрученно покачал головой. Потный, растрепанный, он выглядел ужасно расстроенным.
— Не догнали, — проговорил он, когда, наконец, смог оторвался от кружки с водой. — Они, наверное, как-то кустами ушли. Мы почти до полдороги до Ангбанда добежали. Догнали бы, если бы они шли по дороге. А так… Я по жизни не следопыт.
— Нам нужно возвращаться в лагерь, — проговорила Ирка, и сама удивилась, что ее голос звучит твердо.
— Нужно, — понуро согласился Серегон. — Как я лорду-то в глаза смотреть буду?
— Как вообще получилось, что она была одна? — спросила Ира уже по дороге.
— Да как обычно. Она была возле ворот, выскочила раньше, чем дориатские раздуплились. Пока я от костра добежал, Диор успел дать приказ никого не выпускать без его ведома и разрешения. Я так понимаю, у них тут свои командные брожения. Пока порешали, пока туда-сюда. Ну вот и имеем то, что имеем.
— Не знаю, как Маэдросу сказать, — Ирка вздохнула.
— Я тоже.
  
49.
 
На воротах крепости их встречал Влад. При виде Ирки он вначале расплылся в улыбке:
— Где вы там ходите? Мы уже собрались за вами отряд в Дориат посылать! Или вы там Карантира оставили, на растерзание дипломатии и девам? Мы Лотланн вынесли, вы в курсе?
— Карантир в плену. Ангбандские орки, — сказал Серегон.
— Мне надо к Маэдросу, — подхватила Ирка.
— М-мать, — выдохнул Влад, оборвав себя на полуслове. Взъерошил волосы зло и растерянно: — Как так-то?
— Он меня спасал, — Ирка вздохнула. — Я думала сюда вернуться, а на дороге орки. Меня отпустили, чтобы… Айфе попросила, чтобы меня отпустили.
— Блин. Что делать-то теперь? — мрачно спросил Влад в пространство. Нахмурился. Потом махнул рукой: — Идите к Майтимо, я нашим сам расскажу.
Роланд сидел возле костра и с аппетитом наворачивал суп из миски. Выглядел он довольным и даже смеялся над шутками Хельги и Лаурэ. Ирка сжала зубы. Откуда-то в голове всплыло, что гонцов, принесших плохие вести, казнили.
— Высокий лорд, — начала она неуверенно.
— Гвирит, — Маэдрос улыбнулся ей с неожиданной теплой. И разом посерьезнел: — Что случилось? Серегон?
— Мой лорд, — начал тот и запнулся.
Гвирит резко выдохнула:
— Орки взяли в плен лорда Карантира.