Жест Лицедея (СИ)

Мое любование прервал женский истерический визг. Леночка вмиг отлипла от стула, подскочила. И я встал вместе с чашкой кофе. Вот тут вышел главный казус, по неопытности, переключил внимание на Лену — соответственно и мышь прыгнула на нее. Прыгнула аж метра на два! Точно ей на левое плечо. Истерический визг перешел на самый высокий уровень. Трясясь всем телом, служанка бросилась ко мне. Перун свидетель: я этого не хотел! Импровизация, развернулась неожиданной стороной: чашка с горячим кофе пролилась на Леночку, потом на меня, потом разлетелась на кусочки у наших ног. Мышь к тому времени успела убраться в небытье. Осталась лишь Вязина Елена Капитоновна, трясущаяся от страха в моих объятиях.
— Лен! Лена! Все хорошо! Она убежала! Нет ее! — пытался я успокоить ее, она лишь сильнее прижалась ко мне. И тут мне на ум пришло более радикальное средство, чем слова. Я взял и поцеловал ее в губы.
Она тут же затихла, обмякла и подняла ко мне по-прежнему напуганные глаза. Потом вдруг дернулась и решительно отстранилась. Я тоже повернул голову к двери, куда смотрела служанка. Там стояла Наташа.
— Конченый дебил! Я маме расскажу, что ты лапаешь служанок! Когда уже мухоморы заберут тебя?! — сестренка остановилась по другую сторону стола.
Я почувствовал, что за моей спиной со стороны кухни тоже появился кто-то, но тут же снова исчез за дверью.
— Наталия Владимировна! Пожалуйста, не надо! Он меня спасал от мыши! Было очень страшно! — побледнев, попыталась объяснить Лена Вязина. — Она прыгнула мне на плечо, а он ее прогнал! Саша ничего не сделал плохого! Как мужчина заступился за меня!
— Ты сказала «Саша»?! Как мужчина?! — голубые глаза Наташи стали огромными и лицо чуть вытянулось.
— Простите, я оговорилась — Александр Петрович. Нечаянно, от испуга сказала, — с трепетом объяснялась Леночка.
— Иди говори маме, — я указал сестре на дверь. — Только мы с Леной потом расскажем, как было на самом деле, и ты будешь выглядеть дурой, точно так же, как вчера, когда посмела без стука ворваться в мою комнату.
— Это мы еще посмотрим, кто будет в дураках! — Наташа повернулась, чтобы уйти.
А я подумал, как интересно было бы, сейчас ее зафиксировать ее объектом для меню и посмотреть, что происходит с этой злой сучкой. С другой стороны, Лена была так потрясена, что уйти в этот миг, не сказав ей ни слова, выглядело не по-мужски. А я же, черт дери, как мужчина мышь прогнал, правда иллюзорную. Очень не хотелось разочаровывать даму.
— Сейчас вернусь. Одну минуту, — сказал я, повернувшись к Вязиной, и поспешил за сводной сестрой.
 Глава 4. Зеркало вдребезги и красные розы 
Догонять Наташу я не собирался. Для фиксации достаточно было увидеть ее, идущей по коридору. Когда я вышел из столовой, она почти дошла до лестницы наверх. Скорее! Тык, тык…
«Объект-инфо»
«Разумовская Наталия Владимировна. Возраст 16 лет. Магические способности в начальном состоянии. Резерв магической энергии 46. Высокие ментальные аберрации. В настоящий момент: сильное волнение, растерянность, удивление, злость. Отношение к вам: н… Объект исчез».
Ой-е-е, как интересно! Только на самом интересном месте облом. Так, надо сохранить хотя бы это! Я скопировал это в блокнот в «Объект-инфо» и поспешил вернуться к Лене, чтобы успокоить ее. Едва завидев меня, она отложила уборку и тут же начала рассыпаться в извинениях, едва не заплакала. А ведь виной всему была моя дурацкая импровизация с мышью. Нет, чтобы просто пустить мышку на пол.
— У нас мышей здесь не бывает, Александр Петрович. Уж, поверьте мне. Приглашали магов из гильдии Золотого Трилистника — они всех изгнали. Не знаю, откуда эта взялась, — снова пыталась объясниться она. — Не думайте, будто у нас какие-то беспорядки.
Я ее прервал, взяв за руку:
— Лен, все хорошо. Извини, что так вышло. И извини за мою взбалмошную сестру. Давай просто забудем эту маленькую неприятность, — вот здесь я кривил душой. Разве можно назвать неприятность ощущение ее трепещущего тела в моих руках? А этот поцелуй, которым я вырвал ее из оков ужаса от страшной и ужасной мыши? Ведь она даже почти ответила мне. Губы какие мягкие, сочные! Все, хватит об этом!
 
— Да, Александр Петрович. Забудем, — как-то очень неуверенно произнесла она.
— Я сейчас собираюсь в город, не напомнишь, где здесь самая приличная цирюльня и что-то типа гипермаркета? — спросил я, переводя разговор на другую тему. И пояснил: — У меня в памяти провалы после вчерашнего отравления.
— Гипер-мар-ке-та? — по слогам переспросила она.
— Ну, да типа Ашана что-нибудь. Бог ты мой, — я схватился за лоб. В самом деле с памятью у меня не очень. Ну откуда здесь Ашан? — Лавки, магазинчики, где здесь, так чтобы сразу все в одном месте.
— Как же вы не знаете? — она поджала губки. — Ну вот по Николаевской там много всего. Любые магазины. И цирюльни там все хорошие, но дорогие. Если хотите подешевле, то на рынок Елисеевский или в портовый привоз.
— Ах, на Николаевской. Точно-точно. Вспоминаю, — нихрена, разумеется, я не вспоминал. Потому как просто не мог этого знать. Но хоть какое-то направление задано. Нужно пройтись по округе, немного изучить город, чтобы не выглядеть полным идиотом. А то в иные моменты Наташа оказывается права насчет меня.
Наташа… Именно она теперь занимала мои мысли. Да, Леночка очень приятная девушка, к ней влечет, но не более того. А вот Наташа… С первых же минут нашего знакомства выпрыгнула как чертик из табакерки, вцепилась в меня и царапает коготками. И чертик этот, надо признать, на редкость привлекательный. В той жизни, где имелись Ашаны, не было возле меня девочки, привлекательнее ее. О, Перун! Куда же меня снова понесло?! Сестра она мне, как-никак. Наверное, я с этим не смогу смириться.
Надев серые, узкого кроя брюки и светлую шелковую рубашку, я взял из шкафчика деньги и направился изучать город. Анталия… В той жизни здесь я бывал здесь трижды проездом в Сиде и в Белек. Ну вот, познакомимся с иной Анталией поближе.
Городишко, я вам скажу, так себе — не столичных масштабов. И видно в этом мире, странном, настолько, что императором Всея Руси стал аж Ульянов Владимир Ильич, что-то пошло очень не так. А может это у нас не так, где Ашаны с Айфонами? Судить не берусь — рано, при учете моей жалкой подкованности в исторических науках. По Приморской улице, где белели богатые особняки с ухоженными садиками, я без всякой помощи вышел на Николаевскую, широкую, с тенистой аллей и множеством лавок, магазинчиков. Но еще перед тем, как свернуть на Николаевскую, я почувствовал неладное. Меня неспешно обогнал конный экипаж, и сразу после этого появилось дурацкое чувство, что за мной следит. Но, вопрос, кому я нужен? Нет, не так: кому нахрен нужен задроченый сусел? Скорее всего никому. Разве что сестренке, чтобы очередной раз сообщить мне, будто я дебил и ее от меня тошнит. Возможно, ощущение, будто за мной кто-то увязался, было обманчивым, но очень стойким. Я оглядывался много раз: но подишь, разбери, кто там увязался, когда на улице вовсе не мало народа.
В общем, отодвинул я это неприятное чувство и лишь ускорил шаг, спеша скрыться в тени магнолий от дневной жары. Лавки Анталийской волости радовали своим разнообразием: овощи, спелые, отборные фрукты в корзинах, одежды на любой вкус, любой фасон, скобяные лавки соседствовали с магазинчиками превосходной керамики. Часто встречались лотки, где можно угоститься квасом, пивом или вином, не бесплатно, разумеется. И рубль здесь ой в какой цене! К примеру, забавного плюшевого медвежонка я купил всего семь с полтиной рублей. В следующей лавке взял коробку шоколадных конфет и бутылку игристого вина. За все десять рублей тридцать копеек. Конфеты в красной коробке сердечком, я собирался подарить сестренке. Всю дорогу не выходила она у меня из головы. Я дважды нырял в меню, тыкал в «блокнот» и перечитывал:
«Разумовская Наталия Владимировна. Возраст 16 лет. Магические способности в начальном состоянии. Резерв магической энергии 46. Высокие ментальные аберрации. В настоящий момент: сильное волнение, растерянность, удивление, злость. Отношение к вам: н… Объект исчез».