Воин в осаде (СИ)
Рейко, пару дней прыгавшая по всей немалой территории Холда, как карлик, женившийся на великанше, впала затем в очень задумчивое состояние. Сейчас, в быстром темпе изгнав Жерара с Евгением в город, наводить суету и панику на горожан, а заодно и за покупками, супруга пришла ко мне в стихийно организованный кабинет, спугнув отчитывавшегося Накаяму. Одержимый, бросив лишь один взгляд на подозрительно тихо ведущую себя девушку, тут же предпочёл закруглиться, покидая помещение. А я был атакован решительно поджавшей губы женой… в сугубо интимном плане.
Наша сексуальная жизнь кипела, насколько она может кипеть у пары подростков, все-таки дорвавшихся до сладкого, и находящих друг у друга полное взаимопонимание. Ну… относительно полное, насколько оно может быть у молодого человека, постоянно видящего перед собой необходимость находиться весь день на пике интеллектуального и физического тонуса, и девушки, которой хватает в сутки три часа сна для полного восстановления сил, которых у нее и так переизбыток. В общем, иногда, когда выпадала оказия, супруга требовала дополнительных выплат супружеского долга, взимаемых ей с таким энтузиазмом, что вопрос многослойной звукоизоляции нашей будущей спальни передо мной не лежал.
Хотя… нет. Дополнительной звукоизоляцией нужно будет обеспечить каждое помещение, где Рейко может меня отыскать. Впрочем, к повышенному темпераменту жены прилагался небольшой и даже местами милый недостаток в виде желания поговорить после.
— О чем ты думаешь? — тяжело дышащая жена расплылась по моей груди, слегка ковыряя кончиками пальцев один из моих шрамов.
— Ну… — я с преувеличенно серьезным видом встретился с ней глазами, а затем опустил свои ниже, — Например о том, что ты голая выглядишь взрослее себя одетой. Намного… намного взрослее!
Смущенный удар кулачком в бок мог бы прибить крупную мышь… хотя нет, скорее бобра. Закашлявшись и переждав приступ праведного, хоть наигранного гнева, я подумал о том, что японская одежда, даже тот её весьма облегченный вариант, применяющийся в виде униформы студентов Гаккошимы, отлично справлялся с задачей скрывать грудь. Достоинства у моей жены были… действительно королевскими.
— А на самом деле?! — поведала развоевавшаяся и красная супруга, аж лучась плохо скрываемым довольством.
— А на самом деле, сегодня приходит первый поезд из центра, — грустно вздохнул я, — Пять десятков легкораненых солдат, оборудование, оружие, беженцы. Нам со всем этим предстоит разбираться, Рейко… причем вдвоем. Накаяму я этим же поездом отправляю назад в Токио, надолго.
— Зачем?! — села на меня верхом жена, глядя с нескрываемым удивлением, — Он же…
— Да, у нас почти никого не осталось, но именно потому он и едет, — вздохнул я, подавляя своё желание взять сигарету, — Минору-кун единственный, кто среди нас всех хорошо разбирается в людях. Только он сможет отыскать нормальных помощников и слуг, провести собеседование, уговорить приехать сюда, дать клятвы верности.
«Реализовать алмазы» шепотом добавил про себя. У инквизиторов в данный момент были полные руки проблем, чтобы по-прежнему эффективно держать огромный архипелаг под карантином. Богачи, знать, промышленники получили прекрасный шанс покинуть пораженную многими бедами империю, проблема у них была лишь в том, что японские йены и земли сейчас обладали чудовищно низкой стоимостью во всем остальном мире. А вот алмазы, извлеченные мной с демоном из недр канализации, были ценностью вечной.
— Ты же говоришь, что беженцы прибывают к нам прямо сюда?! — продолжала хмуриться супруга.
— И? Мы говорим о тех, кого будем готовы взять под свою руку, милая, — хмыкнул я, — Нужны верные, преданные, умелые. С опытом работы и служения. Вспомни Перрсонов. Они с удовольствием пользовались нашим покровительством, но ушли, даже не предложив хоть какую-то благодарность за ту помощь, что я им уже оказал. Нам, Эмберхартам, такие не нужны.
А еще необходимы мастера, которые смогут залатать «Свашбаклер». С серенитовыми и гладийными частями СЭД-а ничего не случилось, но он, все-таки, не представлял из себя сплошной скафандр. То колдовство, что готовил телокрад, подвергло более нежные и уязвимые детали силового доспеха реактивной коррозии и гниению, которые сделала своё дело, пусть даже и в десятки раз медленнее, чем надеялся дед. Впрочем, в комнате, где оказалось приколото его тело, разъело практически всё до скального основания.
Будь ситуация иной, мне бы пришлось закрываться в Холде и не совать наружу носа, но сейчас, в одном из самых больших подсобных помещений завоеванного мной комплекса, стояло ничто иное, как «Паладин». Привезенный сюда под большим секретом и кучей подписок о неразглашении, данных Распутиным и Сент-Амором, «Паладин» должен был стать козырем против сил, которые могут заинтересоваться главенством в долине. Но я все равно хотел назад свой «Свашбаклер». СЭД без пилота не нужен был сегунату, а вот иметь столь мобильную боевую платформу в местных краях Цуцуми счел делом благим.
— А еще приезжают Ирукаи. Они все твои, — подбодрил я коротышку, начавшую недвусмысленные заигрывания. Не то, чтобы я был против телодвижений супруги, наоборот, сами её манипуляции, да и ракурс, с которого я смотрел на происходящее — всё было очень интересным. Но бывшая Иеками должна была уметь встречать превратности судьбы, а по раздавшемуся от моих бедер полуреву-полустону можно было догадаться, что клан кицуне сероглазую подругу в данный момент радует исключительно с отрицательным знаком.
Оказалось, что огорчать мою ненаглядную в такой щепетильный и ответственный момент жизни — занятие рискованное. Рейко, предвидя множество проблем и сложностей в ближайшем будущем, решила, что напоследок можно как следует отдохнуть. В результате её решения, встречать первый состав с людьми и товарами, я поехал, находясь в сильно утомленном состоянии. Хоть и довольным донельзя.
— Ятагами Рюока, полковник императорской армии, — отдал честь седовласый плотный мужчина, с колючим холодным взглядом. Левой рукой, вместо правой у него была культя от локтя в пустом рукаве, — Прибыли к вам с фронта. 53 легкораненых бойцов, требующих длительной реабилитации, плюс еще 24 солдата, получивших несовместимые с дальнейшей службой ранения. Проще говоря, ампутанты. Инквизитор Праудмур, кугэ Эмберхарт? Предлагаю немедленно уточнить и регламентировать полномочия каждого из нас.
— Добро пожаловать, Ятагами-сан, — кивнул я, вздёргивая бровь в удивлении, — Прямо здесь? Не отходя от поезда?
— Мне дали весьма смутные и расплывчатые инструкции, Эмберхарт-доно, — скривился мужчина, — С одной стороны, по условиям конкордата, всем заправляет инквизитор. С другой стороны, мне недвусмысленно намекнули, что здесь, в долине, ваше слово будет последним. Мои люди не сделают и шага с перрона, пока мы не проясним ситуацию.
Мы с рыжей Праудмур переглянулись.
— Ятагами-сан, — вполне уважительно обратилась девушка к стоящему перед ней ветерану, — Приоритетом ваших дальнейших действий будет фортификация Камикочи?
— Разумеется, — сухо произнес офицер, слегка кивнув, — Если мы придем к согласию.
— Уже пришли, Ятагами-сан, — закуривая, я слегка ухмыльнулся, — Вы руководите, мы вас поддерживаем чем можем и как можем. Вы можете распоряжаться ресурсами Камикочи так, как сочтете нужным, включая и человеческие. Единственным ограничением… нет, рекомендацией, будет не трогать населения хабитатов. В Хагоне около 60 тысяч населения, почти 20 тысяч являются работоспособными мужчинами, пригодными к физическим нагрузкам. Они все ваши, как и сам город.
Мужик определенно был стреляным воробьем еще до того, как ему оторвало руку.
— Надо понимать, что вы оба желаете дистанциироваться от дел в долине? — кисло произнес он.
— Нет, наоборот, — начал опровергать я подозрения полковника, — Мои цели полностью совпадают с вашими приказами, Ятагами-сан, но их, тем не менее, больше. Доверенные вам задачи и цели приоритетны по отношению к остальному, но без достаточной фортификации долины… трудно исполнимы. Здесь должна открыться академия для младших офицерских чинов и фабрика по производству легкого автоматического оружия. Но для начала нам нужно сосредоточиться на защите. Мы просто передаем вам ведущую роль.