Мыс альбатросов (СИ)

Кто-то потянулся к нему, выпростал костлявую пятерню из-за дерева, но смог ухватить лишь край мантии. Грегори не был столь же везуч. Едва миновав участок, он вскрикнул и дёрнул Малфоя назад с такой силой, что порвал ему рукав.
Инфернал набросился на Грега со спины. Гойл отчаянно зачастил руками и завизжал!
Более удачного момента, чтобы скрыться, Драко могло и не представиться. Убраться — и дело с концом!
Аппарация выходила у Драко через раз, но сегодня не могла не получиться. К Мордреду всех! У Забини порт-ключ до замка — сам доберётся, не маленький, а вот Грег…
Три удара сердца — наверное, какой-нибудь отчаянный гриффиндорец сказал бы, что это слишком долго, но ровно столько потребовалось Драко, чтобы развернуться и вскинуть палочку. Инфернал вцепился в плечо Грега зубами. Мерлин, тот так дёргался, что мешал попасть в цель.
— Ритусапра! — донеслось откуда-то сверху.
Голова инфернала мотнулась назад. Руки безвольно опали, исчезнув с шеи Гойла, и тот рухнул на колени. Грег шарахнулся к Малфою; не успев подняться на ноги, он буквально пополз навстречу Драко.
Блейз спрыгнул с широкого карниза и взмахнул палочкой. Решётки водостока со скрежетом вылетели из креплений и опутали мертвеца металлическим обручем, припечатав к земле.
Забини спрятал палочку в рукав мантии и удовлетворённо улыбнулся.
«Даже в патовой ситуации этот франт умудряется выглядеть элегантно», — раздражённо подумал Драко.
— Ты все-таки жив, Малфой. Замечательно.
— Где тебя носило?
— Я наблюдал, — лаконично ответил Блейз. — Поднимайся! — рявкнул он, рывком поставив Гойла на ноги. — Ну же!
— Как ты узнал, что мы здесь?
— Вы пронеслись мимо моего глаза-шпиона. Ваши пятки так ярко сверкали, что я не мог это проигнорировать.
Забини в своём репертуаре. Ему бы только шутки отмачивать. Драко захотелось дать ему в глаз, вот только чернота в другом конце переулка тревожно всколыхнулась, наполнившись жутковатым шаркающим звуком, будто кто-то внутри неё двигался к ним, приволакивая ногу. Столкнуться с этим «кем-то» воочию Драко не намеревался.
Блейз похлопал себя по карманам. В другой ситуации Малфой бы порадовался — нечасто увидишь растерянность на его смазливой физиономии.
— Где порт-ключ?
— Нет его! — рыкнул Блейз.
Во рту Драко мигом пересохло.
— Выронил?!
Выронил, мерзавец, пока порхал по крышам, изображая ночную фею.
Блейз поджал губы, а Гойл, прижимая ладонь к ране на шее, жалобно протянул:
— Только не бросайте меня тут.
— А что бы сделал ты на нашем месте, Грег? — жёстко спросил Забини. — Оставил бы нас здесь?
«Соври, олух ты здоровенный!» — мысленно воззвал Драко, но Гойл, как он знал, не был легилиментом, да и лжец из него паршивый. Балласт. Балласт, который Драко придётся взвалить себе на плечи — всё равно что тащить в гору чугунный котёл, наполненный камнями.
Грегори молчал, уткнувшись взглядом в землю.
— Если подадим сигнал, неизвестно, кто явится на помощь, — произнёс Драко. Нутро подсказывало, что «свои» не рванутся к ним на выручку ни по первому зову, ни по сорок первому. — Порт-ключ зачарован от манящих чар, на «Акцио» не прилетит.
— Селвин нас на клочки порвёт! — вставил Грегори.
Драко скривился. Уж лучше бы Гойл и дальше молчал, честное слово.
— Есть что добавить?
— Мы в заднице, — с пугающим спокойствием констатировал Блейз, — но это не значит, что я поддержу вашу истерику. Бери его с другой стороны, Драко, — распорядился он, поднырнув Грегу под правую руку. — И потащили!
— Ты серьёзно?
— Живо, Малфой!
— Под ноги смотри, вдруг порт-ключ найдётся, — откликнулся Драко в ответ. — А что Поттер?
— Не видел я вашего Поттера, — прокряхтел Блейз. — Ни его, ни Грейнджер, только придурковатых близнецов Уизли.
Ничего удивительного. С чего вообще кому-то пришло в голову, что Избранный очкарик тут появится? Или Грейнджер с фальшивым мечом Гриффиндора. Драко понятия не имел, что он сам здесь забыл. Зачем ему видеть кровь, боль и смерть? К чему слышать крики магглов? Он не мог им помочь, не мог ответить. Шагнёт не туда, скажет не так — окажется на их месте, полируя носом паркетный пол в собственном доме. Тёмный Лорд не скупился на Круциатусы. Драко усвоил, каково это: крутиться под лучом заклинания в горячечном бреду, кусать губы, рвать связки, сдирать ногти, царапая пол…
 
Поттера здесь нет. Повелитель будет недоволен. Драко пробил озноб от одной мысли об этом.
— Светает, — сказал Забини, стерев пот со лба.
Драко поднял глаза к небу. Выглядело оно так, словно невидимый зверь драл его когтями, разрывая серый облачный саван. Чёрное облако, похожее на перо мифической птицы, пронеслось по воздуху, пропахало светлеющий горизонт и скрылось вдали.
Гойл при его виде напрягся, как и сам Драко.
— Это не Лорд, — произнёс Блейз.
— Не он, — согласился Драко. — Лестрейндж.
Забини презрительно фыркнул.
— Удирает.
— Значит, и нам пора.
У мусорного бака что-то призывно блестело. Малфой не удивился, первым признав в вещице порт-ключ в виде луноскопа. При падении у прибора треснула линза, но изъян ничуть не уменьшал его ценности.
— Туда! — воскликнул Драко, сворачивая к контейнерам.
Подтащив Гойла к баку, Забини поднял порт-ключ.
— Борода Мерлина, Малфой! Как ты умудрился разглядеть порт-ключ в темноте? — изумился Блейз, широко улыбаясь. — А говорил, что за снитчем трудно уследить. Можешь же, когда хочешь.
— Ну и козёл же ты, Блейз!
— Больше не буду называть тебя молью-слепошарой.
— Когда это ты меня так называл?
— В Хогвартс! — запыхавшись, просипел Гойл. — Давайте убираться отсюда.
В школу Драко возвращаться не хотелось, домой — тоже, но он так давно не видел мать…
— Уходите без меня.
— Решил остаться? — Забини оторвался от настройки луноскопа для перемещения. — Так понравилось?
— Я отправлюсь домой, в мэнор.
— Так ты умеешь аппарировать? — искренне удивился Блейз.
— Конечно, умею, — раздражённо ответил Драко.
Забини странно посмотрел на него, но ничего не сказал.
Только когда однокурсники исчезли в пространственном вихре, Драко сообразил, что к чему, и ощутил жгучую обиду. Блейз посчитал, что он возится с Гойлом лишь по одной причине: потому что не умеет аппарировать. Забини не сомневался в его бессовестности, он и мысли не допустил, что Малфой может переживать о чём-то, кроме своей задницы. От захлестнувшей душу злости, от стыда, от обиды хотелось лезть на стену и кричать, кричать, кричать: «Я не такой!»
Два человека возникли перед ним совершенно неожиданно, выскочив из-за очередного поворота в нескольких футах от Драко. Капюшон слетел с головы того, что был ниже ростом, явив копну каштановых волос, отливающих багрянцем под лучами встающего солнца.
Грейнджер! А с ней уж не Поттер ли? Нет, шрамоголового Драко мог узнать за милю.
Грейнджер не видела его, как и её спутник. Это шанс отличиться! Напасть со спины не так уж дурно — только недотёпы гриффиндорцы верят в честные поединки.
Драко сглотнул ком в горле. Рука затряслась, налилась свинцом. Палочка стала непомерно тяжёлой. С её кончика сорвалась слабая искра и, на секунду зависнув перед носом Малфоя, растаяла в воздухе, сливаясь с утренним туманом. Драко медленно моргнул, проследив за ней, а когда перевёл взгляд на то место, где стояла Грейнджер, однокурсницы там не оказалось.
Может, оно и к лучшему.
Ждать больше было нечего, так что Драко зажмурился и аппарировал.
Чугунные ворота Малфой-мэнора вынырнули из утреннего сумрака трепетным кружевом теней. Драко дотронулся палочкой до груди и пробормотал дезиллюминационное заклинание.
 
— Теперь ты стеклянный человечек, — говорила мама, когда они играли в прятки и она накладывала на него хамелеоновые чары. Драко было пять. Домовые эльфы искали его по всему поместью. Добби — самый пронырливый и недалёкий из них — находил маленького хозяина чаще остальных, отчасти поэтому Драко его недолюбливал. Остальные эльфы могли искать юного хозяина часами.