Стефан в гостях у ведьмы (СИ)

«Он здесь! Ну, конечно, я и сам чувствовал это. Маричка в опасности, а я здесь лясы точу с этой курицей».
— Мне пора, — кинулся к двери Стефан.
— Не оставляй меня! — испугалась Каролина, кидаясь за Каменецким и снова цепляясь за его рукав.
— Я смогу тебе помочь, — отстранился от Каролины Стефан, — есть один верный способ, им еще мой дед пользовался, когда пытался спастись от цепких рук деспота Игнаца. И уясни сейчас раз и навсегда, — Стефан серьезно посмотрел на бывшую любовницу, — ты сможешь вырваться отсюда, только если будешь делать все так, как я скажу. Сделаешь по-своему, пеняй на себя.
— Я согласна, — шмыгнула носом Каролина.
— Тогда жди, за тобой сейчас придут, — и Стефан, шагнув за порог, поспешно затворил за собой дверь, поворачивая ключ.
Михась терпеливо ожидал в коридоре.
— Ну чего там? — с явным интересом спросил он у Стефана. — Может придушить падлюку, ну чтоб чего не наболтала? — по-доброму так предложил он хозяину.
«Здесь, в замке, ты его не узнаешь», — полетело в голове господаря.
— Слушай, Михась, а помнишь, я тебе поэму читал про лебедей?
— Ну, — сразу насторожился денщик.
— А чем там заканчивалось все, напомни? — вопросительно уставился на него Стефан.
— Да как обычно у вас бывает — померли все, — не моргнув глазом выдал Михась.
— Да нет, — покачал головой Стефан, — в этой все живы остались.
— Ну и такое бывает, — проворчал Михась, — а что, паненка стишки почитать просила? — подмигнув, кивнул денщик в сторону запертой комнаты. — Я по тебе прежнему, хозяин, тоже шибко скучаю, спокойней жили.
— Ладно, ступай на пир, я скоро приду, — махнул рукой Стефан.
— А сторожить не надо? — услужливо предложил Михась.
— Не надо, — лениво произнес хозяин.
Оставшись в одиночестве, Стефан на несколько мгновений замер в раздумьях: «Если нельзя доверять мужикам, значит надо довериться бабам. Эти-то точно не Вепрь», — и молодой господарь зашагал на кухню, где пышнотелые кухарки орудовали ухватами.
  
Глава XIX. Подозрения по кругу
 
«Как я мог любить эту женщину, где были мои глаза? Где?!! А ведь, если бы она не заартачилась, а согласилась сразу, не набивая себе цену, я был бы уже женат на ней, непоправимая дурь, — от раздражения Стефан даже заскрежетал зубами. — Всегда делал то, что первым в голову лезло, а так нельзя, не продумаешь все, сгинешь. И сегодняшнее венчание туда же присовокупить следует: выбрал чудо невесту — ведьма с пауками в шкафу, сама не знает, чего хочет, и меня, настоящего, готова на тот свет спровадить. Это ничего, что пока решиться не может, жене завсегда мужа проще укокошить — с охоты на день позже обернулся, побрякушку очередную не купил или там на какую служанку случайно засмотрелся — все, пропадай. Может и вправду не следует спешить с супружескими правами, а сперва присмотреться, что за чудо теперь моей женой зовется?»
У крытой галереи Стефана перехватил Адамусь, разодетый в лучшие одежды и сверкающий каменьями и златом.
— Где ты бродишь?! — сразу зашумел он на господаря. — Гости уж за столами расселись, еда стынет, за молодой женой пора идти да на пир.
— За молодой женой — это куда, в шкаф? — шуткой отозвался на ворчание старикана Стефан.
— У чулана жди, — буркнул Адамусь, — и переоденься, ходишь в рванье как приблудный, и так с тобой позора хлебнул. Нечего надеть своего, так пришли, я чего подберу. Кафтан Яворонков у тебя должен быть, воротить забыл, так в него обряжайся.
Хранитель и до этого не проявлял к Стефану должного почтения, а теперь и вовсе распоясался, позволяя себе покрикивать и приказывать «самозванцу». «Надо будет его завтра на место поставить, сегодня уж ладно, пусть покомандует вволю, все-таки почти дочь в неизвестно чьи руки отдает», — пожалел старика господарь.
Стефан прошел в опочивальню, раскрыл дорожный сундук и, отложив чужие одежды, извлек свой собственный дорогой жупан, подарок матушки. Зеленая парча выгодно обтянула стройную фигуру. Немного помедлив, господарь перед зеркалом срезал казацкий оселедец и сбрил пышные усищи, оставив тоненькую ниточку щегольских усиков, всмотрелся в свое изменившееся отражение. Впереди его ждала опасная многоходовая битва, ее азарт уже бурлил по венам.
 
Молодая жена вышла не из чулана, а в сопровождении воркующих служанок выпорхнула из небольшой боковой двери. Покрутила головой и застыла, изумленно рассматривая Стефана. Маричка тоже преобразилась — вытканное узором золотых кленовых листьев голубое платье струилось до пола плавными складками, образуя позади небольшой шлейф, темно-русые волосы подобраны вверх красивой короной и скреплены золотыми шпильками, шею обвивало ожерелье из так нелюбимого синеглазой янтаря. Наверняка, старый филин заставил племянницу надеть родовое украшение. Теперь легко можно было поверить, что перед тобой правительница большого края, а не лесная ведьмочка.
Стефан протянул руку, приглашая жену вложить в нее мягкую ладошку, но Маричка медлила:
— Зачем ты побрился, теперь ты очень похож на него? — расстроенно прошептала она.
— Похож на того, кому ты гадала старухой в хижине? — усмехнулся Стефан.
Маричка вздрогнула и отступила, наступая себе на шлейф. Стефан быстро схватил ее за руку, не давая упасть, жестом приказал служанкам уходить и повел молодую жену по крытой галерее.
— Откуда ты знаешь про хижину? — зашипела на него Маричка, пытаясь вырвать руку.
— Ну, когти и волосы я у тебя в шкафу видел, зубы гнилые, положим, тоже можно чужие вставить или свои зачернить, а вот как ты такую бархатную кожу в морщинистую превратила? — смело поцеловал он белую ручку, от чего Маричка зарделась.
— Воск да глина, тоже мне сложность, — фыркнула она, пряча смущение. — Это был ты! Тебе гадала, я теперь в этом уверена, — она снова попыталась вырвать руку.
— Конечно мне, я как раз проверял — сойду за королевича или нет, так даже вон ведьмачка поверила, — подмигнул Стефан молодой жене.
— Я не ведьмачка, я знахарка, все женки в роду Яворонов умели лечить, и я должна, — обиженно надулась Маричка, но вырываться перестала.
— Пауками и кузнечиками лечить? — не сдержался и хохотнул Стефан.
— Болезнь нужно хорошенько испугать, чтобы она из тела вон выскочила, — пояснила жена.
— Да лишь бы и душа вслед за ней не засобиралась, от пауков немудрено, — продолжал потешаться Стефан.
Маричка ничего не ответила, весь ее вид показывал — чего с дураком спорить. Стефана это немного задело.
— Как ты узнала, что перед тобой в лесу королевич? — уже серьезным голосом спросил Стефан.
— Верные люди показали, — горделиво отозвалась она.
— Верные — не значит умные, — попытался окончательно отвести от себя подозрения Стефан. — А зачем ты вообще одна в такую даль поехала и так рисковала? Зачем?
Молодожены уже подошли к тронной зале, сейчас перед ними распахнется дверь, и они попадут на свадебный пир. Выяснить все нужно сейчас. Стефан вопросительно уставился на жену.
— Я не одна, как ты думаешь, у меня тоже войско есть… правда маленькое, — потупив взор, произнесла Маричка, — они меня охраняли. А не поехать я не могла. Благородство не позволяет без предупреждения нападать, а мне надо месть сотворить. Я тебя и предупредила, а думала, что его, — огорченно вздохнула женушка.
«Ну, ничего, возможность еще представится», — про себя тоже вздохнул Стефан и махнул слугам растворять двери.
Спешно собранные гости разом смолкли и удивленно уставились на вошедшую пару. Давящая тишина нагнетала напряжение. Шляхтичи Ковальского хлопали глазами, переводя взгляды с господаря на господарыню. Местные паны косились на Марию, для них явление наследницы тоже, как видно, было неожиданностью. Адамусь нервно теребил кисти кушака.
 
— Долгая лета молодым! — громогласно проорал Хлын, по красному лицу наместника легко можно было догадаться, что он уже хорошенько поддал.
— Долгая лета!!! — дружно грянули шляхтичи.