(не)родной (СИ)

— Ты почему не подождал, Денис? — возмутилась Мила.
— А зачем я ждать вас должен?
Мила сглотнула и сжала ручку Алисы в своей руке. На небе сильно сгустились тучи, что даже страшно стало, ведь вот-вот польёт дождь.
— А отвезти нас? Денис, автобус будет через три с половиной часа, а на такси у нас денег нет.
— А меня это должно волновать? Я сказал тебе, что у моей Карамельки маникюр. Не услышала? Твои проблемы, Люда-а-а! Всё! Я отчаливаю. Желаю счастья. А тебе, мелкая, желаю найти отца. Жаль, что так вышло.
Не жаль. Ни черта ему не жаль было. Мила стояла, словно вкопанная и слова сказать не могла. У неё слёзы из глаз прыснули, и дыхание тут же участилось. Всхлипнув, она выдавила улыбку.
— Давай немного погуляем по городу, малышка? — спросила она у дочери.
Денис оглянулся на прощание, и даже показалось, что в его взгляде мелькнуло сожаление. Возможно, он впервые в жизни почувствовал себя любимым и теперь шёл на поводу своей «Карамельки», только бы не лишиться ощущения полёта… Вот только эффект этот недолго будет длиться, а когда поймёт, что вместо сладкой «конфетки» ему досталась гадкая дрянь, умеющая манипулировать людьми, будет поздно.
  
Глава 8. Страшная правда
 
Руслан не желал оставаться дома. Он чувствовал себя обманутым и не хотел смотреть в глаза матери. Лариса ушла на работу, а внутри расползалась пустота и чернота от неправильности происходящего.
— Руслик, ну перестань ты обижаться! Посмотри, как Ларочка тебя любит! Я же видела, как ты там страдаешь. Людочка хорошая девочка, но вы не можете быть вместе. Она твоя сестра.
— Ты уверена, что ничего не путаешь, мама? Я люблю её! Люблю Милу! Я сплю и вижу её в роли своей жены и матери своих детей!
Мама в мгновение побледнела и присела на диван.
— Она твоя сестра! Вы не можете иметь детей. Да, я тебя обманула про Ларочку, но я не вру о вашем родстве с Милой! Вы брат и сестра по отцу! Вы не можете быть вместе с ней. Слышишь ты? Не мо-же-те. И если ты не веришь мне, то сделай тест ДНК! Я в своих словах уверена.
— Я не могу, мама… Не могу! Я хочу к ним, к ней хочу. Это аномальная тяга, которая обжигает лёгкие. Я смотрю на Лару и понимаю — так дальше продолжаться не может. Я не люблю её!
— Привыкнешь! Стерпится-слюбится! Она ребёнка родит, и будет у вас семья полноценная. Она тебя любит, это главное. Она поможет тебе забыть Милу.
— А я не хочу забывать. Я сейчас сяду на машину и поеду туда, за сестрой и племянницей. Я их заберу и буду помогать им. Жить ради них я буду, мама!
— Русли-и-ик!
— Мама-а-а! Скажи, почему я не могу их забрать, если она моя сестра? Я не оставлю её одну там, без поддержки.
— Куда ты её привезёшь? Сюда? В квартиру Ларочки?
— Нет, мам, я выселю квартирантов и привезу её в свою квартиру.
— Господи, да что же ты не уймёшься-то?
Руслан не слушал дальше. Он позвонил квартирантам и предупредил, что квартиру нужно будет освободить за сутки, а он оплатит им компенсацию в виде месячного платежа. Они особо и не сопротивлялись, вероятно, было куда пойти на время. Не слушая маму, что пыталась изо всех сил остановить, поспешил к гаражу, завёл свою машину и решил, что будет гнать на максимальной скорости и приедет уже завтра к любимым девочкам.
Добрался к полудню следующего дня до деревни. На звонки Лары не отвечал, не знал, что ей сказать. Он понимал, что ничего не сможет поделать со своей этой нездоровой любовью, а обманывать ту, что к нему со всем сердцем, не мог. Нужно было подать на развод.
Он приехал к дому Милы, а соседка покачала головой и пожала плечами, при этом выглядела счастливой, словно новость мира сейчас скажет.
— Так уехали они, Руслан. Денис приехал и забрал их. И Милу. И Алиску.
Сердце рухнуло вниз. Руслан не понимал, как она могла простить мужа за дерзость, за такое отвратительное отношение к ребёнку?! Он не верил, что Мила уехала, она же ждать обещала. Сердце бешено билось в груди, и он пошёл к дому. Знал, где Мила оставляла ключи раньше, но заметил, что двери открыты. Потянул ручку на себя и вошёл внутрь. На табурете валялась пачка каких-то бумаг. Сам не зная зачем, словно ведОмый невидимой силой, он присел и взял их в руки, надеялся, что там послание какое-то от Милы, может, она письмо оставила для него, где объяснила, почему уехала, а потом прочёл первые строки и с ума чуть не сошёл. Он вчитывался в эти результаты ДНК теста, и буквы начали плыть перед глазами. Всё тело било от лихорадочного озноба, от нахлынувшего сумасшествия — Алиса не дочка Дениса. А если она не его дочь, то спустя семь лет Мила могла вырастить только его ребёнка.
 
ЕГО.
Девочка с этим искренним взглядом, которую полюбил сразу же, как только увидел.
ОНА. ЕГО. ДОЧЬ.
Все мысли в голове спутались, они отказывались формироваться во что-то цельное. Даже слёзы на глаза навернулись. И Руслан подумал, что плевать на эти родственные связи, о которых никто, кроме них самих, знать не будет. Он женится на Миле, несмотря ни на что и будет растить ИХ дочку.
Сколько времени он сидел, пытаясь осознать и принять правду, он не знал. Уже успело стемнеть, а он всё сидел и сдвинуться не мог. Не спал сутки, и теперь перед глазами тёмные пятна мелькали, но он хотел поехать в город и найти Дениса, забрать у него своих девочек. Только поднялся на ноги, и они зашли в дом. Промокшие до ниточки. Его девочки.
— Я его убью, — прошептал Руслан.
Говорить ничего не нужно было, сразу дошло, что Денис заставил их ехать в город, чтобы развестись как можно быстрее, но почему не привёз их обратно. С ребёнком. Урод. Руки стали сжиматься в кулаки.
— Дядя Руслан! — Алиса кинулась к нему, а он её на руки подхватил и прижал к себе.
— Моя! Моя девочка, — шептал он.
Мила и Алиса переодевались, а он уже готовил им чай с лимоном и малиновым вареньем. Телефон отключил, предварительно отправив Ларисе сообщение о том, что поговорят по его возвращении домой.
«Поговорим через пару дней, как только вернусь домой. Пожалуйста, не делай глупостей».
Он знал, что маму его Лара не прогонит, да и на развод вот так сразу не согласится, будет пытаться бороться, чтобы сохранить семью. Семью, которой и не было, по сути, никогда, лишь иллюзия счастья.
Чай пили молча. Сложно было подобрать какие-то слова. Руслан не знал, сказала ли Мила дочери правду о том, что он её отец. После чая накормили вместе с Алисой Принца, и девочка легла спать, а Руслан долго наблюдал за ней с улыбкой на лице.
Выйдя вместе с Милой на кухню, чтобы не мешать малышке спать, взял за руки любимую женщину. Сестру. И заглянул ей в глаза.
— Я не знаю, что это такое… Природой заложено не любить кровных родственников, но я ничего не могу поделать с собой! Алиса моя дочь. Наша. Я хочу, чтобы мы жили как семья. Ей необязательно знать о нашем родстве. Придумаем историю с какой-то глупой ссорой, недомолвками, и будем жить вместе. Давай поженимся?
— Руслан, я так не могу… Не могу, — прошептала Мила и поджала губы. — Мы ведь знаем, кто мы друг для друга, как с этим жить?
— Мила, не отталкивай меня. Я же задыхаюсь без тебя. Я думал, что чувства сдохли внутри, когда ты прислала эти фотографии. Я пытался выцарапать тебя из сердца, но ничего не вышло! Я тебя люблю! Как жить с этим?
— Я не знаю, Русечка, не знаю. Я сама не могу ничего поделать с чувствами, но ты же понимаешь, что это всё неправильно. Я хочу сделать тест, чтобы убедиться, что Денис не обманул. Он мог подделать эти результаты, чтобы развестись и отказаться от нас с Алиской.
 
— Нет! Я не хочу верить в это. Я хочу, чтобы она была моей дочерью. Слышишь? Хочу, чтобы вы были моей семьёй! Раньше ведь роднились братья и сёстры, чтобы не смешивать кровь, и ничего…
— Это было раньше.
Руслан больше не мог вот так стоять и не прикоснуться, когда всё тело ныло, тянуло к ней. Он сделал шаг вперёд и уже не смог остановиться, притянул Милу к себе за талию и впился в её губы, словно обезвоженный организм, льнувший к источнику влаги. Он целовал её, а она отвечала, заливаясь слезами и всхлипывая. Мила целовала в ответ, зарываясь своими пальчиками в его волосы и сводя с ума, лишая остатков разума. Если бы не усталость, то Руслан не смог удержаться, унёс бы её в другую комнату, чтобы насладиться близостью с единственной женщиной, которую он желал и желает.