Вкус страха

— Сам прекрасно знаешь. Но если уж ты хочешь поиграть в загадки, то пусть будет по-твоему. «Я же просил тебя разговорить его», — сказала она, повторяя слово в слово сказанное им по телефону. — Или как насчет «скажи ему, что если окажется, что он соврал, то мы…»? — от этих слов у нее до сих пор бегали мурашки по коже.
Неужели Сэл угрожал кого-то убить?
Это невозможно. Но она подумала, что Дэнни бы это исполнил. Он всегда исполнял то, что приказывал начальник. В этом она была уверена. Он бы без колебаний убил даже беззащитную старушку, если бы так распорядился Сэл.
— «То мы» что, Сэл? — снова спросила она.
Он равнодушно посмотрел ей в глаза:
— Дон Си — старый упрямый осел. Я приказал Дэнни слегка его поколотить. Если он соврал, Дэнни поколотит его еще немного. Вот и все.
Она покачала головой:
— Нет, то, что ты сказал, и то, как ты это сказал… Все куда хуже.
— Скарлетт, тебя послушать, так это все выглядит каким-то чудовищным. Боже, если я и скрытничал, так только потому, что не хотел, чтобы это все слышал Купер. Ведь Купера это не касается. К тому же я знал, что ты от этого только сильнее разнервничаешься, и сейчас вижу, что не ошибался.
— Я слышала то, что слышала, — упрямо сказала она.
— На этот раз ты дала маху.
— Что Дон Си рассказал Дэнни?
— Назвал имя человека, устроившего пожар в «Принце».
— И тебе нужна была эта информация, чтобы?..
— Ты на что намекаешь?
— Дэнни ведь убьет его, верно?
— Дона Си?
— Кого угодно! — выпалила Скарлетт. — Дона Си. Того поджигателя. Я не знаю! Не держи меня за дурочку!
Сэл пристально посмотрел на нее, потом отвернулся. Он стащил с себя пиджак и флисовый свитер, лениво порылся в чемодане с одеждой, выбрал кашемировый свитер и натянул его поверх белой майки. Наконец, он снова посмотрел на нее.
— Я пошел в другую палатку, — сказал он нарочито спокойным тоном, который так бесил Скарлетт.
Она встала у него на пути:
— Никуда ты не пойдешь!
— Сейчас я с тобой об этом разговаривать не буду.
Ты не в себе. Почему бы тебе не прилечь ненадолго?
— Только не надо демонстрировать заботу, Сэл, — холодно ответила она. — Кто ты такой?
— Кто я такой? — фыркнул он, и в его глазах блеснули те опасные огоньки, которые она видела только во время самых яростных ссор. — Хочешь знать, под каким именем меня знают на улицах? Мою тайную личину? Или хочешь увидеть тот костюм, который я надеваю по ночам, чтобы ходить по любовницам и убивать людей? Потому что дело ведь в этом, верно? В той интрижке? Ты все никак не можешь ее простить, так ведь? Ты никогда этого не простишь. И никогда больше мне не поверишь. Всякий раз, когда что-нибудь происходит — задержка в офисе, командировка, разговор по телефону с Дэнни, ты сразу думаешь о худшем. Заколебало! Я сыт этим по горло!
Он отодвинул ее плечом. Скарлетт даже не обернулась ему вслед. Она услышала, как вжикнула молния на входе в палатку, Сэл вышел, но, сделав несколько шагов, остановился.
— Я хотел узнать имя того, кого Дон Си нанял, чтобы убить меня. Чтобы сдать его полиции, бросил он и двинулся дальше.
Скарлетт нахмурилась. Стоило ей услышать, как Сэл сказал Дэнни, чтобы Дон Си стал поразговорчивее, в голову полезли десятки мыслей о жестоких методах допроса. Теперь же уверенность вдруг оставила ее. Неужели она неправильно поняла? Объяснение Сэла звучало вполне резонно. Оно было простым и логичным. Настолько простым и логичным, что она удивилась, что это не пришло в голову ей самой.
— Погоди, — сказала она, обернувшись.
Сэл остановился и повернулся к ней. Солнце висело у самого горизонта, и фигура Сэла четким контуром выделялась на огненно-оранжевом фоне.
— А что насчет Дона Си? — спросила она. — Что Дэнни сделает с ним теперь, когда ему известно имя нужного человека?
— Может, даст ему немного поспать? Откуда мне это знать?
— Дон Си у себя дома?
— Конечно. Дэнни пошел прямо к нему. Где ж ему еще быть?
Скарлетт не знала, что и думать. Может, он и правда дома, но висит, привязанный за ноги, на чердаке или в подвале? Боже… Она уже ни в чем не была уверена. На нее вдруг навалилась ужасная усталость.
 
— Дэнни бил Дона Си прямо на глазах у семьи?
— Ему семьдесят шесть, и у него никого нет. Остатки злости и подозрительности улетучились.
— В любом случае, — деловито продолжил Сэл, — я собираюсь немного выпить. Скоро ужин. Пойдем вместе, если хочешь.
Скарлетт смотрела ему вслед, пока он шел по исчерченной тенями траве к палатке, служившей столовой. Никогда в жизни она не была так рада ошибиться. Сэл — это просто Сэл. Не вожак банды мстителей, устраивающей самосуд по собственному усмотрению. Это точно не про него.
О чем она только думала?
Она покачала головой. Сэл был прав. Она просто использовала прошлое, чтобы объяснить настоящее, что было не совсем честно. Да, ее муж наломал дров, и немалых. Но он совершенно искренне извинился и лично перед ней, и публично перед прессой. Он хотел начать все сначала. После долгих внутренних колебаний Скарлетт решила, что и ей тоже этого хочется. Хватит припоминать ему этот роман. Она должна или довериться ему на все сто процентов, или не доверять больше вообще, и решать нужно как можно скорее.
С этими мыслями она пошла следом за ним через сгущающиеся сумерки.
* * *
Палатка-столовая внутри была залита теплым светом свечей, а снаружи трепетали на ветру оранжевые языки факелов высотой в человеческий рост. Солнце уже совсем зашло, и на небе появились звезды, блестевшие россыпью бриллиантов на темном бархате. Воздух пах свежестью, первозданной чистотой и бодростью. Откуда-то из колонок доносилась классическая музыка — кажется, прелюдия и фуга фа-диез минор Баха. Именно эти приветливые и расслабляющие звуки Скарлетт и хотела сейчас слышать.
Сэл стоял под нависшими ветвями большого дерева. В одной руке держал стакан виски, в другой — сигару. Вид его выражал спокойствие и уверенность, словно расстроить его было не по силам никому, даже жене, обвинявшей его в пытках и убийстве.
Боже, какая же она дура!
Купер колдовал над дымящейся жаровней. На его длинном белом фартуке красовалась надпись: «Не лезь под руку шеф-повару!» Когда он пригласил Скарлетт и Сэла к столу, она импульсивно предложила поужинать всем вместе. В конце концов, было Рождество. Купер сказал, что это отличная идея, и приставил к столу еще один складной столик и пару стульев. Кит подал огромные порции острой тушеной курицы с соусом из йогурта и кускусом. Он открыл бутылку шар-доне пятилетней выдержки и, по просьбе Скарлетт, бутылку местного джина «Киньяги».
Купер вел разговор в своей обычной бесшабашной манере, повествуя о заграничных приключениях от пустынь Австралии и Азии до двухмесячного пребывания среди бесплодных льдов Антарктиды. Он как раз дошел до середины рассказа о том, как взбирался на замерзший водопад в Швейцарии, когда Сэл извинился и вышел в туалет. Скарлетт обратила внимание, что Купер посмотрел ему вслед.
— В последние пару дней он получил много неприятных известий, — сказала она, пытаясь объяснить отчужденность Сэла. — Он сам не свой.
— Я примерно так и понял по его телефонному разговору на шаре.
— Да, это была одна из проблем.
Как давно вы поженились, простите за бестактность?
— Примерно четыре года назад.
— Он намного старше.
— На тринадцать лет. А вы, Купер? Вы женаты?
Он ухмыльнулся:
— Да кто ж пойдет за такого урода?
— Я тоже не женат, — вставил словечко Кит. — Так что, если кто-нибудь из ваших звездных подружек ищет себе мужа — силача, красавца и сына вождя, расскажите ей обо мне.
Их хохот прервал крик. Это был голос Сэла.
Все вскочили. Скарлетт первой выбежала из палатки и начала осматриваться, но не могла ничего разглядеть за пределами освещенного лагеря.
— Сэл! — крикнула она. — Сэл!