Рабство. Маги. Суета (СИ)

Через несколько дней караван вернулся в деревню, из которой меня совсем недавно увезли. Здесь не изменилось ничего, разве что стена стала чуть выше.
Меня без проблем пропустили внутрь крепости. Едва я переступил порог дома, как меня встретил его хозяин — пожилой седовласый орк.
— Ну, с чем пожаловал, раб?
— Я не раб. Я вернулся, чтобы забрать своих друзей. Что ты хочешь за них?
— Друзья, как я понимаю, это Марон, Терн и как же его… Олаф! Точно. Хочешь забрать всех?
— Да.
— Ну что ж, по двадцать золотых за каждого и можешь забирать.
— У меня нет столько денег.
— Ну тогда нам не о чем разговаривать, не-раб.
— Чего ты хочешь, орк? Рабы не стоят таких денег, ты это прекрасно знаешь. В столице, на рынке, я узнал цены на рабов. Даю тебе по три золотых за каждого и на этом расходимся.
— Ха-ха-ха. Какой наглый человечек. Нет, так не пойдёт. Давай поторгуемся. Твоя жизнь в обмен на них. Они будут свободны, а ты вновь станешь моим рабом.
— Не мели чушь, орк. Я никогда больше не стану рабом. Я и так, проливая кровь на арене, заработал для тебя немало золота. Сделай более приемлемое предложение.
— Дуэль, мой мальчик, я хочу дуэли с тобой. Бой на мечах. До смерти. Всё по-честному.
От предложения пахло жареным. Видимо, было не очень благоразумно появляться здесь после всего. Чем-то моё появление не понравилось старому орку, очень не понравилось. Наверное, он надеялся, что я не выживу после праздника. Действительно, не попадись мне ящер, обучивший меня азам боя на мечах и следивший за моей дисциплиной, меня бы здесь не было. Штатный инструктор школы гладиаторов обучал из рук вон плохо.
Да, я смог победить в двадцати четырёх боях на арене. Но это были всего лишь испуганные подростки, которых с детства насильно заставляли браться за меч. Сейчас же мне предлагал дуэль воин, прошедший сквозь жернова войны, матёрый убийца и душегуб, на счету которого были сотни жизней. Да, он состарился и ослаб, но это ненамного снизило его боевые навыки.
Он желал моей смерти, его раздражало то, что он отправил меня умирать, словно прокажённого, надеясь при этом выручить хотя бы немного золота. Я для него был уже мёртв, а теперь восстал, словно феникс из пепла. Я должен был надолго стать для его рабов примером того, что случается с непокорными, но я кроме того, что остался жив, ещё и получил желанную свободу, и объявился здесь, чтобы дать свободу другим. Плохой вышел пример. Жаль, я раньше об этом не подумал. Теперь он постарается сделать так, что я всё же не выйду из его крепости. Если откажусь от дуэли — подстроит так, что я погибну. Либо скажет, что после моего визита у него что-то пропало, и вновь упечёт меня в рабство за воровство, а там уже сможет сделать со мной всё, что захочет. Либо отправит воинов, чтобы убили меня в степи.
Пришлось согласиться на дуэль. Шансы на победу хоть и маленькие, но были. Дуэль должна была состояться вечером, так что у меня было время на подготовку. Я решил навестить своих друзей, посоветоваться с ними о тактике предстоящего боя.
Они всё также копали глину на берегу реки, Терн был за десятника, но работал наравне со всеми, а не отсиживался в сторонке. Увидев меня, они от радости побросали мотыги и побежали ко мне.
— Саян!
— Ты вернулся! Ты жив!
— Привет! Как ты, Саян?
— Друзья. Вот что. У меня всё хорошо, я пережил праздник Светила, убил своих врагов и получил свободу. Так вышло, что я пришёл сюда из очень далёких краёв и у меня в этих землях нет друзей кроме вас. Поэтому я решил, что прежде чем вернусь домой, я должен освободить вас.
— Так ты выкупил нас? — радостно воскликнул Марон.
— Не совсем. Орк отказался вас продать и затребовал невероятную сумму денег, которой у меня нет. Поэтому я вынужден был согласиться на дуэль с ним. Победит он, он ничего не теряет. Из схватки победителем выйду я — он освободит вас троих. Точнее не он, а его люди. Драться мы будем до смерти.
— Всё-таки ты беспросветный тупица, Саян, — грустно сказал Олаф, глядя на меня. — Он же ветеран нескольких войн, ему такие, как ты, на один зуб.
 
— Я знаю, но выбора у меня не было. Меня бы отсюда не выпустили. К сожалению, догадался я об этом, лишь когда уже был внутри капкана. Да и вас бросать я не планировал. Скажите лучше, какие можете дать мне советы по поводу боя? Как лучше действовать с ним?
К разговору подключился Терн.
— Лучше всего используй свою скорость. Он намного крупнее тебя, а выйдя в отставку, он к тому же набрал лишний вес, так что двигаться будет медленнее тебя. Ещё постарайся его вымотать. Думаю, с выносливостью у него дела тоже не очень. Используй это. И ни в коем случае не пытайся его переиграть в технике владения мечом. Он за долю секунды выбьет меч у тебя из рук. Кстати, как тебе удалось выжить на празднике Светила? Не знал, что ты умеешь владеть мечом. Тамошние инструктора разве что бока пролёживать научат за такое время.
— Мне повезло. Я повстречал ящера, который научил меня многому. Благодаря нему я остался жив. Хотелось бы ещё у него поучиться, ведь он успел научить меня лишь крупице того, что умел сам. Хороший в общем ящер, несмотря на свою надменность и раздутое самомнение. Он хотел, чтобы я стал его рабом после того, как мы освободимся. Поэтому нам пришлось расстаться. В рабство я больше не собираюсь.
— Ящер? В рабстве у орков?
— Да. Каварл Бертолиус.
— Что? Сам Бертолиус? — спросил Олаф с округлёнными от удивления глазами.
— Ну да, а что? — неуверенно ответил я, подозревая, что сделал что-то не так.
— Да ты же издеваешься, Саян! Из какой дыры ты должен был выползти, чтобы не знать, кто такие эти Бертолиусы? Да любой деревенщина с рождения слышал про них. Крикни он в городе на улице, кто он такой, так желающие попасть к нему в услужение драку бы устроили за такую возможность! Как вообще наследник трона мог оказаться в рабстве?
Наследник империи… Тогда становится понятным его высокомерие и надменность.
— Да и вообще рабство у ящеров — это совсем не то, что рабство у орков или у людей. У нас, людей, к слову, рабство самое препоганое и беспросветное, а освободиться из него практически невозможно. Раб у нас — это вещь, не более того. У орков рабство чуть посвободнее, а у ящеров это рабством-то назвать нельзя. Так, услужение. У них что раб, что слуга, разницы нет. Слова эти для них рав-но-знач-ны! — по слогам отчеканил Олаф. — Вернёшься ты сейчас на людские земли, и чем заниматься-то будешь, а? Сам ведь сказал, что не знаешь. Такой работы, как у него, ты в жизни не найдёшь. Бертолиусы, если ты ещё не понял, это древняя династия ящеров — правителей Великой Катарианской Империи — Катарии! Пусть с ним приключилась какая-то беда, раз он попал в рабство, но уж путь в родные края он найдёт. Ящеры как прознают, где он и что с ним, так за ним пойдут, как милые. А с ним бы ты сам жил почти как император. У некоторых слуг Бертолиусов свои дворцы даже есть! Ну и балбес ты, Саян, ох какой балбес!
После этих слов Олафа я действительно почувствовал себя балбесом. Действительно, гордыня худший из грехов. Был бы слугой самого Каварла Бертолиуса, наследника трона и жил бы, как у Христа за пазухой. Скопил бы денег на собственную галеру, переплыл бы океан, высадился на Халионе, нашёл портал и вернулся домой. Пусть не быстро, но по крайней мере на словах это выглядело вполне рабочим вариантом. Другой такой мне в голову сейчас не приходил.
Кроме того, я обманул своего спасителя и учителя, бросил, ушёл куда глаза глядят. А что делать дальше, не знаю. Ну что ж, жребий брошен. Буду сражаться.
 
— Марон, слушай, вот ещё что, у тебя случайно мази какой от боли нет?
— Нет, но могу сделать, а что?
— Да у меня тут… Рука немного сломана. Ещё не зажила.
— Чистокровный идиот, — заключил Олаф.
***
Шину с руки решили не снимать, а наоборот укрепить ещё двумя черенками и дополнительно обмотать лыком. А щит намертво примотать к кисти. Всё снаряжение для боя мне выдали из запасов орка. Я постарался взять всё самое лёгкое, чтобы быстрее двигаться. Я принял обезболивающий отвар и выпил микстуру, приготовленную Мароном. По его словам, это было что-то вроде значительно ослабленного зелья берсерка. После неё не умирают, но несколько дней болеют, а на время боя микстура улучшит мою реакцию и скорость, избавит от волнения.