Замуж за Темнейшего, или Попаданка в беде (СИ)

Слуги за стол не допускались, и я пожалела о том, что Райле не сядет рядом со мной. От неё исходил уют, ощущение того, что в моей жизни есть что-то неизменное… и всё это было связано опять же с замком Ирр. Я поймала себя на мысли, что он стал мне родным, почти как дом, в который хочется вернуться.
Внезапно меня осенило, что я рассуждаю не как попаданка, а как местная, и пришло смятение. Быстро же привыкла! Разве так бывает?!
— Моя благородная невеста, — Каэм накрыл мою руку, сжатую в кулак, ладонью. — У вас такой вид, словно вознамерились воткнуть это кому-то в глаз.
Только сейчас я обнаружила, что сжимаю изо всех сил вилку, и выпустила её. Та упала на стол почти беззвучно, поскольку на нём была расстелена белоснежная скатерть.
«Может, кому-то и следовало бы воткнуть», — кровожадно подумала я, заметив, с каким любопытством на меня смотрят какие-то драконы и драконессы с хитрыми физиономиями. Здесь же наверняка полно интриганов, мечтающих о власти.
— Ты запаздываешь, Хаарвен! — прозвучал недовольный голос альгахри, и я обрадованно встрепенулась. Хаарвен! Наконец-то мы увидимся снова! Будто тёплая волна прилила к сердцу, заставляя тревогу отступить.
— Прошу прощения, отец, — церемонно ответил белый дракон. Я заметила, что он выглядит таким же растрёпанным, с едва уловимым оттенком небрежности в одежде, каким был в замке Ирр. И двигался так же порывисто. Но из глаз Хаарвена исчезла его обычная весёлость, и даже мне и Каэму он не улыбнулся, а только склонил голову в знак того, что узнаёт. Я ожидала, что друг сядет рядом со мной — может, для него это место и оставили свободным? — но, увы, Хаарвен устроился неподалёку от своего ворчливого отца и принялся с отсутствующим видом ковырять вилкой жаркое.
Мне не хотелось есть. Вместо этого я украдкой разглядывала физиономии присутствующих. Вот этот, рыжеватый, с вялым подбородком и грушевидным носом — Каль-Аэрд, старший сын Иэрэма, который должен был стать альгахри после смерти отца, а ещё получить большую часть наследства. Дракон с лукавым лицом и белыми волосами — его брат, и кажется, звали его Ниарвен, если я правильно запомнила из сплетен, пересказанных мне дедом Шиилит. Ещё двое драконов с невыразительными сонными физиономиями — близнецы, чьи имена я благополучно запамятовала…
— Ари-Нейя! Благородная госпожа всех белых драконов! — раздались почтительные голоса, и я во все глаза уставилась на подходившую к столу в сопровождении слуг драконессу. Её, конечно, за опоздание никто не стал отчитывать!
Ари-Нейя показалась мне очень красивой. Она была одета в какое-то переливчатое светлое платье, на пальцах рук, на шее и в ушах у неё поблёскивали драгоценные камни. Пышные пепельные волосы были заплетены в десятки маленьких косичек и уложены в причёску, напоминавшую башню.
Каэм ощутимо напрягся, и я не сразу поняла, почему. Зато когда Ари-Нейя приблизилась к нам, я сообразила, кому оставлено свободное место рядом со мной, и невольно отодвинулась.
— Приветствую вас, — пробормотала я, стараясь не смотреть на прекрасную драконессу. От неё распространялся неуловимый аромат, похожий на тонкие духи. От этого я совсем растерялась и бросила взгляд на Каэма, ища поддержки. Он понял, взял меня за руку и легонько сжал в своей ладони.
— И я рада вас видеть, достойная Тэн-Шиилит, — усаживаясь, белозубо улыбнулась Ари-Нейя. — Решила с вами немного побеседовать.
Слуги засуетились вокруг, притаскивая ей блюда, которых, как я отметила, больше ни перед кем не стояло. Нечто похожее на желе, а ещё фруктовые салаты и белое мясо. Да, здесь тоже знали, что такое диета, и более того, на ней сидели драконы, если потребуется!
— Я слышала, вы в добром здравии, только ничего не помните, — проговорила своим музыкальным голосом Ари-Нейя, тыкая серебряной ложечкой в желе.
Я откашлялась, прежде чем ответить, отчего на меня уставились сразу трое придворных.
— Да… я… позвольте, очень смущаюсь, — я изобразила лепет, лихорадочно раздумывая, как сбежать от Ари-Нейи побыстрее.
 
— Неужели вы и правда ничего не помните? Даже того, как выглядели ваши похитители? — допытывалась супруга альгахри.
Я беспомощно посмотрела ей в лицо и увидела сочувственную улыбку на полных алых губах. Но стоило заглянуть Ари-Нейе в глаза — светлые, холодные, как льдинки, — как стало ясно, что улыбка это фальшивая. Видел ли, чувствовал ли Каэм то же, что и я?
— Несчастная девочка, вам пришлось нелегко, — драконесса вздохнула, так незаметно отправляя в рот своё желе, что не создавалось впечатления, что она вообще ест. То ли дело я, и, сознавая несовершенство своих манер, я окончательно решила не притрагиваться к жаркому.
— Да, но всё закончилось хорошо, — я сделала над собой усилие и лучезарно улыбнулась. — Завтра мне вернут… мою личность, а вместе с ней вернутся и воспоминания.
— О да, — кивнула Ари-Нейя. — Ручаюсь, вы ждёте этого с особым нетерпением.
Её слова прозвучали двусмысленно, или мне показалось? Я вынула руку из пальцев Каэма и потёрла виски, начавшие потихоньку ныть; разговоры за столом превратились для меня в один фоновый шум, через который пробивался журчащий голос Ари-Нейи:
— Конечно, церемония это очень неприятная и болезненная… в истории бывали случаи, когда драконы после такого с ума сходили… но мой супруг справится, я уверена, — Ари-Нейя подняла голову и адресовала альгахри ослепительную улыбку. О, как влюблённо он смотрел на неё! От этого у меня ещё сильнее разболелась голова.
— Болезненная? — чуть слышно выдохнула я. — Мне об этом ничего не говорили… не предупреждали…
Я обернулась к Каэму, впилась глазами в его застывшее лицо. Он явно слышал наш диалог, но вмешаться не мог, пока Ари-Нейя сама не заговорит с ним.
— Как жаль, — покачала головой драконесса. — Мы все были уверены, что вы знаете… Любопытно, — она чуть наклонила голову, и серьги в её ушах тихо зазвенели, — что будет с человеком, давшим согласие на такую процедуру? Ведь люди гораздо слабее нас. Книги говорят, что он, вероятнее всего, скончается, но до сих пор никто не проверял…
Я больше не могла выдержать. Извинилась перед альгахри и его супругой, сказав, что у меня невыносимо болит голова, встала из-за стола и, сопровождаемая Ареном, покинула пиршественную залу.
В коридорах было тихо. Ни души. И тогда я подобрала платье и побежала прочь, слыша сзади растерянное: «Госпожа! Госпожа Тэн!» Арен устремился за мной, и было очевидно, что он меня догонит; я повернула в какой-то коридор, увидела вдали двери с вырезанными на них рисунками и символами и рванула туда.
— Госпожа Тэн! — сердито крикнул стражник, когда я уже была в конце пути. — Господин Ирр сказал…
— К демонам твоего господина! — выругалась я, распахнула двери, порадовалась своей интуиции — библиотека! — и ворвалась внутрь. Двери сами захлопнулись прямо перед носом у стражника.
Наступила тишина. Я уткнулась лбом в тёплое, будто живое дерево, и ощутила, как по щекам текут злые, горячие слёзы. Каэм не предупредил меня, насколько опасно то, что будет делать со мной альгахри белых драконов. Не сказал, что от этого не исцелиться можно, а сойти с ума. И потом уже пошатнувшееся душевное здоровье мне никто не вернёт. Да, у меня были страхи и подозрения, но я не ожидала услышать их подтверждение!
И Арелани солгал! Старый хитрец со своими таинственными улыбками и заверениями, что мне нечего бояться! Даже Хаарвен, и тот промолчал. Как будто сговорились… или же Ари-Нейя солгала. Преувеличила. Ложь не к лицу благородной драконессе, но вдруг?..
Я вытерла слёзы, повернулась лицом к полкам с книгами и свитками и поклонилась, придерживая двумя пальцами юбку:
— Приветствую тебя! Я Шиилит из рода Тэн, и мне нужно почитать о том, как работает магия белых драконов. Например, о воздействии на мозг. Ты мне поможешь, милая библиотека?
  
VII
 
В свою комнату я возвращалась глубоким вечером. Арен казался недовольным, и я ему сочувствовала, но что поделать — не в его голове будут копаться, а в моей, и я должна была изучить всю информацию, какую только нашла.