Замуж за Темнейшего, или Попаданка в беде (СИ)

— Знала бы ты, как мне до смерти надоели эти искусственные пейзажи! — с чувством проговорила Аня.
Я обернулась к ней — маленькая драконесса стояла на краю поляны, слегка подобрав пальчиками неизменное красное бархатное платье, а стражники о чём-то тихо переговаривались у неё за спиной.
— Ань, — я подобрала юбку и опустилась на траву, жестом приглашая собеседницу устроиться рядом, — а откуда у вас стражники, слуги… все эти люди?
Аня наморщила нос:
— Сами приходят. Ты знаешь, мы ведь облагаем людей данью. Они приносят мясо, хлеб, воду из своих колодцев и родников… а иногда просятся в услужение. Если верно служить драконам десять лет, вернёшься домой с подарком — магическим артефактом. У нас их целая сокровищница: одни дарят долголетие, другие — здоровье, третьи служат как оружие — лучше любого меча или кинжала…
Я озвучила первую же пришедшую мне в голову мысль:
— А что драконы делают для людей в обмен на дань?
Аня с лёгким удивлением посмотрела на меня:
— Ну как что… мы даём защиту. Не все страны этого мира находятся под покровительством драконов, только Илитана, в которой мы живём, Бланкастра, — она начала загибать пальцы, — Эредия, Тэсиан…
Девочка перечислила где-то десять государств и прибавила:
— У нас мир большой, но стран немного. Есть земли, где вообще не летал дракон! Есть край вечной мерзлоты — где-то рядом с Бланкастрой…
— То есть, если на Илитану нападёт враг, Каэм полетит разбираться с ним? — решила уточнить я, минуя рассуждения о местной географии. Пока мне это не нужно.
— Да, — кивнула Аня и с сумрачной гордостью заявила: — Одного Каэма хватит, чтобы уничтожить всю вражескую армию! В том случае, конечно, если у неё нет боевых артефактов. Тогда брату придётся больше потрудиться. Но артефакты у людей, которые не под покровительством драконов, не водятся!
Я помолчала, стараясь усвоить полученные сведения. Кругом благоухало иллюзорными цветами, уютно трещали кузнечики, и вдали заливалась песней сладкоголосая птичка. Если прислушаться, в её пении тоже было что-то искусственное, механическое, но можно не обращать на это внимания, подумала я.
— Мой-то соловей всё не поёт, — вздохнула Аня. — Красивый стал, упитанный, а молчит…
— Запоёт ещё, — рассеянно сказала я и вернулась к новости, которую она мне сообщила полчаса тому назад:
— Артефакты, артефакты… Значит, говоришь, Хаарвен проверил почтовый артефакт? И что выяснил?
Почтовый артефакт представлялся мне чем-то вроде светящегося призрачного голубя с письмом, привязанным к лапке.
— Выяснил, что им вообще не пользовались последние пару недель, — оживилась Аня, теребя оборку на платье. Казалось, что долго усидеть на месте она не может — вот-вот забегает от волнения. — Но ведь такого не может быть! Чернила и пергамент слуги берут постоянно, в каморке рядом с библиотекой есть хороший запас. Я спросила у Лиане — она ответила, что не пользовалась артефактом; мол, домой писать не будет, потому что её письма отцу и матери не нужны, у них ещё одиннадцать детей… Спросила у Райле — она только засмеялась и говорит: некому мне весточку посылать, все родные уже в земле лежат… Ну, это я знаю, у Райле никого роднее нас с Каэмом нет. Она была нашей нянюшкой…
— А больше никого из слуг не спрашивала? — Я была вынуждена прервать этот поток красноречия. Аня значительно посмотрела на меня, оставив в покое оборку:
— Я — нет. Но Хаар велел страже расспросить всех слуг, и двое или трое признались, что отправляли послания своим семьям. А в памяти артефакта этого не осталось!
— Воспоминаний нет… Их стёрли?
Аня с детской торжественностью склонила голову:
— Да. И сделать это можно было только с помощью другого артефакта!
В уме у меня начал складываться план.
— Надо проверить комнаты всех слуг!
— Тех, кто отправлял послания, уже проверили — у них ничего нет. Сейчас проверяют остальных. С другой стороны, — Аня стала крутить в пальцах светлый локон, — артефакт ведь можно и подбросить, как тех пауков — под кровать…
— В моём мире существует такая полезная штука, как отпечатки пальцев, — задумчиво произнесла я.
 
Аня порывисто схватила меня за руку:
— А это что такое?
Я объяснила, как могла, и девочка с огорчением покачала головой:
— Нет, у нас такого нет. Хитрые вы, какую интересную штуку придумали! А ещё люди, — это она сказала, понизив голос и оглянувшись на Арена с Эльмом, — я всегда думала, что люди немножко глупые, слабые, не то что драконы — потомки Невидимого Бога…
Я хмыкнула. Хозяевам этого замка давно пора избавляться от расизма! Или всё-таки ксенофобии? Точно я не могла определиться, как назвать пренебрежительное отношение драконов к людям. От кого бы чешуйчатые ящеры ни вели своё происхождение, люди тоже не просто так на свете появились!
— Ой, мы тут засиделись, а мои птички соскучились по мне, наверное! — Аня вскочила и принялась отряхивать от травинок платье. — Благодарю за приятную беседу, Тэн-Шиилит, — громко и церемонно произнесла она, косясь в сторону стражников. На губах у Ани промелькнула хитренькая улыбка и тут же пропала.
Я чуть поклонилась:
— И вам спасибо, очаровательная Ирр-Ания.
Мы обменялись весёлыми взглядами и вернулись в замок.
В коридоре навстречу нам вышел усталый Хаарвен в сопровождении троих рослых широкоплечих стражников — вид у них был куда внушительнее, чем у Арена и Эльма, которые плелись за мной и Аней. Интересно, по какому принципу Каэм отбирал нам охрану? Какие у них умения? Это выяснится при вражеском нападении, но честно говоря, мне очень не хотелось, чтобы на меня или Аню напали. Пусть уж лучше Эльм и Арен так и не блеснут своим тайным кунг-фу или что у них там припасено.
— Хорошо погуляли, Шиилит, Ания? — По драконьей традиции белый начал со старшей, и я вежливо улыбнулась ему, не забывая следить за своими мыслями:
— Замечательно!
А вот Аня отвечать вообще не стала, а сразу набросилась на друга с вопросами:
— Хаар, всех обыскали, всё посмотрели? Может, предатель хранит этот артефакт при себе?
— Не может, — Хаарвен сделал отрицательный жест, — мы с Каэмом учуяли бы. Ты-то маленькая, не распознаешь, но все слуги постоянно ходят по дому, не таясь, выполняют различную работу… да нет, Ания, это слишком самонадеянно! Он бы побоялся!
— Предавать нас — вот что было самонадеянным, — тихо сказала Аня. — Да ещё и сваливать вину на глупого, робкого Эйрека, который сам себя не защитит!
Всё это время я держалась в стороне, но теперь выступила вперёд:
— А могу я взглянуть на почтовый артефакт?
Хаарвен и Аня переглянулись.
— Разумеется, у вас есть на это полное право, достойная Тэн-Шиилит, — после паузы согласился светловолосый дракон. — Ведь этот замок — ваш… почти ваш.
Драконья сокровищница удивила меня тем, что магические артефакты стояли на подставках, лежали на полках или были подвешены на гвоздях, а не свалены в одну кучу, как на рисунках в стиле фэнтези, которых я навидалась, читая книги. Но потом я вспомнила, в каком порядке Каэм содержал свою лабораторию, и всё встало на свои места.
Ещё больше меня поразило то, что почтовый артефакт выглядел именно таким, каким я его себе представляла. Словно когда-то я его уже видела. Неживой голубь, похожий на призрак, при моём приближении даже не шелохнулся. Он сидел на жёрдочке и ждал письма.
Я нерешительно коснулась светящихся перьев и тут же отдёрнула руку. Они предсказуемо источали мертвенный холод, а не живое тепло, но одно дело — предположить, а другое — дотронуться. Голубь слегка приподнял лапку, подождал и опустил её обратно. Было ясно, что я не собираюсь отправлять никаких писем… да и кому?
— Вы пришли к какой-то мысли, Шиилит? — нетерпеливо полюбопытствовал белый дракон. Я оглянулась на него:
— Да… пожалуй, что пришла. Предатель должен сам себя выдать, и мы устроим для него спектакль. В вашем мире же существуют спектакли?
  
XVI
 
Расследование расследованием, а забывать о задании Каэма тоже не стоило. Поэтому вечером, торжественно неся в руке канделябр со свечами, которые то и дело мне подмигивали, и в сопровождении хмурого Арена я открыла дверь библиотеки.