Замуж за Темнейшего, или Попаданка в беде (СИ)

— Эхмере— особая символика, изобретённая в альге Фейенверис много лет тому назад, — сказал мне Каэм. Он стоял у стола, по своему обыкновению сбросив верхнюю одежду, и смешивал в чаше синий порошок и зеленоватую жидкость. — Полезное изобретение.
— Чем же оно полезно, достойный Ирр-Каэм? — спросила я просто для того, чтобы не молчать. И потрогала одну из склянок — гладкую, с приставшим к стенкам содержимым тёмно-песочного цвета. Закорючка на её горлышке была отдалённо похожа на букву «У», согнувшуюся в три погибели.
— Представьте, моя благородная невеста, что враг добрался до зелий и желает использовать их в своих целях. Поймёт ли он, в каком пузырьке снотворное, а в каком — яд?
— Здесь что, и яд есть? — Я внимательнее осмотрела невинные с виду ряды бутылочек, пузырьков и сосудов, поблёскивавших стеклянными боками.
— Есть, — невозмутимо подтвердил Каэм, — но его ещё найти надо. В этом и польза эхмере, что враг не сумеет найти нужное ему зелье, не попробовав на вкус каждое.
— А некоторые пробовать нельзя, потому что сразу умрёшь. Или позже, в муках, — закончила я и поёжилась, в красках представив себе такую картину.
— Совершенно верно, — довольным тоном отозвался чёрный дракон.
Мне надоело рассматривать зелья, и я подошла к столу, заворожённо глядя на то, как жидкость в чаше обретает цвет морской волны.
— Это что за зелье?
— Скоро узнаете, моя благородная невеста. Передайте мне вон ту миску, с остаткамигээрбы. Кажется, я нашёл, куда её можно употребить…
Гээрба? Проследив за взглядом Каэма, обнаружила искомую миску, полную тщательно измельчённой травы, в окружении десятка пузырьков. Я задержала дыхание — не задеть бы чего! Вдруг ещё взорвётся. Так, берём, стараясь представить себе, что это старая ветхая книга, могущая развалиться от неосторожных движений… Вот же досада! Краем миски я неловко задела пузырёк с прозрачной жидкостью, тот опрокинулся. Я отскочила, в испуге прижав к себе миску и прикрываясь другой рукой. Сердце у меня замерло при виде растёкшейся по столу жидкости, которая мерно закапала на пол.
— Это вода, Шиилит, — хмыкнул Каэм. Заметив его улыбку, я покраснела и рассмеялась сама. Должно быть, я выглядела очень смешно!
— Ну, давайте же траву, пока всё не просыпали, — поторопил меня дракон. Заторопившись, я чуть не споткнулась в своих новеньких кожаных башмачках, но успела поставить миску на стол, хоть и рассыпав часть нарезанных листьев.
— Не припомню раньше, чтобы вы были столь неуклюжи, Шиилит, — сильная рука поддержала меня за плечи, заставляя поднять голову и взглянуть в глубокие карие глаза Каэма. — Неужели потеря памяти стирает личность полностью? Не знал о таком.
— Думаю, на свете много того, о чём вы не знаете, Каэм, — огрызнулась я, сбрасывая его руку с плеч. — Давайте продолжим. Я… я уверена, что смогу интуитивно понять символы!
Едва выпалив эти слова, тут же пожалела о них. И кто меня тянул за язык?!
— Ну что ж, давайте проведём эксперимент, — серьёзно откликнулся дракон, ссыпая свою гээрбу в чашу. Лицо у него было совершенно непроницаемым, а я — не Хаарвен или кто-то ещё из альга Найварис, чтобы угадывать мысли. — Мне нужна зелёная бутылочка с символомлэри. Найдёте такую?
— Найду, — буркнула я. Уже мне в спину Каэм добавил:
— Эхмере чёрные драконы заучивают с раннего детства — это очень важно. И если в вашей памяти проснётся хотя бы один символ…
Вот она, зелёная бутылочка! Я радостно схватила её — и застыла в растерянности, обнаружив рядом другую, такую же. Кажется, и символы одинаковые… Тогда почему зелье не в одной склянке?
Да потому, что символы на самом деле разные! Я чуть не шлёпнула себя ладонью по лбу. Вот здесь хвостик закорючки смотрел вверх, а там — вниз. Замечательно, и какая же из них — символ лэри?
Надо было срочно придумывать план действий. Так, зелёная бутылочка — ни одна из них — не могла представлять собой опасность. Каэм своей драгоценной невестой рисковать не стал бы. Значит, бояться мне нечего…
— Нашли, Шиилит? — Похоже, дракон окончательно решил называть меня по имени, минуя родовое «Тэн». — Времени в обрез, зелья нужно смешать быстрее, — он кивнул на песочные часы. Не те, гигантские, вновь занявшие место под столом, а гораздо меньше, помещавшиеся в ладонь.
 
— Нашла, — сжав бутылочку покрепче и горячо молясь непонятно кому, чтобы меня не разоблачили, вернулась к столу. Каэм протянул руку, но я первой откупорила бутылочку и наклонила её над чашей.
Миг, другой… зелье помутнело, забурлило, и прежде чем я заорала: «Назад!», меня схватили и оттащили в сторону. Я вздрогнула и невольно прижалась к Каэму, когда зелье с шипением брызнуло во все стороны.
— Спокойно. Вы ошиблись, но ничего ужасного не произошло, — негромко произнёс дракон, и я глубоко вздохнула, стараясь унять колотившееся сердце. План удался!
Меня одолевали двойственные ощущения: рядом с Каэмом было хорошо, от него ощутимо тянуло успокаивающей жизненной силой, и в то же время тревога шевелила внутри своими ледяными лапками. Тревога, вроде бы относившаяся к Каэму, но не напрямую… Чувствуя, что запуталась, я отпрянула от дракона и натянуто улыбнулась:
— Ну ладно, это был неудачный эксперимент… Прошу прощения.
Я ожидала увидеть что угодно: злость, насмешку, пренебрежение, но Каэм меня удивил. Он терпеливо и даже мягко произнёс:
— Пожалуй, экспериментировать больше не будем. С вас хватит выполнения заданий, Шиилит. И первое задание: найдите в библиотеке книгу по символике эхмере и выучите все символы, какие только сможете. Интуитивно, — всё-таки не удержался и передразнил меня, — я смотрю, у нас ничего не выйдет.
Я сложила руки на груди и с видом оскорблённого достоинства отвернулась. Отличный повод, чтобы не видеть, как «моё» зелье заляпало часы, стол и всё, что на нём было!
— Не забывайтесь, достойный Ирр-Каэм, — я вспомнила, с какими интонациями Тэн-Шиилит говорила со мной, и воспроизвела их. — Пусть мы с вами обречены на брак, это не означает…
Мою тираду прервал материализовавшийся передо мной пергамент с фиолетовыми закорючками. Весьма кстати, а то я не придумала, как мне закончить.
«Дорогая внучка, — старческим голосом заговорил пергамент, — я, твой дед, Арелани из рода Тэн, получил известие, что тебя спасли от участи быть ящерицей. Счастлив и искренне поблагодарил твоего достойного жениха в письме, обращённом к нему. Но пока не могу навестить тебя. Нахожусь в гостях у благородного альгахри Иэрэма из рода Каль, да ещё занемог. Смею надеяться, что твой благородный жених Каэм из рода Ирр с надлежащим уважением обращается с тобой. Если пожелаешь услышать новости о том, чем живёт двор альгахри Найварис, охотно тебе поведаю. Прикован к постели и измучен скукой. Подпись: альгахри чёрных драконов Фейенверис, Арелани из рода Тэн».
Пергамент сгорел и рассыпался пеплом, который в свою очередь растворился в воздухе. Я криво улыбнулась:
— Да нужны мне эти сплетни… Нисколько не нужны! Мой благородный жених, — повернулась я к Каэму, — надеюсь, на сегодня урок окончен?
— Окончен, моя благородная невеста, — сухо произнёс он и стал прибирать на столе, очевидно, не собираясь поручать это важное дело слугам. На послание Тэн-Арелани дракон, казалось, и внимания не обратил.
Я потихоньку исчезла за дверью, радуясь, что легко отделалась. У стены как раз прогуливался скучающий Арен, и, увидев меня, он встрепенулся, сбрасывая сонный вид.
Позже Аня от моего имени отправила деду Тэн-Шиилит письмо, где я любезно просила его рассказать о дворе Каль-Иэрэма всё, что происходит в последнее время. Чутьё подсказывало мне, что любые сведения могут оказаться полезными.
— А теперь, — Аня ухватила меня за руку, то и дело оглядываясь на стоявших позади стражников, — пойдём на прогулку. Поговорим, — и, наклонившись к моему уху, она заговорщицким тоном прибавила: — Хаарвен только что проверил почтовый артефакт.
  
XV
 
В иллюзорном лесу нашлась красивая поляна — трава яркая, зелёная, цветы голубые, сиреневые и синие, а по виду — что-то среднее между пионом и розой. Я коснулась стебля одного цветка, склонилась, чтобы понюхать. К моему удивлению, он испускал слабый, но приторный аромат.