Пленница песчаного альфы (СИ)
Какая… честь.
Пусть и сомнительная.
От которой становилось отчего-то не по себе.
До такой степени, что даже жест забыла принять.
— Что именно тебя удивляет? — улыбнулся он краешком губ, сам ухватился за мою руку и притянул к себе, крепко прижав меня спиной к своей груди. — Что эта моя комната, или что я привёл в неё тебя? — прошептал искушающе уже на ухо.
Гулко сглотнула.
— И то. И другое. Вероятно, — не стала лгать. — Думала, вернёте обратно, в ту камеру, — призналась и в этом.
А ещё задумалась о том, где в настоящий момент мог бы находиться мой отец. Что-то очень отчётливо подсказывало — не в этом Эмирате.
— Понравилось всё-таки там, да? — хмыкнул между тем оборотень, целуя в скулу. — Так и знал, что ты только притворялась недовольной, — слегка прикусил мою щёку.
Жар его объятий постепенно затмевал все былые раздумья, а прикосновение губ опаляло не только кожу, но и рассудок.
— Я не притворялась, — противопоставила встречно, разворачиваясь в кольце его объятий. — Никогда. Тем более недовольной, — дополнила со вздохом, уже сама обнимая альфу.
Как же хорошо, когда вот так, близко, с ним…
Предательски хорошо.
Ответом мне послужил тихий и довольный хриплый смех.
— Зря отвернулась. Всё самое интересное пропустишь так, — перевёл тему.
— Да? — удивилась. — И что же? — развернулась обратно.
— Смотри внимательно, хаяти, — произнёс тихонько.
И я правда, посмотрела. Вот только не видела ничего. В голове многократным эхом зазвучало услышанное обращение ко мне. И всё. Зациклило. Наряду с необъятным чувством чего-то многогранно бесконечного и безгранично тёплого. Такого же, как окрасивший через мгновение полоску горизонта яркий золотисто-алый свет восходящего солнца.
— За четыре сотни лет я видел, кажется, всё. Пережил, что только можно и нельзя. Ко всему привык. Эмоции давно потеряли надо мной свою власть. И приходится стараться, чтобы найти их хоть в чём-то. Но вот рассветы и закаты по-прежнему являются для меня чем-то удивительным. Не знаю, почему именно они. Возможно, потому что вся моя жизнь такая же закольцованная дорога, как и их появление. Ты идёшь по ней и никогда никуда не придёшь. И всё вокруг — проходящее. Оно есть, но где-то там, за обочиной твоей жизни. Изредка появляются лица, которые вынуждают ненадолго остановиться, осмотреться, но, присмотревшись, ты понимаешь, что, идя дальше, ты ничего не потеряешь. Всё останется по-прежнему. До конца моих дней. Так я думал, пока не столкнулся с тобой у того отеля. А ты, как тот самый последний луч солнца, вспышкой сверкнула и скрылась, будто не было. Я только и мог, что стоять и смотреть тебе вслед. И я вдруг понял, что впервые за долгую жизнь вновь чувствую её вкус. Именно поэтому ты здесь, Мириам. Именно поэтому я не могу позволить тебе уйти. Ты моя вспышка солнца. Моя жизнь. Нравится тебе это или нет.
На мгновение его объятия стали почти болезненными, но он сразу же отстранился и обернулся к выходу на балкон.
— Накормить, вымыть, одеть, привести в мой кабинет, — отдал распоряжение уже бездушным голосом.
Именно этот тон и вернул в реальность. Как холодной водой окатило. Если учесть, что до этого момента я плавилась, как лава в вулкане… Еле собрала мозги. Обернулась. Та, к кому обращался Амин — высокая, стройная женщина в возрасте с покрытой головой. Непонятно откуда и когда взялась. Она слушала наставления своего альфы с бесстрастным выражением лица, а в конце, молча поклонившись, отступила в сторону в ожидании, подозреваю, меня.
— Звучит, будто я снова под конвоем, — не удержалась от замечания и направилась к женщине.
Не взглянула на него больше ни разу.
Банально смелости не хватило.
Зато с лихвой хватило ощущения его тяжёлой давящей ауры. Тем прямее я расправила плечи и ровнее удерживала спину.
— Доброе утро, — поздоровалась с незнакомкой сдержанно вежливо. — Я — Мириам. О'Двайер.
— Я — Айна, госпожа, — снова поклонилась она, на этот раз непосредственно мне. — Следуйте за мной, госпожа.
И первая направилась в сторону незамеченного мною ранее выхода. Ничего не оставалось, как и правда, следовать за ней. А пришли мы в огромную купальню. Также здесь находился заставленный едой столик. К нему меня и подвели в первую очередь.
— Я не знаю, что вы любите, госпожа, поэтому попросила поваров разнообразить ваш сегодняшний завтрак. Господин Амин попросил добавить ко всему прочему побольше сладкого. Надеюсь, вам понравится. В дальнейшем вы можете сообщать мне заранее о своих предпочтениях. А пока вы завтракаете, я приготовлю всё для купания, с вашего позволения, — опять слегка поклонилась, прежде чем удалиться.
Завтрак в самом деле оказался весьма разнообразным. А вот сладостей не хотелось. Ограничилась кашей с фруктами и парочкой кусочков сыра. Сперва. Потом, немного поразглядывав обилие оставшегося, всё же соблазнилась запечёнными яйцами с острым соусом из томатов. И французскими тостами. А ещё баклажановым пюре. Гречневые оладьи под ореховой глазурью и вовсе оказались божественно шикарными. Айна вернулась ровно в тот момент, как я отложила столовые приборы.
— Для купания всё готово, — сообщила она. — Прошу за мной.
Купальней оказалась приличных размеров комната с огромной ванной, от стены до стены. Лишь перед порогом кусочек пространства для раздевания. От воды в круглой чаше шёл пар, а вся её поверхность была затянута густой ароматной пеной, так и маня в неё погрузиться. Что я и сделала. Скинула с себя покрывало, в котором продолжала пребывать до этого момента, а затем шагнула на первую ступень, ведущую вглубь.
— Да, здесь определённо лучше, чем в тюремном блоке, — прокомментировала с блаженным вздохом, прикрывая глаза, наслаждаясь тем, как вода мягко ласкает плечи при погружении.
Но и это не всё. Через некоторое время, когда моя кожа тщательно распарилась, в купель вошла делегация из трёх девушек. Оказалось, это мои банщицы. По крайней мере, тереть мою кожу они принялись с таким усердием, что стало казаться, будто меня собираются вовсе её лишить. Зато с волосами они обращались куда бережней. Промывали каждую прядку, наносили на них душистые растворы, после чего принялись втирать в кожу специальное масло. Столь рьяное старание со стороны девушек лично мне было не совсем привычным, однако исходящий от косметических средств аромат туберозы пробуждал невольную улыбку на моих губах… Почему? И сама ещё не поняла. К тому же, быстро позабыла об этом. Ведь после водно-растирательных процедур мои минуты спа-наслаждения не закончились. Наоборот. Всё только начиналось. Вместе с сеансом последующего массажа от Айны.
Едва ли я закусила нижнюю губу достаточно быстро и сильно, чтоб не простонать в голос от такого блаженства!
Потеряла счёт времени…
Определённо надо что-то с этим делать!
Ну, нельзя же быть настолько избалованной?
Господином аль-Хайятом.
Впрочем...
— А бассейн есть? — поинтересовалась у Айны.
На контрасте со всем предыдущим холодная вода для меня — оптимальный вариант. Так сказать, завершающий штрих по подготовке к исполнению приказа явиться в кабинет альфы песчаного клана.
Бассейн у властителя Эмирата, разумеется, был. И не один. Но лично мне перепала возможность наслаждаться тем, что находился ниже всех по уровню. По крайней мере, именно его я увидела первым… И не только бассейн. Целую толпу красавиц. Одна другой краше. И каждая что-то щебетала на непонятном мне языке. Так понимаю, местном. Моё огромное упущение, к слову.
Хотя, в своё время я намеренно отказалась от его изучения. Это был ещё один пункт моего отказа от мечты об идеальном мужчине, поселившемся в моём сердце.
О чём в настоящий момент я очень сожалела...
Из стайки девиц отделилось пятеро. Точнее, одна. Ещё четверо выступали скорее в роли сопровождения и этакой своеобразной свиты. Девушка выглядела по-настоящему красивой. О таких говорят — совершенная. Брюнетка. Высокая. Статная. Определённо знающая себе цену и умеющая подать себя со всех сторон, судя по надменности и ощущению превосходства в её глазах. Походка — плавная, изящная. Словно не идёт — парит. Красный цвет одежды только подчёркивал царственную внешность. Притягательный взгляд и манящая улыбка — как последний штрих в совращении мужчин. Она шла и улыбалась. Всем вокруг. За исключением меня. Как сосредоточилась своё внимание на моей персоне, так лицо моментально превратилось в каменную маску. А остановившаяся рядом со мной Айна выругалась сквозь зубы.