Отдел непримиримых врагов (СИ)

— Замечательно. Предоставьте, пожалуйста, доступ к видеозаписям.
— Предоставлю, но в обмен на номер телефона.
Поразительное бесстыдство, даже Рикки так не напирал на девчёнок в самые тяжёлые для него времена. А эта девка не просто вешалась, а наглейшим образом торговалась. Знала, что им нужны записи и что без ордера они не могли самостоятельно их изъять, поэтому развела этот безобразный цирк.
На какое-то мгновение Вел показалось, что она почувствовала исходящее от Марселя раздражение. Иногда обрывки его эмоций долетали до неё, полупрозрачными рваными клочками. Если она в тот момент не была сосредоточена на чём-то своём, то могла их более или менее отчётливо разглядеть.
Однако конкретно сейчас более вероятно, что Вел приписывала ему свои собственные эмоции. У него не было повода злиться на пристающую к нему девушку. Наоборот, она наверняка тешила его самолюбие, как видного самца.
— Клэнси, — прочитал сквозь зубы Марсель имя на бейджике и натянуто улыбнулся. — Вы меня ставите в неудобное положение.
— Из-за этой, что ли? — она не глядя тыкнула указательным пальцем в сторону Вел и хихикнула: — Надо же, какой ты чувствительный.
В ней вскипело всё дерьмо, что копилось, наверное, с самого рождения. Ещё ни одна девка её так сильно не бесила. Что это за пренебрежительный тон, словно речь шла о трухлявом пуфике? Свою рожу давно в зеркале не видела?
«Не реагируй, — в голове прозвучал сухой голос Марселя, — иначе она не даст видео скопировать».
«Я и не собиралась!» — как будто Вел больше делать нечего, кроме как вмешиваться в его амурные дела. Может он для вида прикидывался незаинтересованным, а на деле всю шею ей взглядом обслюнявил. Она, в отличие от него, не могла в любой момент заглянуть в чужую голову.
— Так, седьмое число… — девка несколько раз клацнула мышкой, — вроде вот тут. — Она подняла на Мацика хитрые глаза. — Будешь здесь смотреть?
— Скопируйте, пожалуйста, на флешку последние две недели, — он протянул ей миниатюрный металлический брусок из дорогого сплава металла с неразличимым колпачком. Даже рабочие финтифлюшки покупал втридорога, вечно пытаясь кого-то впечатлить, притом не своими деньгами.
Вел родители тоже отправляли каждый месяц круглую сумму. Но она их не трогала — хватало зарплаты младшего детектива третьей категории, в должность которого её перевели, как и остальных, спустя три месяца стажировки. Никакого торжественного вручения грамот не проводилось, просто выдали парадную форму и объявили об увеличении зарплаты. Вполне адекватной зарплаты в двадцать пять тысяч гиров.
Закончив с копированием видеофайлов, Клэнси протянула в одной руке блокнот с ручкой, а в другой — зажатую в кулаке флешку.
— Всё готово. Теперь твоя очередь, — и стрельнула глазками на пустой лист бумаги.
Марсель внимательно посмотрел в её бесстыжее лицо и похоже снова провернул любимый трюк с мозгами. Она развернула руки и разжала кулак, давая забрать флешку. И судя по тому, как поползли вверх её брови, делала это не по собственной инициативе.
Не спуская немигающего взгляда с всё шире распахивающихся глаз, он склонился над ней и ядовито прошипел:
— Меня не интересует ни твоя вонючая промежность, ни грязная кровь, — после чего развернулся и, прихватив Вел за запястье, вышел из магазина.
— Я уже и забыла, каким ты можешь быть, — она вырвала руку из его прохладных пальцев. Кожа словно горела в тех местах, где он её касался — и это было лишено всякого смысла.
— Такое случается, если долго терпеть, — Марсель беспечно пожал плечами. — А ей не помешает немного похандрить. Не ко всем вампирам стоит так приставать. Можно и на неприятности нарваться.
Вел понимала, что он имел в виду, потому как в Саларуне выпитые досуха женщины встречались до пугающего часто. Найти вампира не составляло большого труда, а вот доказать его виновность в преступлении — задачка не из простых. Поэтому они в какой-то степени чувствовали свою безнаказанность. Переставали осторожничать и тогда их удавалось поймать на горячем.
 
Тем не менее ему было вовсе не обязательно так грубо с ней себя вести.
— Ты чудной.
— Почему?
— Мы долго работаем вместе. Но ты никогда с девушкой не был.
Он посмотрел на неё каким-то особенно непонятным взглядом. И чем дольше Марсель молчал, тем сильнее накатывало смущение. Не хотелось, чтобы он подумал, что Вел целенаправленно следила за его личной жизнью, поэтому она сцепила пальцы в замок и неловко попыталась объяснить:
— Запахи долго держатся! Духи, косметика!.. Ну и в целом, ты малоактивный, что ли… Не показываешь свой интерес. Рикки больше недели выдержать не может. Постоянно за девушками бегает! А ты как-то… поэтому… вот, — промямлила под конец Вел и прикусила нижнюю губу.
— В девяносто процентов случаев, когда ты спишь с девушкой — она этого захотела. Иногда может тебе подыграть, сделать вид, что ты её добился. Девушкам свойственно притворяться недоступными, чтобы не выглядеть потаскушками. Либо для того, чтобы ты почувствовал себя более уверенно и привлекательно после того, как завоюешь недотрогу. Но по факту: мужчины — потаскушки женщин. Именно они бегут по первому намёку. Если красивая девушка подойдет к десяти свободным парням и предложит с ней уединиться, то девять из них с радостью и воодушевлением откликнуться на предложение. А если представить обратную ситуацию с красивым парнем, то в лучшем случае одна девушка заинтересуется, но далеко не факт, что согласится. Так кто после этого потаскушки?..
— Не понимаю, что ты пытаешься сказать…
— Я не потаскушка, чтобы бегать за каждой второй юбкой. Ещё есть такая вещь как самоуважение. И вот это самоуважение у меня присутствует, поэтому я жду, а не размениваюсь на разовые увлечения.
— Но чего именно ты ждёшь?
— … достойную девушку.
— А достойная это какая? — всё никак не могла взять в толк Вел. Вечно у него всё не как у нормальных вампиров или оборотней. Вон, даже какие-то дико замудрённые концепции с потаскушками выдумал. — Я достойная?
Он бросил на неё не то испуганный, не то недоумевающий — в общем, очередной непонятный взгляд.
— Что? Не достойная?.. — окончательно растерялась она.
Из него вырвался нервный смешок, задержавшийся в уголках приподнятых губ, а красные глаза приобрели столь ослепительный и живой блеск, что Вел на мгновение залюбовалась его улыбкой. А потом на неё подобно лавине обрушился смысл их разговора. В частности, чего именно она допытывалась у него узнать. И ей стало до дурноты стыдно.
— Достойная, — на грани слышимого произнёс Марсель и отвернулся, разглядывая верхушку столба у которого они стояли. — Тут больше нет камер.
— Да, кончились, — сконфуженно подтвердила Вел, перебирая пальцами. Её лицо так полыхало, что возникло почти непреодолимое желание прижать его прохладные пальцы к своим щекам. И от этой безумной мысли ей стало лишь хуже — окончательно берега попутала.
— Ты не хочешь есть?.. — он, не поворачиваясь, указал ладонью на домашний ресторанчик дальше по улице. — Можем туда зайти. Заодно там проверим камеры.
— Да, я бы покушала.
— Тогда идём?
— Да… да, идём! — она рванула к дороге, но не успела и шага сделать, как Марсель дёрнул её за локоть в обратную сторону и впечатал лицом в свою грудь.
За спиной по гладкому асфальту с тихим шелестом пролетела машина. И поэтому вопросов, зачем он её схватил и прижал к себе у Вел не возникло. Она шумно втянула приятный аромат и зажмурилась от удовольствия. Как же обалденно от него пахло — парфюм раскрывался тонкими, натуральными нотами и совершенно не бил спиртовой отдушкой по носу. Раньше она не встречала никого, кто пользовался туалетной водой и не раздражал её чувствительное обоняние резким, навязчивым химическим душком.
Вцепившись пальцами в рубашку на пояснице под пиджаком, Вел привстала на носки, утыкаясь носом Марселю в шею — источник приятного аромата. Она облизнула губы, случайно задев языком и его кожу, и запах стал во много раз ярче, мускуснее.