Возрождающийся (СИ)

– Доведу до сведения вашего батюшки, что даже грязный раб запомнил то, что ваша милость не смогла освоить, – все так же, без особых эмоций, сообщал учитель Венеру. Это подействовало.
– Не смей быть умнее меня! – лупил меня линейкой Венер. – Не смей!
– Ещё доложу, что вы лично рукоприкладствовали, – не меняя интонации, добавил господин Ольхард. – У вас имеются для этого слуги.
Раньше мне достались только тумаки и подзатыльники. Впервые за время моего пребывания в рабах меня профессионально сек розгами слуга. Во многом оказалось познавательно. По ходу дела я узнал, как правильно розги замачивать, какие лучше брать. Попутно пришел к выводу, что для плетения корзин эти розги тоже сгодятся.
– Ты не смотри, что веточка тонкая, – поучал меня слуга. – Полтысячи ударов, и помереть даже взрослый может.
Больше на уроках я не высовывался со своими знаниями. Запоминал, конечно, но отвечать не спешил. Несколько раз преподаватель точных наук пытался меня сам отлупить.
– Тупой я, не помню, – бурчал в ответ.
– Тупой, тупой, а я умный! – радовался Венер.
Как бы ни было, но метод преподавания сработал. Хоть и нехотя, но младший Раковский усваивал математику, а я получал люлей. Чуйка перманентно ныла, намекая, что здесь мне не место. Я и сам понимал, что «мы не рабы, рабы не мы». Но уходить куда-то в леса в разгар снежной зимы было верхом безумия. Географию мелкому барчуку тоже преподавали. Благодаря ей я наконец сориентировался в мире.
Глобус походил на тот, который я помнил. Только немного отличались очертания материков. Северную и Южную Америки разделял широкий пролив. Черное и Каспийское море, напротив, были связаны в один водный бассейн. Остров Великобритания был по размеру меньше. То есть моря и океаны на этой Земле тоже преобладали.
Те горы, что мне рекомендовали преодолеть родственники Данира, скорее всего Карпаты. Перебравшись через них, я должен попасть куда-то на территорию современной мне Украины. Между прочим, до границы не так-то и далеко от моего нынешнего местопребывания. От силы двести километров. Но зимой через перевал путь закрыт.
Совсем без дела я не сидел. Венеру развлечения со мной быстро надоедали. Он находил себе другие занятия. Как правило, вечерами я был предоставлен сам себе. Одно время прислуга пыталась поднапрячь работой, но я ссылался на то, что вдруг господину понадобится мое присутствие в качестве игрушки, а меня не будет на месте? Кто будет виноват?
Сам же я предпочитал выполнять мелкие поручения на конюшне. Там еще и псарня близко. Собачек прикормить не мешало бы. Естественно, я запасал для побега вещи. Настойка для глаз за неимением свежих трав была спрятана в трёх местах. Мешок с необходимыми мелочами вроде ножа, котелка и прочим был укрыт за псарней. Чтобы собаки его не обнаружили, то местечко хорошо зверобоем припорошил.
Одежды себе тоже достал. От Венера мне много обносков перепадало. Пусть я был старше, но рост мы имели одинаковый. Не все мне было отдано, что-то я сам внаглую утащил прямо из прачечной, и никто не обнаружил. Тряпья у господ хватало. В общем, убежать я мог в любой день. Ждал тепла и терпел выходки мелкого говнюка.
И вот в конце апреля подходящий для моих планов день настал. Господин Раковский решил лично проэкзаменовать сына. Попутно проверить, не зря ли платит столичным учителям. Я примерно знал, какой будет результат, и специально нарывался на взбучку.
– Венер даже умножать не научился, – сообщил я знатнику, как только он задал первый вопрос преподавателю.
– Раб, как ты смеешь подавать голос в присутствии господина?! – возмутился один из охранников.
А меня уже понесло. Рассказал все: про то, что учителям без разницы, как плохо занимается младший сын знатника, как наказывали меня, потому что я умнее, и так далее.
Чтобы меня убить, знатнику хватило одного удара кулаком. Господин Раковский вложил в этот удар всю свою злость. Моё тельце отлетело к стене, и я провалился в спасительную темноту.
  
Глава 6
  
Очнулся я через несколько часов. Понаблюдал, как «меня» загружают на телегу. Полный сюрр. Висишь в воздухе и оцениваешь со стороны собственный труп. Вариант, что меня вывезут за пределы усадьбы, я предусматривал и не особо переживал на этот счет, поскольку заранее приготовил тайники.
В этот день хоронить мое тело никто не поехал. Видимо, планировали вместе с другими подводами увезти подальше. Тело прикрыли мешковиной, да и оставили в повозке до утра. Я висел метрах в десяти над своим телом и терпеливо ждал, попутно наблюдая за людьми. Никто к рабу сочувствия не проявил. Так мне стало горько и обидно, что захотелось спалить напрочь эту усадьбу! Чего я раньше о таком варианте не подумал? Повезло Раковским, что я вырос в другом обществе. Каждый раз забываю «воздать по заслугам» тем, кто меня убил.
Пока же прикидывал, как можно повлиять на изменение внешности. В прошлый раз у меня получилось приобрести тёмный цвет волос. Возможно, я могу «заказать» карие глаза и смуглую кожу? О том, что исчезнет рабское клеймо, я даже не сомневался, но и другие преобразования во внешности не помешают.
Наконец народ угомонился. Хозяева легли спать, прислуга тоже удалилась в свои каморки, только охрана бдила у ворот, изредка прогуливаясь по периметру. Я дождался, когда сторожа пройдут мимо телеги, и ринулся вниз. Сам момент своего возрождения снова не почувствовал. Предполагаю, что оно происходит в течение нескольких секунд. И отчего-то каждый раз я покрыт пеплом. Ну точно, феникс!
На то, чтобы сбежать из усадьбы, я потратил не более четверти часа. Вещички давно собраны. Жаль, на кухню не попал, но можно и в городе продукты купить. Так получилось, что меня сразу никто не обыскал. А я, попав на территорию, первым делом спрятал серебряные монеты. Позже устроил другой тайник за забором и теперь уходил не с пустыми руками.
Усадьба Раковских от города Жорха располагалась недалеко. Чуйка молчала, только я сам не видел причин торопиться. Для бывших хозяев я умер. Тело искать если и будут, то не активно. Подумают, что увезли с вечера. Непосредственным исполнителям вообще без разницы. Нет трупа – работы меньше. Значит, я совершенно свободен. И если я все правильно сделал, то у меня сейчас темные волосы, карие глаза и смуглая кожа.
Убедиться в этом, конечно, стоило. Потому-то я и засел в роще на окраине города. До рассвета немного подремал. Затем дал задание интуиции найти ручей, родник или подходящую лужу, чтобы ополоснуться и рассмотреть, что там с моим телом.
Чуйка вывела меня к «заказанной» луже, где я смог вдоволь полюбоваться на свое отражение. Непривычно так. Вроде бы и мое лицо, и в то же время чужое. Я за последние десять лет привык к своей внешности, а тут стал на цыгана похож. Вернее, на местных. Теперь-то уж точно никто не задаст вопрос, кабальный я или нет. В отражении на меня смотрел типичный подросток-романец, подавшийся в город на заработки. Вот его, этот заработок, и пора начинать искать.
Как я ходил по улицам, это целая история. Чуйка меня вела, попутно помогая не вляпаться в неприятности. Круги я наворачивал приличные. Примерно уже понял, куда двигаюсь. Здание храма было видно издалека, по нему и ориентировался. Интуиция направляла меня куда-то левее от храма, в центральную часть города.
Около трёх часов я блуждал по хитросплетениям улиц, избегая щекотливых ситуаций и ненужных вопросов стражников. Устал, оголодал, в общем, к тому моменту, как вышел к нужному месту, уже ничего не хотел. Сел на ступени возле какого-то дома и просто отдыхал. Оттого мужской голос, окликнувший меня, стал неожиданностью.
 
– Парень, ты чего здесь? Заболел? – поинтересовался незнакомец. – Я в окно выглянул, а ты тут.
– Устал, – честно признался. Затем оглянулся и еле сдержал восклицание. Присел я не абы где, а на ступенях дома травника. – Работу ищу, – тут же сориентировался.
– Мне никто не нужен, – отрицательно покачал головой мужчина.